18:05 

Фанфик МАГиЯ

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Дорогие читатели!
Публикую здесь небеченый вариант продолжения моего фанфика "МАГиЯ", по просьбе racoon1111.
Не выкладываю пока на другие ресурсы, т.к.: а) немного не дописано; б) небечено.
Я предупреждаю - фик возможно немного поменяется.
Отзывы весьма желательны, особенно про сюжетную линию - потому что я пишу МАГиЮ только когда в меня тапком кидают, и мне становится стыдно =))

К сожалению, начало текста (до главы 18) на Снарри удалили, поэтому в дневнике создана отдельная тема "МАГиЯ-1" (гл.1-18) (см выше)

А продолжение - в комментариях.

@темы: Фанфикшн, МАГиЯ, ГП

URL
Комментарии
2012-02-01 в 18:13 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Продолжение гл.18

Салазар стремительно спускался в подземелья, не туда, где у него находились личные комнаты, и даже не туда, где располагалась Комната Алхимика. Его тело стремилось к своему, такому доверчивому и благородному, любовнику, но, вопреки этому, разум требовал остановиться. Остановиться на некоторое время и подумать. Остаться в одиночестве. Еще глубже, в подземелья, туда, где он сам был лишь раз.
Как сказал ему дед однажды, строивший этот замок, в катакомбах замка можно бродить месяцами. То был первый раз, когда алхимик, будучи зеленым юнцом, побывал здесь вместе с дедом.
«Запоминай дорогу, Салазар», - скрипел старческий голос, продолжая: «Положись на свое чутье, не надейся только на свою магию. Однажды Замок примет тебя, как моего наследника. Он будет слушаться тебя…
Маленький Салазар во все глаза глядел на черные камни, уже кое-где подернутые паутиной. «Слушаться? Меня?», - крутилось у него в голове.
«ПОВЕЛЕВАЙ ИМ!» – взревел внезапно сухопарый старик, так что пятилетний малыш вздрогнул от неожиданности, но не смел ничего произнести. Дед не любил, когда его прерывали, тем более, если это его собственный внук. – «Слизерины никогда не стелились, не преклонялись и не просили! Ни у кого, никогда! Они не делают ошибок! Они не упускают своего!»
- Не упускают своего… - повторил слова деда Салазар, упершись в тупиковый коридор. Он внезапно стукнул по невинному твердому камню кулаком, со всей силы. Сейчас эти слова казались ему насмешкой.
- Проклятье! – воскликнул он, когда и без того рассеченные костяшки пальцев хрустнули. Он бездумно смотрел на свою распухающую руку, вспоминая слова своего деда. – Повелевай им… повелевай им…
«Недостаточно одного желания, - продолжал тогда его пращур. – Нужна уверенность, что у тебя все получится. Смотри, - приказал тот Салазару и каркнул в сторону, прикрыв глаза: - Я хочу здесь окно!»
Маленький Салазар ахнул: это было великолепно. Каменные глыбы стали перестраиваться, образуя проем. Солнечный свет проник в темное помещение. Сам собой образовался подоконник, сложились откосы и даже постепенно появилась тонкая, слегка замутненная, пленка – стекло…
Салазар вздрогнул и резко обернулся: ему показалось, кто-то почти невесомо коснулся его спины. Мурашки побежали по телу, когда он никого не увидел.
- Повелевай им… - услышал он старческий голос, а может, тот все еще звучал у него в голове – он не был уверен.
Салазар оглядел стену в поисках заклятья на ней и испробовал несколько мощных заклятий, на случай, если за ней что-то скрывается. Дед, который к концу свей жизни был малость не в себе, успел научить своего внука одной вещи: никогда не сдаваться. Поэтому мужчина все продолжал и продолжал пробовать различные заклятия, включая и трансфигурационные чары. Превратить камень в менее твердый материал Салазару не удалось – на каждый камень были наложены специальные чары от этого, еще при его укладке.
- Чертовы стены, - пробормотал алхимик и снова вздрогнул. На этот раз он услышал мелодичный женский смех, словно колокольчики зазвенели на теплом летнем ветру. – Кто здесь?
Салазар осветил стены, но никого так и не обнаружил.
«Оно уникально – мое детище, - гордо высказывался дед, любовно гладя стены ладонью. Его внук похлопал глазами, когда увидел, что та пошла рябью. Словно довольная кошка, которую ласкает хозяин. Тогда старик удовлетворенно добавил: - Только он никогда не придаст тебя, только он способен дать тебе то, что ты хочешь».
- Повелевай им… - вновь этот голос. Теперь он совсем не был уверен, что это лишь воспоминания. Салазар в задумчивости нахмурился, а затем приказал, глядя на стену: - Откройся!
Через минуту:
- Я, Салазар Слизерин, истинный наследник Солвеуса Слизерина, приказываю тебе: откройся!
И стена неожиданно крутанулась на своей оси, совершенно бесшумно, чуть не сбив с ног мужчину. Он оказался в прямом тоннеле, настолько длинном, что запущенная огненная сфера улетела далеко вперед, становясь все меньше и меньше, пока не исчезла вовсе. Салазар с трепетом шагнул вперед, туда, где ступала нога всего одного человека – его деда, который отдал жизнь за этот замок.
Может, это место даст ему то, что необходимо? Время, чтобы подумать. Время, чтобы смириться. Ведь Книга – будь она проклята – никогда не ошибается.

URL
2012-02-01 в 18:17 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Внимание: гл.19 содержит насильственные сцены.
Глава девятнадцатая.

Он приоткрыл веки. Перед глазами все плыло, словно после хорошей вечеринки. Почему-то вспомнился тошнотворно-приторный аромат. Было холодно. Руки были подняты вверх, хотя и сам Гарри сидел в неудобной позе, прислонившись спиной к холодной каменной глыбе. Спустя несколько секунд зрение восстановилось и уловило в сумрачном свете большой залы, в которой молодой человек находился, несколько фигур.
Там, в отдалении от него, текла неторопливая беседа между высоким человеком в черном просторном одеянии, стоящим спиной, Кадиром, как припомнил Гарри, и… Хельгой. Вокруг них толпились люди различных национальностей и возрастов – это можно было судить по их разномастной внешности, одеянию и манере говорить, хотя последнее они делали чрезвычайно тихо.
Он ошеломленно втянул воздух, с болью в душе, прикрывая ресницами глаза. Значит, то письмо было правдой. Хельга Хаффлпаф предала их дружбу, не только Гарри, но и Ровены с Годриком. Сама мысль об этом казалась ему невыносимой. Сейчас он немного поколдует, не привлекая к себе дальнейшего внимания, потом попытается выскользнуть из этого замка, прихватив с собой девчонку и…
- Рад, что ты пришел в себя, Аврелий, - внезапно прошелестел тихий голос, медленно вытягивая слова, словно патока текла из уст приблизившегося человека.
Он был красив – эта глупая мысль первой пришла Гарри в голову. Темные глаза, темные брови, темные волосы, бронзовая кожа. Лицо очень выразительное, но с уже заметными на нем морщинками. Широк в плечах, но не «амбал». Его аура ярко сияла. В общем, такой, каким его запомнил Гарри, увидев того в «Annales maximi», вот только сейчас он был одет совсем иначе. Его восточное одеяние эффектно подчеркивало запоминающуюся внешность. На нем было широкое и длинное традиционное облачение (Гарри определил его словом туника с низким треугольным вырезом), выгодно оттеняющее его загорелую кожу своим черным цветом и сверху была накинута еще какая-то одежда, которая была распахнута, на ней не было каких-либо застежек; на голове имелся почти такой же убор, как у Кадира, только цвет его был не красным, а также черным, с черной же повязкой вокруг головы. Концы этого убора свободно ниспадали на плечи. Больше на мужчине никаких украшений не было, только вот он все равно выглядел, словно сам шейх, не меньше.
Гарри взглянул прямо в миндалевидные глаза. Что-то зловеще-непредсказуемое плавало прямо на поверхности его непроницаемых глаз. Поттер вновь шумно втянул в себя воздух, пытаясь успокоиться, стараясь не показывать Аль-Маджуси своей нервозности. А то, что этот человек был именно им, Гарри уже не сомневался.
- Ты меня ведь понимаешь меня?
Когда юноша не отозвался, мужчина почти молниеносно приблизился к самому лицу Гарри, ухватив того за подбородок двумя цепкими пальцами. От мужчины пахло кофе и еще чем-то пряным. Глаза молча изучали его в течение нескольких секунд, после чего он также резко поднялся, одним скользящим движением, и присоединился к ожидавшим его спутникам – Хельге и Кадиру. Палочка Аль-Маджуси словно невзначай появилась у того в руке и голос лениво произнес:
- «Круцио»!
Гарри, не ожидавший этого, резко дернулся, металлические оковы больно врезались в тонкие запястья. Вскрик непроизвольно вылетел из его рта, когда боль внезапно оказалась совершенно невыносимой; мышцы скручивало, череп грозил разломиться пополам, словно перезрелый орех; зубы скрежетали, глазницы бешено вращались, что-то теплое потекло из его носа, достигая открытых губ. Медный привкус крови попал в рот и Гарри стиснул челюсти в попытке отвлечься от боли. Что угодно, но только не это тошнотворное чувство. Ему казалось, это было сверх того, что мог вынести его мозг. Он крепче натянул цепи, он больше не будет кричать, он не покажет своей слабости врагу. Никогда… лучше умереть… На грани сознания начали слышаться какие-то выкрики.
Боль оставила его так же внезапно, как и началась. Из носа все еще сочилась кровь. Медный вкус во рту не проходил.
- Занимательно… - произнес голос заинтересованно.
Гарри смог открыть глаза. Обладатель замечания глядел на свою палочку, любовно поглаживая ее большим пальцем. Около него Кадир сдерживал своими лапищами бледную Хельгу. Гарри казалось, что ее бездонные глаза стали занимать половину ее лица. Ей наверняка было страшно. Ее губы что-то беззвучно шептали. Гарри прислушался, все еще восстанавливая сердцебиение. Видимо, именно ей он обязан своему внезапному избавлению от пытки… также как и тому, что он вообще оказался в такой ситуации, что ни в коей степени не делало вину Хельги менее значимой для Гарри.
- Ты обещал… - Она посмотрела на невозмутимого Аль-Маджуси. – Обещал мне…
Тот безумно засмеялся, запрокинув голову.
Гарри пытался сосредоточиться и освободить руки. Что-то мешало ему это сделать, он не мог понять.
- Не получается? – невинно поинтересовался Аль-Маджуси после того, как его смех стих. Гарри не собирался отвечать. Этот человек был безумен, как была безумна Беллатрикс во времена юноши. Аль-Маджуси заинтересовано наклонил голову, в то время как Гарри медленно приходил в отчаяние. Его магия была бессильна; он не мог даже освободиться самостоятельно.
Острие палочки вновь указало на Гарри, но в этот раз он не будет кричать. Он даже не будет закрывать глаза – это так омерзительно…
- НЕТ! – женский голос был на грани срыва. Хельга истерично трепыхалась в крепких объятиях Кадира. – Нет! Ты обещал мне, Инсар!
Гарри удивленно взглянул на девушку. Кто такой Инсар?
- Но это не помешает мне немного развлечься, глупая девчонка, - ответил Аль-Маджуси. Вопрос Гарри отпал сам собой – должно же быть у того нормальное имя. Ах, да – он же совсем недавно сам читал в том чертовом послании, что его слишком длинное, чтобы попытаться его запомнить так сразу.
Затем Инсар продолжил, смотря на Гарри:
- Какая удача, тебе так не кажется, Аврелий?
Гарри хотелось плюнуть тому в лицо, но вместо этого он все также молчал.
- Знаешь, - после паузы продолжил Инсар, - когда я кого-нибудь спрашиваю, на это полагается отвечать... Абд аль-Кадир, отпусти девчонку, она меня утомляет своими всхлипами.
Когда Хельга была внезапно освобождена из захвата, она попыталась пройти мимо Инсара, к Гарри, но первый внезапно схватил ее за запястье.
- Отпусти, ты!.. - она не договорила, так как Инсар наотмашь ударил Хельгу по лицу; она немедленно отлетела в противоположную сторону, ударившись о каменный пол. Злые слезы жгли ей глаза; губа была разбита, из нее текла алая струйка крови; синяки уже начали проявляться на нежной коже запястий. Она в отчаянии всхлипнула еще громче, не в силах подняться.
Инсар удовлетворенно вновь повернулся к Гарри:
- Ну, так как? Все еще не желаешь идти со мной на контакт? Нет? – Маг призадумался на секунду и кинул в сторону, не сводя взгляда с Гарри. – Флэмер!
Откуда-то из-за угла торопливо, насколько это позволяла грузная масса его тела, вышел человек, не многим отличающийся от местных жителей. У него была рыжеватая борода, длинные волосы космами обрамляли его лицо; толстые губы отвратительно улыбались; широкий нос раздувался в важности получаемого задания. Его глаза неопределенного цвета плотоядно блестели, когда он приблизился к Хельге:
- Господин? – спросил он, ни на секунду не отрываясь от хрупкого девичьего тела, завернутого в голубой шелк, то самое, в котором Гарри видел ее еще в Хогвартсе.
- Не желаешь поразвлечься с девчонкой?
- Нет! – Хельга пыталась отползти от Флэмера, но больше двигаться было некуда. Остальные присутствующие в поисках зрелища обступили ее и верзилу. С другой стороны был сам Инсар, Кадир и Гарри, привязанный цепями к стене. Флэмер стал надвигаться на нее, его руки зашарили в области брюк.
Гарри с ужасом содрогнулся: он не хотел этого видеть, не хотел смотреть на то, как этот бугай насилует Хельгу. Даже она не заслуживает такой участи. Он сильнее натянул цепи, что не укрылось от внимания Инсара.
- Нет! – вскрикнула Хельга, когда Флэмер заметил остальным: «Подержали бы ее, что ли…». Она немедленно была перевернута на живот и распростерта на грязном холодном полу. Ее юбка задралась до талии. Подбадривающие выкрики раздавились из толпы прихвостней Инсара. – Неееет!

URL
2012-02-01 в 18:19 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Смотри, она такая юная, такая спелая, как только что распустившийся бутон розы. - Инсар издевательски улыбался, не обращая внимания на отчаянные всхлипы Хельги, на улюлюканье остальных. – Ты ведь не хочешь, чтобы этот цветок завял раньше времени? Или чтобы его сорвал такое ничтожество, как Флэмер? Нет?
Гарри в ужасе, чуть заметно помотал головой. Он смотрел, как этот Флэмер, пыхтя, встал на колени и похлопал по заду Хельги. Затем он внезапно рванул тонкую ткань ее белья, обнажая белоснежные полушария ягодиц.
Гарри перевел взгляд чуть в сторону. Ее ногти до крови царапали камень, хрипы раздавались из груди – она больше не могла кричать. Она так и не позвала на помощь его, Аврелия.
Флэмер спустил штаны, обнажая огромный красный член.
- Ну, давай же! Вставь ей, Керк! – выкрикнул кто-то из толпы.
«Плевать, плевать на девчонку», - уговаривал себя Гарри в равнодушии. Она предательница, она не заслуживает… Мерлин…
В этот момент рука Флэмера опустилась между ног Хельги, несколько его толстых пальцев сразу вошло в нее, заставив дернуться его жертву, как и Гарри. Затем этот извращенец несколько раз подвигал рукой туда-сюда и недовольно сказал, оглянувшись на своего господина:
- Девчонка уже испорчена. – Пожав плечами, Флэмер вынул свои пальцы из Хельги. – Но, похоже, совсем недавно, - добавил бородач, плотоядно улыбнувшись и пристраиваясь сам к девушке.
Поттер почти не соображал, слыша только ее жалобное всхлипывание, а у самого на языке уже вертелось лишь одно слово: «Нет».
- Ты слышал, Аврелий? – обратился к нему Инсар, привлекая внимание. – Вижу, что нет… Похоже девчонка не так уж невинна, как ты думаешь. А это не ты… Хм… Что ж, похоже мисс Хаффлпаф перехитрила всех, включая и саму себя.
Инсар вновь расхохотался. Гарри не понимал его намеков. Она – что? Он не успел оформить эту мысль, как жалобный стон сорвался с губ девушки:
- Аврелий… - Но он видел, что еще не поздно остановить это.
Гарри пораженно закрыл глаза: - Нет, не надо.
- О,ты все-таки не такой уж молчун, - усмехнулся Инсар, глядя прямо на Гарри. И в сторону крикнул: - Флэмер, прекратить!
Гарри открыл глаза, когда раздался недовольный рык Флэмера, он уже приподнял своими грязными лапищами бедра Хельги, собираясь войти в нее, не обращая внимания на приказ.
- Я сказал прекратить! – взревел их господин, одним мощным прыжком достигая своего раба. Тот в экстазе уже прикоснулся к Хельге, не обращая внимания ни на что, но сильный пинок в лицо повалил Флэмера на пол, рядом с девушкой. – Ты будешь слушаться, никчемный кусок дерьма. – Это прозвучало как утверждение, голос источал презрение и спокойствие одновременно.
Тот взвывал от боли. Он трясущимися руками держался за свой сломанный нос, кровь хлестала из него, заливая лицо, одежду.
В это время Инсар что-то прошептал, указывая волшебной палочкой на трясущуюся тушу у его ног и удовлетворенно отошел обратно к Гарри, давая тому лучший обзор.
Почти нечеловеческий крик Флэмера заполнил каждый уголок большого зала. Он задрожал еще больше, схватившись за свой все еще стоячий член окровавленными руками.
Судя по всему, это было какое-то болевое проклятие, сконцентрированное в самом уязвимом месте – в паху, решил Гарри, сдерживая тошноту, уже почти добравшуюся до горла. Перед глазами вновь все плыло, он хотел закрыть их, как его резко схватили за волосы и вздернули голову вверх, заставляя смотреть.
Тот человек, что жалобно хрипел на полу, более ничем не напоминал бугая, что Гарри увидел вначале этой безобразной сцены. Этот человек дергался в неконтролируемых конвульсиях, скрючившись в позу эмбриона, хватаясь поочередно то за свой расквашенный нос, то за член. Вся эта сцена была тошнотворна.
- Ну, что ты теперь скажешь, Аврелий? – спросил Инсар после того, как Флэмер вырубился, прямо так и оставшись лежать с вялым окровавленным членом, торчащим из брюк.
Гарри мстительно подумал, что тот очень не скоро сможет им воспользоваться. Поттер находил в этом некоторое удовлетворение, хотя то, что произошло – чистой воды дело рук Инсара.
- Омерзительно, - отозвался Гарри, сдерживая себя во всех смыслах.
Брюнет вновь расхохотался. На этот раз веселье его продлилось не слишком долго. Почти все начали расходиться, не желая попасть под горячую руку своего господина, они даже не сказали ни слова против, и не смели шушукаться. Остались только те, кто держал Хельгу (хотя она больше даже не двигалась), да молчаливый верный Кадир, ждущий дальнейших приказаний. Когда, наконец, смех прекратился, Инсар приказал:
- Уберите это с глаз моих, - он кивнул на Флэмера. – Абд аль-Кадир, девчонку запри там, где она и была.
Когда приказания были исполнены, Инсар прошелся пару раз перед Гарри.
- Теперь, когда мы уладили некоторое недопонимание, вызванное, возможно, трудностями перевода… у меня к тебе деловое предложение, Аврелий, - невозмутимо произнес Инсар. «Трудности перевода» не мешали тому изъясняться на чистейшем английском, отметил Гарри. Брюнет махнул палочкой в сторону Гарри. Сдерживающие его на месте цепи лязгнули, руки тут же безвольно опустились вниз, вместе с браслетами на запястьях. Кровь начала немедленно нормально циркулировать. Гарри был уверен: этот Инсар Аль-Маджуси еще более ненормален, чем Волдеморт и Беллатрикс Лестрандж вместе взятые, если думает, что теперь «Аврелий» согласится на это самое «деловое предложение». Юноша приготовился впервые в жизни произнести Непростительное Заклятье, ну, кроме Империо, которое Гарри таковым уж непростительным не считал.
Инсар отвернулся от Гарри, сцепив руки сзади. Он медленно шел к центру зала, его тонкая туника развивалась на теле, подчеркивая рельефы.
Юноша стал приподниматься, успокаивая свое сердцебиение. Остаточная реакция от только что перенесенного пыточного проклятия все еще оказывала на его тело воздействие – мышцы продолжало ломить, руки тряслись мелкой дрожью, глаза слезились. И, несмотря на то, что как только он появился в этом времени, когда он думал о мести, о том, что сможет с легкостью произнести два непростительных слова, он сомневался теперь в этом.
«Авада Кедавра, - думал Гарри, - поднять руку в сторону этого убийцы, сказать «Авада Кедавра», и вспомнить все то, ради чего так я ратовал. Покарать, избавиться от этого монстра».
Гарри приподнял руку, указав на спину Инсара, готовый произнести проклятие, но услышал спокойный голос, как обычно растягивающий слова:
- Я бы не советовал этого делать, друг мой, - он развернулся, пригвоздив Гарри взглядом. – Хотя, ты можешь попробовать произнести что-нибудь.
Гарри не преминул воспользоваться советом:
- «Авада Кедавра»! – громыхнул он громко, вкладывая свое желание убийства, так, словно перед ним стоял Волдеморт… а потом он с недоумением посмотрел на свои руки, так как абсолютно ничего не произошло. Никакой изумрудной вспышки света, никакого предсмертного крика Аль-Маджуси, ни глухого звука падающего замертво тела… Как так может быть? Что случилось с его Магией?! Гарри затрясло мелкой дрожью – он всегда полагался на свою Магию, она никогда не подводила его в трудные минуты. Черт! Основатели даже никогда не учили его, что ошибочно полагаться только на Магию! На волшебную палочку – да, но не на само Волшебство в его сущности!
- Убедился, Аврелий? – улыбнулся Инсар. Гарри поражало, с какой легкостью тот переходит от жестокости к невозмутимости, даже веселью.
- Что ты сделал? – Гарри с трудом выпрямился, стараясь быть таким же невозмутимым, словно это только что не он произнес смертельное проклятье, хотя и безуспешно. На самом деле у него внутри все клокотало и бурлило с мощью Ниагарского водопада.
- С тобой – абсолютно ничего, - произнес старший волшебник, пожав плечами. – А вот эти браслеты, что надеты на твоих запястьях, способны сдержать твою магию, даже если ты способен колдовать без волшебной палочки. - Великодушно объяснил Инсар, продолжив: - Я сомневался в этом твоем умении – такие люди редки, но наша общая знакомая заверяла меня, что ты – более чем необычен. Должен упомянуть, ты оправдал мои надежды, и теперь я почти не сожалею о том, что ты примчался вместо своего любовника и покровителя... Нет, думаю, слово «покровитель» не совсем правильно сочетается с тобой. – Он неприятно прошелся взглядом по фигуре Гарри.
- Отпусти девчонку, Аль-Маджуси, ты получил, что требовал, - произнес Поттер, уверенный, что тот не сделает этого.
- Хм, знаешь что? Я вот подумал: я окажу тебе такую услугу.
Гарри удивился, но тут же скептически спросил: - Взамен на?..
Мужчина одобрительно кивнул: - А ты вовсе не так прост, каким хочешь казаться. Думаю, с тобой можно договориться.
♂♂♂

URL
2012-02-01 в 18:26 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
♂♂♂
- Знаете, мисс Хаффлпаф – кажется, так принято обращаться к дамам в вашей стране? – я вот что подумал, - с акцентом произнес седовласый мужчина приятной наружности, открыв дверь в ту комнату, где она была заключена. – Может, вы составите мне компанию? Пройдемся вдоль реки, я покажу вам свой дом – то, что вы еще не успели обозреть.
- Убирайтесь! – выкрикнула она, сдерживая слезы. Унижение, которому она подверглась вчера вечером, не давало покоя. – Я не хочу никого видеть! Оставьте меня в покое!
Мужчина покачал головой: с ней было гораздо проще вести беседу еще позавчера вечером, до того происшествия, когда в замок пробрался чужой. Лорд Филипп Азнауэрский лишь мельком увидел чужака, который вошел ведомый за руку этой юной мисс. Юноша был немного не в себе, и, как только он вошел в главный зал, а Инсар его поприветствовал, он тут же хлопнулся в обморок. Сам Филипп был тут же выпровожен, как обычно бывало при собраниях приближенных Инсара.
- Ну, как желаете, - вздохнул он, смотря на миловидное личико, которое так напоминало его убитую жену, когда она была еще юной. – Только вот я решил, что вы засиделись тут одна-одинешенька, да и погулять одной у вас больше не получится: мой гость отдал приказ не отпускать вас одну из соображения безопасности.
Она отвернулась. Длинные светлые локоны в беспорядке коснулись ее талии, накрывая белоснежные плечи блестящим покрывалом из волос. Хельга обхватила себя за плечи, злясь попеременно то на себя, то на Инсара, то на самого Аврелия, да и на самого Филиппа, так не к стати пришедшего именно сейчас… Ее идея с треском провалилась, хотя изначально даже Инсар одобрил этот легкий, но эффективный План, наспех составленный Хельгой. Именно так – План с большой буквы…
Хельга услышала, как Филипп что-то недовольно проворчал, а затем дверь в ее комнату тихо закрылась. Она посмотрела на дверь – снаружи на нее явно накладывали запирающие чары.
Она вернулась к кровати и села, размышляя. Пожалуй, ее План всё-таки принес некоторые плоды. Аврелий здесь, в замке, проник сюда, как и ожидалось, без особых затруднений. Слизерина, наоборот, нет – это существенный плюс. В этом ее План прошел гладко. Еще бы – Инсар оставил лишь четверть охраны, ожидая «гостя»! Да и Кадир был предупрежден – его «правая рука».
Вот потом-то и пошло кое-что не так, как она планировала. Аврелий избавился от сопровождения Кадира, но каким-то образом добрался до комнаты Хельги. Впрочем, она смогла и тут сориентироваться на месте, успев выпить порцию афродизиака, заранее заговоренного на Аврелия.
Мерлин, Аврелий в этот раз не смог устоять этим чарам и зелью, находясь вдали от Слизерина! Чем дальше физически они находились друг от друга, тем сильнее работала эта смесь. А Инсар, он так удачно подвернулся под руку – Хельге нужно было, чтобы именно Аврелий сам начал ее искать, иначе древняя магия грозила не сработать. Очарованный должен хоть самую малость положительно относиться к своему заклинателю.
Хельга присела на свою кровать, где она совсем недавно полностью принадлежала только Аврелию, а он – ей. Она так долго ждала его, хранила себя, и эта ночь почти оправдала ее ожиданий. Почти. Разве ей достаточно одной ночи, особенно теперь, когда она узнала любовь Аврелия?
Девушка зарделась от воспоминаний, а затем ее лицо побледнело от гнева. Инсар обманул ее, он позволил случиться тому, что… Мерлин… Девушка содрогнулась и встряхнула головой, выбрасывая мысли из головы о грязных пальцах в ее теле этого Флэмера. Это было настолько же мерзко, насколько прекрасно быть с Аврелием.
Жаль только, действия зелья и чар оказалось недостаточно для такого сильного духом мага, как ее возлюбленный. Это – недостаток любого подобного зелья, хотя… Наверное, нужно было внимательней читать побочные эффекты. Как еще можно объяснить дальнейшее поведение Аврелия? Начал говорить о Слизерине, когда Хельга – вот она, совсем рядом. Разве он не чувствовал тоже самое, держа ее руку в своей руке? Он как будто был сам не свой, а затем ей пришлось на ходу выдумывать новый план, вот тогда-то она и привела Аврелия к Инсару. Что ж, это вышло не слишком благородно, но в войне и в любви – все средства хороши.
Хельга помотала головой – как бы она не хотела заполучить Аврелия, сейчас не время думать именно об этом. Ей нужно увидеться с Инсаром… Немедленно. Он обещал ей, что Аврелий не сможет отказаться от его предложения.

URL
2012-02-01 в 18:27 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
♂♂♂
- Нет, - однозначно сказал Гарри. Ему даже не требовалось что-либо добавлять – голос был холоден, как никогда. Он в очередной раз убедился, что этот Инсар не в своем уме, раз просит о такой вещи у одного лишь человека, хотя слово «просит» едва ли может сочетаться с таким жестоким человеком. Он приказывал и шантажировал, и теперь Поттеру казалось, что сам объект шантажа не стоит таких усилий с его стороны. – Ты просишь слишком многого от меня.
Они вдвоем сидели за длинным деревянным столом с многочисленными выщерблинами и потертостями. Время приближалось к ужину, но этот факт вовсе не говорил о том, что с такими темпами, с которыми шел их разговор, Гарри сможет поесть вообще хоть что-нибудь не только сегодня, но и вообще в ближайшие дни. А сейчас ему был предложен пряный кардамонный кофе, налитый собственноручно Инсаром из одного сосуда с длинным носиком. Это мнимое гостеприимство нервировало Гарри, хотя он, только вслед за хозяином, и рискнул попробовать крепкий напиток, раздражающе щекотавший его обоняние.
Как оказалось, (Инсар снизошел до объяснений) Гарри по собственной воле грохнулся в обморок, как только они с Хельгой вошли в Парадный Зал. Но сам Поттер не был в этом так уж уверен, хотя он и не мог «читать» Инсара, как большинство магов – тот превосходно владел Окклюменцией.
Он помнил, что после того, как он разыскал Хельгу, его преследовал навязчивый аромат, да еще перед этим, когда он только искал ее, какое-то неприятное чувство поселилось в нем. Это чувство накапливалось в его теле, словно в сосуд, и достигло своего апогея как раз в тот момент, как он нашел ее. А потом случилось что-то, и он перестал чувствовать, словно все эмоции, обращенные на Хельгу, разом вылились из этой эфемерной чаши. Все прошло, осталось только скверное предчувствие, пустота и какой-то привкус горечи, будто бы Гарри сделал нечто непоправимое, грязное. Но что? Видимо, именно от этого Поттер так позорно свалился к ногам Аль-Маджуси. Гарри не помнил, не мог понять, что происходит. А тот аромат, что преследовал его… Может, это какое-то зелье или чары?
Жаль, при изучении Зельеварения за последний год, и в Хогвартсе в целом, Гарри обошел стороной некоторые, особо бессмысленные, зелья, будучи уверенным, что он никогда ими так и не воспользуется. Это было глупо, потому как он не учел, что они могут быть использованы против него самого. Например, приворотные зелья. Говорил Салазар, что нужно изучать абсолютно всё…
«Не стоит думать о Лазаре, - размышлял Гарри, - сейчас не время расклеиваться»…
Получилось, что Гарри был прикован к стене больше двенадцати часов, и теперь было не известно, что случилось Хельгой. Его судьба была также не определенна, а об увиденном в Книге, он вообще старался не думать. Признаться самому себе, что этот человек – Инсар – не был лишен ума, было трудно. Вместе с тем Гарри опасался его теперь еще больше. Умный человек, лишенный каких-либо моральных ограничений становится много опаснее.
- Хм, знаешь, Аврелий, я никогда не прошу того, что человек не может сделать, - мужчина заинтересованно сложил «домиком» ладони и уперся на них подбородком. – Понимаешь, у моих предков, есть способ определить магический уровень мага. Признаться, ты, как только появился здесь, заинтересовал меня, хотя я и ожидал вместо тебя лорда Слизерина.
Гарри откинулся на спинку стула, показывая, что это для него – не аргумент.
- Если я могу это сделать, то это не значит, что я умею это делать, - заметил Гарри довольно рискованно. Казалось, Инсару становилось все интереснее и интереснее с каждым доводом юноши. Какой-то фанатичный блеск в глазах становился все заметнее, хотя лицо по-прежнему было почти лишено какой бы то ни было эмоциональности.
- Научим, - всего одно слово, но прищур глаз говорил о многом.
Гарри не собирался соглашаться, ни при каких условиях, хотя он и не сомневался, что сможет оградить замок от проникновения извне. «С террористами не торгуются», - эту фразу он слышал еще когда жил у Дурслей, полностью согласный с этим выражением. Согласись он на одно требование, как потом обязательно последуют другие запросы, еще более трудные.
- Не понимаю, почему ты упорствуешь? – также откинулся на спинку Инсар. – Ты так привязан к магглам? Думаю, твой любовник просветил тебя на счет моих приоритетов?
- Я не привязан к ним, но и не собираюсь их уничтожать. Да, мне известно о твоей радикальной позиции в этом вопросе, - подтвердил Гарри. – Всё, чего я хочу – это вернуть Хельгу домой. Целой и невредимой.
- Девчонка… опять девчонка, - покачал головой Инсар.
Гарри так и не понял, что тот имеет в виду, как тот внезапно крикнул в сторону:
- Охрана! – Два здоровенных мага появились из двери и преклонили колени перед Инсаром. Гарри даже ожидал, что те поцелуют край туники своего хозяина, но дело ограничилось лишь склоненными лохматыми головами. – Отведите нашего гостя в… - Мужчина внимательно посмотрел в глаза Гарри. Тот выглядел равнодушным, тогда Инсар немного усмехнулся, и закончил говорить: - …в подвал, к другим узникам. Предоставьте ему отдельные апартаменты.
Голос звучал издевательски; выражение лица было удовлетворенным; поза - расслабленной.
Когда те двое начали приближаться, Гарри все также равнодушно самостоятельно встал, не желая унижаться перед кем бы то ни было. Один из них грубо пихнул Поттера в сторону двери, но он и сам уже туда шагал. С каждым шагом к двери из зала ноги Гарри как будто становились тяжелее, сердце тревожно билось в груди и почти остановилось, когда все тот же тягучий голос окликнул:
- Эй вы! – охранники, да и сам Гарри, оглянулись. Признаки веселья промелькнули на красивом лице Инсара, Поттер даже не успел удивиться этому, как тот, словно ненароком, заметил: - Думаю, наш гость не будет возражать, если пара человек присоединится к нему на час или два для начала… Чуть позже.
…и сердце Гарри теперь забилось с бешеной скоростью.

URL
2012-02-01 в 18:29 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
ГЛАВА содержит насильственные сцены - я предупреждаю.
Глава двадцатая.

Молодой человек разглядывал свое новое «украшение». Прошел час или около того, после того как его грубо впихнули в небольшое помещение в подземельях. Тут не было окон, только небольшая тяжелая дверь с мизерным окошком, с многочисленными запорами снаружи, приправленными и магическими запирающими Чарами. Видимо, они совсем съехали с катушек, если считают, что Гарри сможет выломать эту дверь без Магии. Он вновь перевел взгляд на свои запястья.
Сверху эти штуковины действительно казались всего лишь старыми кожаными браслетами. На них даже проглядывались какие-то выбитые руны… Гарри встал и подошел к двери, откуда виднелся единственный источник света – факел, висящий на противоположной стене, за дверью.
Единственная знакомая ему руна – та, что сдерживает Магию, хотя в этом качестве он видел ее впервые. Обычно она применяется в других вещах. Он вновь отошел и сел на пол, прислонившись спиной о холодную стену. Потрогав браслеты, он почувствовал, что они не были мягкими, хотя и не причиняли никакой боли, кроме моральной. Наверное, внутри них находится какой-то другой материал, обладающий невосприимчивостью к Магии. И Гарри мог припомнить всего два таких названия – это драконья кожа и обсидиан. На драконью кожу было не похоже, она на ощупь не такая мягкая, и, конечно же, она была бы горячей. Значит, остается только обсидиан – особая вулканическая порода, красного или серого цвета с режущим острым изломом. Вероятно, обсидиан находится внутри кожаных браслетов, именно из-за него Гарри не удается колдовать.
- Будь все проклято! – прошипел Гарри, сжав кулаки. Будь проклята его собственная глупость и самоуверенность, а также его извечное чувство долга и доверчивость!
Он попытался успокоиться, но тут же вспомнил о том, что приказал Инсар напоследок – чтобы кто-нибудь «составил ему компанию на час или два» в этой камере. Он неприятно передернулся от плохих предчувствий. Что с ним будут делать? Пытать? К боли Гарри уже привык, он сможет отстраниться от нее, перебороть. Что еще с ним могут сделать?
Он не смог сдержать свое тело и вздрогнул, когда внезапно раздался скрежет дверных засовов. Но когда двое стражей неторопливо вошли в помещение, он уже равнодушно взирал на них снизу вверх. Один из них был наверняка местный – кудлатый и плотный с жутким шрамом на лице и с разрезанным носом, другой походил на Кадира и Маджуси своей восточной наружностью и одеждой, но, конечно же, не такой лощеный, как последний. Позади них раздался голос с жутким акцентом:
- Приступайте, - и на свет вышел уже знакомый Гарри Кадир в своем неизменном тюрбане, сейчас черного цвета. Его лицо было бесстрастно и не выражало никаких эмоций. Он держал в руке волшебную палочку. Остановившись в дверном проеме, он оперся о косяк, ни на мгновение не спуская взгляда с Гарри.
Тот, что местный, поспешил к Гарри и приказал: - Встать! – И Гарри равнодушно встал, заглядывая в плотоядные глаза этого человека, о чем тут же пожалел. Они светились фанатичным блеском предвкушения. Тот внезапно схватил Гарри своей грязной лапой за лицо и произнес: - А ты хорошенький.
Сомнения в том, что они собираются делать, начали развеиваться в Гарри. Его маска начала спадать, страх отразился на лице, руки мгновенно вспотели, браслеты стали давить на запястья. Он кинул взгляд на Кадира, теперь на его лице пробежало удовлетворение – он заметил волнение Гарри. Тем временем бородач опустил руку и схватил одежду Гарри у горла, собираясь снять ее с него.
«Черта с два они получат меня!», - успел подумать Поттер, прежде чем ударить в пах ногой кудлатого. Тот еще только начал сгибаться пополам, как Гарри уже рванул в сторону второго и со всей силы врезал ему в нос, развернулся (рядом пролетело какое-то проклятие) и, спрятавшись за его спину, схватил его за горло. Он нашаривал что-нибудь в его карманах, но там не оказалось даже волшебной палочки, но он надеялся сейчас на какой-нибудь крохотный кинжал, как тот, что висел у бедра Кадира. Увы, такового тоже не оказалось, только бесполезная сейчас палочка, потому он схватил человека еще сильнее, надавливая на артерию. Тот не мог даже пошевелиться, он лишь беспомощно цеплялся ослабевшими пальцами в руки Гарри, но того это не волновало.
Бородач уже приходил в себя, он с ревом воскликнул:
- Ты еще пожалеешь об этом, парень: я пополам тебя разорву. – Но он не приближался к ним, оглядываясь на Кадира, который, казалось, владел ситуацией. Его палочка была направлена на Гарри, спрятавшегося за спиной второго.
- Отпусти палочку, или я придушу его! – приказал Гарри, не особо уверенный, что его послушаются – не велика шишка в его руках. Стражник безуспешно дернулся.
Бородач расхохотался, да и Кадир приподнял губы в улыбке, он произнес:
- Ты не в том положении, чтобы командовать, мальчик. На моей стороне – палочка. Можешь убить его, но тогда наказание будет гораздо хуже, чем планировалось. – Гарри едва разбирал его жуткий акцент, но в целом смысл угрозы был понятен.
Человек в руках Гарри вновь дернулся. Тогда Гарри внезапно отшвырнул его в сторону выхода и прошмыгнул мимо сбитого с ног Кадира – как раз на него упал тот волшебник. Послышались какие-то незнакомые слова на иностранном языке. Гарри, не оглядываясь и не теряя ни секунды, со всех ног ринулся по коридору; он почти нагнал поворот, когда заклятье ударило его в спину. В глазах стало темнеть, он оступился, острая боль пронеслась по ноге, что-то хрустнуло, и Гарри, уже без сознания, рухнул на грязный пол.
♂♂♂
В следующий раз, когда он пришел в себя, он уже лежал на чем-то твердом и сыром лицом вниз. Другое, что он осознал – это то, что он был полностью обнажен, а руки связаны вместе и он не мог их отодвинуть к себе. Гарри огляделся: он был почти в центре большого зала, его руки были прикованы к цепям, которые в свою очередь тянулись к стене. Сбежать на этот раз не удастся. Тяжелый вздох вырвался из его груди. В этой ситуации был один всего один плюс: помимо того, что он еще жив, сломанную ногу ему уже успели срастить.
- Аврелий, Аврелий, - протяжный голос раздался откуда-то сверху и перед взором Гарри явился сам Инсар. – Твоя попытка покинуть этот дом достойна всяческих похвал. Жаль, что она не удалась… для тебя, конечно. – Он вновь гомерически расхохотался.
- Бурхан, позвольте начать? – поинтересовался оказавшийся рядом Кадир. Когда Инсар кивнул, тот щелкнул пальцами, и Гарри увидел пятерых человек, которые встали вокруг него. Среди них оказались те двое, которые были в подземелье. Уста бородача ухмылялись еще больше, его нос также уже был целым.
- Это – в качестве наказания. Затем я сделаю тебе предложение, от которого тебе будет отказаться не так легко, ведь ты уже будешь знать, каково это: не подчиняться воле шейха. – Инсар сотворил себе кресло, прямо перед Гарри, и уселся в него, расправив свое шелковое одеяние. – Кадир? Не заставляй нашего гостя ждать.
Тот не отозвался, видимо кивнув, но Гарри тут же почувствовал на своем теле чужие руки, жадно что-то шарящие на его коже. Поттер передернулся и стиснул зубы – они не услышат ни его крика, ни его мольбы остановиться, что бы не случилось дальше, хотя Гарри уже во всю представлял себе, что именно они будут делать. Чьи-то руки прошлись вдоль спины и остановились на его ягодицах. Гарри с отвращением непроизвольно вновь передернулся.
- Кажется, ему не нравится, слуга, - услышал он голос Инсара. – А я так надеялся, что наш гость будет в восторге от моих методов уговаривания. Слышишь, Аврелий? Я был так милостив, что даже позволил моим слугам залечить твою ногу.
Разумеется, Гарри не ответил, он лишь равнодушно отвел взгляд куда-то на стену.
- Какая выдержка, ты меня просто поражаешь, - продолжал Инсар. – Знаешь, Аврелий, я подумал, что боль в ноге будет отвлекать тебя от процесса… мм… проникновения. Ты согласен? Слишком много боли – тоже не хорошо.
Гарри тем временем почувствовал, что его обнаженные ягодицы кто-то раздвинул, собираясь ввести в него… что-то. Палец это будет или сразу же член – он не знал. Да и какая уже разница?
Мерлин, это было так постыдно.

URL
2012-02-01 в 18:30 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Конечно, ты можешь не отвлекаться на меня, Аврелий, - заметил Инсар, кивнув кому-то позади Гарри. – Потому что чтобы ты не делал и думал, тебя все равно следует проучить.
Гарри с ужасом ощутил, как в его анус упирается головка члена, и он вновь не сдержал ужасающего содрогания в теле. Его бедра приподняли, и положили что-то под них, но это точно была не подушка – скорее свернутая мантия или что-то вроде этого. Ни о каком возбуждении и подготовке и речи не было.
Мощный неожиданный рывок в него заставил сжаться мышцы Гарри. Он прикусил губу, солоноватый медный привкус крови до тошноты заполнил рот. Пелена из боли застилала его взор. Еще толчок, до самого основания. Он чувствовал, как несогласная плоть рвется внутри него, как горячая кровь служит этакой своеобразной смазкой. И еще один толчок, следом – рык того, кто насилует его. Белые круги заплясали в безумном танце перед его глазами. Мерлин, скорее бы потерять сознание… Еще одна фрикция. И боль, казалось, добралась до каждого нервного окончания Гарри. Он никогда не испытывал ничего хуже. Еще, еще и еще… Даже волосы шевелились от невыпущенного крика. Теперь перед глазами ничего нет, даже бликов света, лишь темнота. Темнота и боль.
Где-то на краю сознания слышится рычание, что-то горячее выплескивается внутри Гарри, но скоро ему уже будет все равно. Благословенная тьма начинает уносить его разум с собой. «Только бы навсегда, только бы навсегда», - молился Гарри. Но внезапно сознание вновь проясняется, мысли вновь разложены по полочкам, до омерзительности логично. Следом все тот же тягучий голос замечает:
- Это всего лишь первый раунд, мальчик, - Гарри приоткрыл глаза. Довольное лицо Инсара выражает теперь и истому. У него стоит, он даже не пытается этого скрыть, но руки мирно лежат на подлокотниках. – Я не дам тебе уйти от нас даже так, как ты задумал. Ты будешь в сознании.
Поттер даже не заметил, как опустошенный член вышел из него, громкий шлепок ожог кожу ягодиц.
А потом были еще, но Гарри не знал точно сколько – вся эта пытка казалась бесконечной. Боль проникла в каждую клеточку его тела и поселилась там, казалось, навечно. Гордость, по которой физически прошлись чужие руки, толстые пальцы, возбужденные члены, крики экстаза и разнообразные стоны, была навсегда разгромлена.
Эта физическая боль еще болью не была. Настоящая боль появилась внезапно, когда он осознал, что предал. Он – предатель. Он предал чувства Лазаря к себе. Он знал, что никогда не сможет забыть этого гадкого чувства унижения, грязи, бессилия, но также Гарри знал, что он сможет смириться с этим. Не забыть, а смириться. Потому что он должен помнить о своем унижении, о своей моральной – настоящей – боли, словно каленым железом прожигающей его сердце.
Именно с этого момента Поттер осознал, что впредь ничего не будет так, как прежде.
Он больше не сможет увидеть Лазаря без этой боли.
Но он вспоминал его, прорывая воспоминания сквозь белую боль. Вспоминал, что может быть прекраснее, чем лежать ранним утром воскресенья в кровати, смотреть на него, еще спящего. Как тонкое одеяло сползает с его тела, являя взору его плоть. Что может быть великолепнее, чем брать в рот яички в это время? С ними можно играть и лизать их, ласкать. Можно прижаться щекой к его просыпающемуся члену, целовать, и вообще делать все, что захочешь. А затем слушать фырканье сверху, одновременно с возгласом одобрения. Он вспоминал слова «Мне кажется, ты любишь его гораздо больше, чем меня самого». «Конечно, - неизменно отвечал Гарри, - ведь твой член доставляет мне гораздо большее удовольствие, чем ты сам»…
Гарри был все еще в сознании – многочисленное «Эннервэйт» не прошло даром. Похоже, он даже заснуть теперь не сможет несколько суток, если конечно его не убьют раньше.
Его тело куда-то поволокли… Голова обо что-то ударилось… Что-то горячее потекло по его лицу… Кап-кап… Кап-кап… Тело приземлилось на что-то холодное и твердое. Что ж: он не достоин теперь большего.
«Прости меня, Лазарь, прости…» - твердил он про себя, не в силах думать о чем-то еще сквозь боль.
Его руки закинули вверх, обхватили еще какими-то кандалами. Ноги – тоже. Но ему было все равно – тело заживет быстро, а вот его кровоточившее сердце грозило не восстановиться никогда.
Губы неосознанно растянулись в улыбке. Мысль о сумасшествии была более чем странной, но такой притягательной особенно сейчас. Тогда, две жизни назад, его в иные моменты таковым и считали, и теперь его не пугала и, тем более, не злила эта мысль. Он был бы рад. Действительно.
- Знаешь…- раздался голос сбоку. Голову повернули за подбородок, но глаза были плотно закрыты веками. Гарри все равно увидел призрачную фигуру. Черт бы побрал его «дар». Акцент. Кадир. Слуга. – …Бурхан всегда добивается своего.
- «Бурхан»?.. – слабо изогнулись губы. То был даже не шепот, просто выдох.
- Мой шейх, - белое пятно пошевелилось, продолжив, - Абд Мухаммед ибн Инсар аль-Маджуси. Ты уже на грани, юноша.
Поттер попытался открыть глаза. Что-то липкое мешало это сделать. Кровь. Произнесли очищающее заклинание, тогда ресницы затрепетали, и взгляд Гарри с трудом поймал взгляд Кадира, который призвал мантию Гарри и накрыл ею неподвижное нагое тело юноши.
- Зачем?.. – все тот же выдох.
- Почему бы нет? – пожал плечами мужчина в чалме. – Мой тебе совет, Аврелий: уступи ему, он не просит того, что ты не сможешь ему дать.
Скептический взгляд.
- И то, что я говорю сейчас с тобой – вовсе не его приказ, - он наклонил голову. – Подумай, стоит ли то, что ты так тщательно охраняешь такой платы? Девочка предала тебя, и не раз. Это она заставила тебя прийти сюда, в Ла’Рельвейн-Шмидт ложью и обманом. Она привела тебя к Бурхану, когда вы почти бежали. И, разумеется, она неоднократно пыталась принять тебя так называемое «любовное» зелье в том замке, где ты жил. Но все же сегодня ее чары подействовали, пусть не до конца … Ты ощутил запах, исходящий от нее? Она ждала тебя. Любой другой на твоем месте в той же комнате овладел бы ею, как только увидел…
Гарри в шоке слушал разоблачающие слова. Он подозревал о Хельге некоторые вещи, но и не мыслил даже о том, что она успела наделать так много глупостей. Нет. Стоп. Да, Хельга была причиной того, что Гарри появился здесь, ведомый своей самоуверенностью, но она – лишь причина. Следствие – его «положение», полностью возлежит на Инсаре. Нет, не только Инсар поплатится за это, не только он.
- Хотя… - Кадир задумался, а затем выдал: - Похоже, я ошибся, когда сказал, что это зелье не подействовало… Ты ведь овладел ею перед тем как она привела тебя к Бурхану?
Даже сквозь боль Гарри изобразил на лице удивление.
- Вижу, ты не понял до конца что произошло, - кивнул мужчина, словно подтверждая для себя.
- Что?.. – прохрипел Гарри слабо.
- Я не разбираюсь в зельях, потому скажу лишь факты, - Кадир вгляделся в глаза Гарри, но тот лишь кивнул. – Хорошо. Ты разыскиваешь эту девочку, якобы похищенную Бурханом, что, конечно же, не правда. Что-то странное ведет тебя прямо к ней, и чем ближе ты к ней подходишь, тем меньше ты о ней думаешь плохо. А когда находишь ее в той комнате, ты вовсе чувствуешь себя, словно тебя кто-то ведет, ты чувствуешь растерянность. А затем выясняется, что эта девочка не так уж невинна. Почему? Кто и когда успел овладеть ею? Единственный вывод, что приходит мне на ум – это ты, когда нашел ее. Подумай, чем это может быть, как не мощным приворотом? И я еще раз повторю: девочка недостойна такой преданности.
- Тогда зачем… - горло не слушалось. Тогда Кадир призвал откуда-то кубок с водой и, приподняв голову удивленного Гарри, напоил его. – Тогда зачем она привела меня к твоему Бурхану? Если у нее все получилось…
- Возможно, ты каким-то образом освободился от любовных чар, сразу после того как овладел ею. Ты ведь любишь другого человека?
Гарри не ответил. Это было так, но он не позволит больше напрасно извалять в грязи имя Салазара, как и не позволит тому вляпаться в эту историю из-за него.
- Что ж, если это правда, - продолжил Кадир, - то тебе должно быть известно, что ничто не может противостоять настоящей любви. Но не мне учить тебя этому, ты выглядишь образованным человеком.
- Я подумаю об этом, - прохрипел Гарри, чувствуя правдивость слов Кадира. – Но я никогда не буду добровольно служить твоему Бурхану.
Кадир огорченно помотал головой, глядя на истерзанного мага:
- Очень жаль, но ты будешь делать то, что велит тебе наш господин, - глухо произнес мужчина и неторопливо вышел из камеры, оставив молодого человека наедине со своими страшными мыслями.

URL
2012-02-01 в 18:31 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава двадцать первая.

- Не-е-ет!!! – ужасающий вопль раздался в чернильной темноте, разрушая тишину подземелий спящего замка. Лежащий на кровати мужчина тяжело дышал, долгое время не в силах расслабить сжатые судорогой мускулы своего тела. Он весь был покрыт испариной, белая сорочка неприятно липла к телу, что, впрочем, волновало мужчину в последнюю очередь. Из его глаз неосознанно катились слезы отчаяния, капельки которых мгновенно скрывались в волосах, повинуясь законам земного притяжения.
Аврелия не было уже несколько дней, но сейчас мужчину волновал один вопрос: почему именно сегодня он чувствует настоящую физическую боль наряду с болью, разрывающей его эмоции, его душу. Почему именно сегодня? Что такого важного должно произойти?
Он не знал, сколько времени провел в таком состоянии, но когда он смог очнуться, время завтрака уже давно прошло. Впрочем, даже если бы было иначе, вряд ли он смог сейчас что-то съесть.
Он решительно спрыгнул с кровати, что совсем не вязалось с его прежним состоянием. Время уныния прошло, здесь и сейчас наступает время радикальных действий. Так больше не может продолжаться. Его мальчика нужно вытаскивать из того ада, в котором тот оказался. Даже несмотря на то, что было прочтено в книге…
♂♂♂
- Что это? Я не хочу больше есть, - Гарри было до отвращения плохо. Не смотря на то, что с каждым новым куском пищи у него появлялись позывы вывернуться наизнанку, он все равно пытался впихнуть в себя хоть что-то. Он не ел уже около недели или чуть меньше. В последний раз это счастливое повседневное событие было, кажется, в другой жизни. Он старался не думать об этом – единственное, что он сейчас мог более-менее контролировать, так это свои мысли. Его тело было не подвластно ему, Магия больше не была его, она полностью подчинялась воле обсидиановых наручников. А они подчинялись волшебству Инсара, который собственноручно заковывал ими запястья Гарри – так сказал Кадир.
Кадир, этот человек – единственное светлое пятно, которое еще оставалось в жизни Гарри. Он не выжил бы без него. Каждый раз после очередной порции пыток, он появлялся и лечил его длинные порезы, сращивал сломанные кости, давал достаточно воды для того, чтобы восстановиться. Он собственноручно смывал с него запекшуюся кровь, а потом, проделав все возможные лечебные процедуры, накрывал его уставшее тело теплой мантией, оставляя на несколько коротких часов для отдыха.
Кадир, этот человек – единственное темное пятно, которое еще оставалось в жизни Гарри. Каждый раз, когда он входил в камеру, Гарри желал одного: чтобы сегодня он убил его, пытая до смерти. Потому что он не мог осознать: почему один и тот же человек был и его мучителем и его целителем одновременно. Как. Он. Мог? Как он мог раз за разом накладывать на него Круцио до тех пор, пока Гарри переставал реагировать, просто лежа голым на каменном, залитом собственной кровью, полу. А до пыточного проклятия – с какой-то холодной бесстрастностью раз за разом разрезать его плоть тончайшим белым лезвием, от самой шеи до ступней, оставляя неглубокие, но от этого не менее болезненные, порезы. Или заменяя эту процедуру кожаной плетью, как в последний раз, с ритмичным характерным стуком оставляющую неприятные неровные вздутия, которые потом также превращались в одно кровавое месиво вместо его плеч, спины, бедер.
Вжик-удар-боль… Вжик-удар-боль… Вжик…
Раз-два-три… Раз-два-три… Раз…
Гарри даже казалось, что это какая-то изощренная мелодия. Как вальс. Вот только он уже сомневался, что когда-либо сможет отличить настоящую музыку от этого ритма.
Вжик-удар-три… Вжик-два-три… Раз…
Так ритмично, так однообразно звучит эта завораживающая мелодия плети. Или это в помутневшем сознании у Гарри она превратилась в некое подобие мелодии?
Все кончилось, и вот, он уходит, вновь оставляя Гарри наедине с болью. Всё также не произнеся ни одного звука после того последнего разговора. Каждый раз после очередного сеанса он молча уходит, но всякий раз, словно по часам возвращается через несколько бесконечных часов чтобы вылечить тело Гарри. Но на этот раз кое-что изменилось, после лечения Кадир не оставил Гарри одного.
Так Гарри оказался в одной из многочисленных комнат замка Ла’Рельвейн-Шмидт. Кадир позволил ему несколько минут отмокнуть в горячей ванне, смывая с себя остатки крови, пота, грязи, расслабляя напряженные израненные мышцы. Порезы были залечены. Многочисленные шрамы остались. После этого он молча протянул ему простые одежды, какие носят здешние фермеры, и усадил за стол. Появившийся мальчишка-служка водрузил перед Гарри большой поднос с едой и напитками на две персоны. Когда парень ушел, Кадир сел напротив пленника и пододвинул часть еды к себе.
- Ешь, - приказал он, наливая из глиняного кувшина какую-то красную жидкость, похожую на вино.
Еда выглядела аппетитно, но Гарри не смог много съесть, хотя он выпил почти целый кубок терпкого сухого вина.
Мужчина протянул ему еще одно блюдце, на котором лежала, судя по внешнему виду, как решил Гарри, какая-то восточная сладость. Его желудок сжался при одном только виде на это.
- Это едят даже тогда, когда тебе больше не хочется есть, - произнес Кадир. – Ешь.
Гарри посмотрел ему в глаза. Это был приказ. «Ну что может быть плохого в том, чтобы съесть эту чертову конфету?! - подумал Гарри. - Разве что меня вывернет прямо здесь, за столом».
- Съешь это, ты почувствуешь себя лучше, - продолжал Кадир. – Кому будет лучше, если ты проведешь еще несколько дней в камере? У Бурхана достаточно времени для того, чтобы ждать.
- А у тебя? – слабо спросил Гарри, не в силах отвести взгляд от загадочных конфет. – Оно… есть у тебя?
- Мое время – это время Бурхана.
- Это ведь не яд, - скорее утвердительно, нежели вопросительно произнес Гарри, переводя взгляд на Кадира. – Иначе все было бы бессмысленно. Весь этот спектакль…
- Ты прав, это не яд. Оно не причинит тебе вреда.
- Те не лжешь, - поразился Гарри. – Но я чувствую подвох.
- Конечно, я не лгу, - согласился Кадир спокойно. – Знаешь, по каким-то причинам ты нравишься моему шейху. Ты ведь знал, что все это время, пока я пребывал в твоей камере, он наблюдал за нами. Ему – впрочем, как и мне – нравится твоя сила воли, твоя несгибаемость. Бурхан не желает твоей смерти, потому я забочусь о тебе…
- … о моем теле, - перебил его Гарри.
- Ошибаешься, - опроверг Кадир. – Твой разум невозможно повредить, ты это уже доказал.
- Как?
Кадир наконец-то проявил хоть какие-то эмоции: он наклонился вперед и прищурился.
- Тебе известно, сколько я пытал тебя?
- Как один длинный день, - у Гарри не было сил даже чтобы огрызнуться. Возможно, если бы здесь был кто-то другой, например, сам Инсар, он даже не удосужился бы ответить. Но этот человек заставлял как-то по-особенному относиться к нему. И Гарри готов был признать: Кадир был достоин уважения.
- Больше, гораздо больше. Почти шестьдесят часов пыток, но ты не сошел с ума. Это не считая перерывов.
- Шестьдесят… Для чего ты мне это говоришь?
- Потому что я знаю всего только одного человека, кроме тебя, кто выдержал гнев Бурхана столько времени. – Кадир откинулся назад. – И этот человек сейчас ни о чем не жалеет, Бурхан умеет благодарить.
- Ты?..
- Верно, это был я. А теперь я его правая рука. – Мужчина с минуту помолчал. – Он просит лишь об одном – защитной сфере вокруг этого замка.
- Он может сделать это сам! – упорствовал Гарри.
- Бурхан хочет, чтобы это сделал ты. Разница значительна, ты понимаешь?
- Он не собирается отпускать меня, так? – проигнорировал его Гарри.
- На все воля Бурхана… - заметил отстраненно Кадир. – Но, скажу честно, я бы не стал отпускать тебя. Лучше убить.
- Слишком честно, - поморщился Гарри, но вдруг он пораженно посмотрел на Кадира: - Он и сейчас нас слушает, так?
- Увы, мне не известно это, - мужчина стал приподниматься, решив положить конец этому разговору.
- Постой… - прохрипел Гарри. – Что ты собираешься теперь со мной делать?
- Всё зависит от тебя самого. Далее – то, что случилось после твоей попытки побега. Уверен, ты согласишься играть по правилам господина. Вопрос только состоит в следующем: как скоро это случится? – Кадир посмотрел на конфеты и пододвинул их еще ближе к Гарри. – Это – мой тебе совет. Это – твое время, чтобы подумать.

URL
2012-02-01 в 18:32 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
♂♂♂
- Неделя, Годрик! Как ты мог?! – Ровена рвала и метала, наматывая круги вокруг него. – Он ведь еще совсем…
- Только не говори, что он все еще мальчик, - отвечал Годрик устало. Он поймал жену за руку и серьезно посмотрел в ее синие глаза. – Ты ведь помнишь, что он должен сделать? Помнишь, что ты видела в Книге?
- Но… - она всхлипнула, две слезинки неожиданно вырвались из ее глаз, она отвернулась и зло стерла их, не позволяя себе плакать. – Салазар так и не объявился, Годрик. Вдруг он – они все – нуждаются в нашей помощи? Сначала Хельга, потом Аврелий и в то же утро – Сал?! Я теряюсь в этой безызвестности. Ну почему Салазар ушел в то утро и куда?!
Годрик промолчал, прижав жену к себе. Возможно, еще рано было рассказывать Ровене правду о друзьях. Мужчина глядел на тихое сегодня озеро, кое-где, у самой поверхности, плескались многочисленные рыбки. Теплый майский ветер мирно шевелил верхушки деревьев, в отличие от бури, бушевавшей в душе. Он беспокоился обо всех: о Хельге, Гарри, Салазаре, хотя Годрик был уверен, что с последним всё в порядке.
Годрик вовсе не был циником: то, что он сказал тогда своему другу, было направлено лишь на отрезвление разума Салазара. Он влюблен, а любовь делает даже из таких, казалось бы, черствых людей, как Слизерин, уязвимыми. Еще год назад Годрик бы и не подумал, что тот способен вообще на такие эмоции. Но когда появился Гарри, Салазар с первых же минут не мог оторвать от того взгляда, как будто знал уже, что они будут вместе. И потом, алхимик так неожиданно раскрепощен, словно уже все предрешено, что, конечно же, звучит как полная околесица, даже в голове у Годрика.
- Годрик? – позвала его Ровена. – Когда они должны вернуться?
- Сегодня. Если сегодня они не вернутся, в полночь я отправляюсь в долину Рельвейн.
- Ты не пойдешь один! – запротестовала она.
- Это даже не обсуждается, - категорично заявил Годрик.
- Но…
- Нет, Ровена, - нажал мужчина. – Ты нужна здесь, а так как Салазар не объявился, я пойду один. Мак’Кэйли уже предупрежден и прибудет в замок вечером. Ты знаешь: в школе остались только выпускники, но и они нуждаются в защите. Кроме того, в школе Брэйдли и Форейн.
- О да – учителя по латыни и прорицанию, плюс головорез Мак’Кэйли… - Она скептически выгнула брови. – Если что, первый будет кидать с Северной башни свои толстые словари на головы троллей, а второй - предсказывать им скорую мучительную смерть, видя это безобразие...
- Не надо так, дорогая. Салазар всегда говорит, что Хогвартс – несокрушимая крепость.
- О, нет, - продолжала она, не обращая внимания на слова мужа, - Форейн будет помогать Брэйдли, только вместо книг у него – хрустальные шары. А головорез…
- Мак’Кэйли – не головорез, он отличный воин и стратег. Мы не раз выступали с ним против мятежников в Аустре и…
- И не раз вместе напивались в пабе у Эмбрэ на Самайн, - вставила она.
- …и Муоро, - закончил он, хмыкнув. – Кроме того, ты ведь тоже кое-чего стоишь.
Ровена вздохнула: - Я буду ждать тебя… вас всех, - она крепко обняла его и поцеловала.
♂♂♂

URL
2012-02-01 в 18:33 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
♂♂♂
- Ха-ха, ты был прав, Кадир! – Гарри прыгнул на кровать и прикрыл глаза. Перина оказалась необычно мягкой, словно он оказался лежащим на облаке. И вообще, последние несколько часов показались ему сплошным удовольствием, по сравнению с тем, что произошло ранее. Чувствовал он себя так расслабленно, мысли, клокотавшие в нем до сего вечера, внезапно приняли более оптимистичный настрой. Хотелось глупо улыбаться, смеяться и просто ни о чем не думать. А, собственно, что было такого страшного? Мысль ускользала, что-то не давало сосредоточиться. Гарри мысленно пожал плечами. Сейчас-то с ним все хорошо, просто отлично. А это что за забавные огоньки на потолке? Какой-то неизвестный вид фейри?
Гарри потянул рукой вверх, пытаясь схватить один из огоньков, но тот ловко увернулся.
- Конечно, я был прав, - кивнул Кадир, хмуро посмотрев в окно. Сгущались сумерки. Сегодня истекает срок, который Кадир посмел выпросить у Бурхана для того, чтобы «уговорить» Аврелия создать защитную сферу вокруг замка. Ровно в полночь они оба, включая юношу, будут либо вознаграждены, либо больше никогда ни в чем не будут нуждаться. Мертвым ничего не нужно. – Пойдем, больше некогда прохлаждаться.
Гарри недовольно приподнялся (фейри кинулись врассыпную), впрочем, это недовольство быстро улетучилось: может, Кадир еще сможет его чем-либо позабавить?
- Куда? Что-то предстоит еще интересное?
- Конечно, - кивнул Кадир, подавая руку Аврелию, помогая встать на ноги. – Хочешь немного поколдовать?
- Серьезно? – приободрился Гарри, улыбнувшись, но тут же нахмурившись. Что-то вновь не давало покоя. Как он сможет колдовать, будучи в этих оковах? Зачем они вообще нужны, когда Гарри сейчас и так сделает все, что ни попросит Кадир?! - Ты снимешь с меня эти штуки?
Он протянул руки к Кадиру, тот кивнул.
- Да, иди вперед. – Они вышли из комнаты и направились вниз. - Я дам тебе заклинание, а ты сделаешь так, как там написано.
- А ты?
- А я подготовлю все остальное. – Они спустились по лестнице, никого не встретив по дороге, и остановились в большом помещении, похожем на холл. Мужчина порылся в своей мантии, извлекая на свет пергамент. – Ты ведь умеешь читать на латинском?
- Да, хотя всегда можно применить заклинание перевода, - кивнул Гарри, раскручивая пергамент.
- Заклинание не подойдет, нужно в точности произносить слова. Я им сейчас пользуюсь, но, как ты можешь слышать, говорю с ужасным для этих мест акцентом.
- Да уж не без этого, - подтвердил Гарри, просматривая строчки заклинания. – Знаешь, даже просто читая его, оно кажется весьма сложным.
- Ты справишься, Аврелий.
- Хм, очень похоже на Фангоровы чары, но они изменены. Что охранять будем?
Кадир развернулся и, нахмурившись, спросил: - Ты не помнишь? Наш господин велел поставить охранные чары вокруг всего этого замка.
- Наш господин… - Гарри выронил из вдруг ослабевших рук пергамент, который с тихим шелестом опустился на камень. Какие-то пугающие мысли всплыли сквозь то блаженство, которое он сейчас испытывал. Появилось непреодолимое чувство прекословия. Сердце внезапно сдавило, словно невидимая рука смерти вцепилась своими цепкими пальцами, не давая сделать ему очередной удар. – У меня… Мерлин, мне нечем дышать…
Кадир с беспокойством наблюдал за юношей, тот внезапно побелел и сжал в кулак одежду на груди.
- Что с тобой?
- Послушай… у тебя есть еще та конфета? – хрипел Гарри, припадая к стенке, стараясь дышать медленнее, успокаиваясь.
- Неужели так быстро… - пораженно проговорил Кадир, не зная, как поступить.
- Что ты там бормочешь? – внезапно разозлился Гарри. Единственная мысль билась в воспаленном мозгу: та штука, которую Кадир дал ему ранее, должна обязательно прекратить эту тупую боль в сердце. После нее ему было так хорошо.
- Невозможно…
- Так есть или нет?!
- Слуга? – раздался внезапно обволакивающий голос.
Гарри замер. Опасность буквально исходила от вошедшего человека. «Инсар», - вспомнил он, попытавшись вновь отгородиться от боли, от трясущихся рук. Господин Кадира. У него должна быть эта конфета.
- Бурхан, - Кадир приклонился перед своим господином.
- Что вы – вдвоем – здесь делаете?
- Аврелий согласен выполнить вашу просьбу, Бурхан, - ответил Кадир.
- Что с ним? – спросил Инсар, внимательно вглядываясь на беспокойного юношу. Тот переминался с ноги на ногу, не особо вслушиваясь в диалог; его руки, как и остальное тело, мелко дрожали, взгляд неподвижно остановился где-то над плечом Инсара. Но слуга не успел что-либо сказать, как Инсар сам же ответил чуть удивленным голосом, немного приподняв брови: - Ты дал ему наркотик?
- Простите, Бурхан, - взмолился Кадир, уловив в голосе недовольство, внезапно оказавшись на коленях. – Но я подумал, что нам необходимо добиться от него того, чего хотим, любыми способами. Простите меня, мой шейх, я не оправдал ваших надежд.
- Это верно, Кадир, ты еще ответишь за это, но не сейчас, - его ноздри затрепетали. – Дай нашему гостю то, что он требует… после того, как он поможет нам.
- Да, Бурхан, – поклонился Кадир, а затем, более громко обратился к Гарри: - Ты слышал? Сейчас господин даст тебе возможность колдовать, и ты сделаешь то, что обещал.
- Что вам нужно от меня? – Гарри отступил на шаг назад, глядя на Кадира. – Я ничего не обещал. – Он перевел взгляд на Инсара. – Что вы от меня хотите?!
- Сколько ты ему дал, слуга? – прищурившись, ровно спросил брюнет, переходя на арабский язык. – Он не адекватен.
Юноша беспокойно заозирался, протянул куда-то в пустоту руку, что-то схватил невидимое, а затем уставился на свою подрагивающую ладонь. По его вискам градом катился пот.
- Всего лишь одну дозу, Бурхан, - хотя Кадир и обратился к Инсару, но его взгляд напряженно следил за Аврелием. – Мне не известна такая реакция, слишком быстрое привыкание. Очень похоже, что он принимает наркотик очень давно. Или, скорее всего, индивидуальная непереносимость организма.
- Некогда рассуждать, нам нужно до полуночи обезопасить замок от нежелательных гостей. Мои люди донесли, что кое-кто собирается проникнуть сюда в скором времени. Если не получится со сферой, придется приступать к запасному…
- Прекратите! – вдруг вскрикнул молодой человек, сжав кулаки. – Прекратите это!
- Господин…
- Ты должен был предусмотреть это, Кадир, - равнодушно прервал его Инсар, наблюдая за мечущимся юношей. – Твоя кара будет незавидной, если я потеряю в своей свите такой ценный экземпляр, как этот Аврелий. А сейчас живо принеси мне зелье, проясняющее рассудок. Хватит с него дурмана.
- Прекратите! – прокричал вновь юноша, затем закашлялся и прохрипел, схватившись за собственное горло: - Лазарь, где ты? – он упал на колени и схватился за живот, закрыв глаза.
- Да, Бурхан, - поклонился низко Кадир и, попятившись спиной, выскользнул в один из боковых коридоров. Не прошло и минуты, как он вернулся, осторожно держа кубок с зельем.

URL
2012-02-01 в 18:34 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Встань, Аврелий, - приказал Инсар по-английски.
- Нет, нет… - мотал головой Гарри, всё также находясь на четвереньках. – Не сделаю, нет, не буду помогать… Лазарь… Не заставляйте меня…
- Заставь его выпить это и убирайся с глаз моих долой, - обратился Инсар уже к Кадиру.
- Да, Бурхан, - поклонился вновь слуга и осторожно подошел к скрюченному на полу парню. – Выпей это, Аврелий, тебе станет легче.
- Нет, нет… - шептал Гарри, но скорее это было все также неосознанно, нежели он среагировал на слова своего недавнего мучителя. Тогда Кадир обездвижил парня и влил ему зелье прямо в приоткрытый рот, помассировав горло, чтобы Аврелий сглотнул и не подавился. Затем волшебник освободил его.
- Вон отсюда, - спокойно произнес Инсар, глядя на слугу. Когда тот вышел, мужчина рывком поднял несопротивляющегося юношу на ноги, прислонил к стене и схватил его голову за нижнюю челюсть, пытаясь поймать не сфокусированный взгляд.
- Мальчишка, что с тобой? – проговорил Инсар, поморщившись от ощущения на своих пальцах легкой щетины на лице юноши, вкупе с ненормальной липкой испариной. – Ты понимаешь меня?
Ответа не последовало, тогда Инсар замахнулся и ударил того по левой щеке, оставляя мгновенно появившиеся яркие отметины. Голова Аврелия безвольно повернулась вбок, волосы в беспорядке прилипли к влажной коже, укрывая лицо от взгляда Инсара.
- Теперь ты понимаешь меня? – Мужчина вновь взял того за подбородок, разворачивая лицо к себе, и жестко приказал: - Сосредоточься и посмотри на меня, Аврелий.
Гарри медленно поднял взгляд на Инсара. Красивое лицо мужчины все также не выражало ничего, кроме равнодушия. Инсар всматривался в сильно расширенные зрачки, почти полностью закрывшие необычную радужную оболочку.
- Ты помнишь, кто я? – Когда Аврелий дернулся, но не ответил, Инсар удовлетворенно кивнул, но все равно твердо потребовал: - Отвечай!
- Да.
- Что ж, хотя я и не слышу должного почтения в твоем голосе, пока этого вполне достаточно, - Инсар отпустил подбородок Гарри, отошел от него, и демонстративно отер пальцы белоснежным платком, появившимся из воздуха по легкому мановению его волшебной палочки.
- Я не буду рабом, - дерзко ответил Гарри.
- Как принципиально, - пожал плечами Инсар, выкидывая использованный платок на пол, который тут же бесследно исчез.
- Зато честно, - сквозь зубы выдавил Гарри.
- Вижу, ты действительно пришел в себя, раз позволил себе вновь дерзить мне, - один из уголков его губ искривился; мужчина спрятал палочку, показывая своему невольному визави, что сейчас он не намерен ею пользоваться. – Смею надеяться, ты изменишь свое отношение ко мне, учитывая, что сейчас ты трезво мыслишь, а не корчишься от боли на полу. Я рассчитываю на наше плодотворное сотрудничество.
- Ты смеешься? – Гарри скрестил дрожащие руки. – После того, что ты… ты сделал со мной? И после того, как ты позволил своему прислужнику накачать меня наркотиком, а сам притворяешься добрым самаритянином, спасшим меня от мучений? Я за это должен быть тебе благодарным, так что ли?
Инсар одним большим шагом преодолел расстояние между ними, и вцепился стальной хваткой в нижнюю челюсть Гарри, приблизив свое лицо к нему:
- Не самаритянин, «бедуин» более подходящее слово. И бедуины не прощают таких вольностей. И ты ошибаешься, сопляк, ты сам позволил это сделать с собой. Можешь не строить из себя невинную жертву: ты находишься там, где хочешь быть, помнишь? Ты сам пришел в мой дом. – Цепкие пальцы не давали шевельнуться.
Поттер промолчал, у него не было сил сопротивляться. Он чувствовал себя разбитым и подавленным; тело предательски дрожало, сердце гулко билось в груди, боль сосредоточилась в в нем, становилось нечем дышать. Но самым страшным было вовсе не его собственная физическая боль, а то, что он сейчас наблюдал перед собой – карие глаза Инсара, искрящиеся безумным, почти дьявольским, блеском.
- Чего ты ждал, а? – продолжал Инсар. – Что я с радостью впущу тебя, позволив этой глупой девчонке провернуть свою собственную авантюру? Что бы вы сделали со мной, если бы я, как крыса, проник в ваш Хогвартс? Можешь не отвечать, я бы сразу получил «Аваду Кедевру» меж глаз. А ты жив до сих пор и более-менее здравствуешь.
Гарри прикрыл глаза, коря себя за этот жест трусости, но аура, исходящая от Инсара, все равно оставалась. Его лицо отпустили. Светлое пятно вновь отодвинулось дальше.
- Вот видишь: ты согласен со мной, - удовлетворенно усмехнулся чародей. - Здесь вы с девчонкой будете играть по моим правилам. Поэтому, если не хочешь повторения предыдущих дней, ты сделаешь так, как хочу я. На правах хозяина дома, так сказать.
Поттер посмотрел в спину Инсара, тот медленно прохаживался по холлу. Гарри нахмурился. Теперь настала его очередь ответить за свои действия. И если начать прямо сейчас, то хотя бы одного человека он сможет спасти… хотя она и не заслуживала этого, но когда-то Поттер поклялся, что из-за него погибать люди больше не будут. Пришло время сдержать собственное обещание.
- Я сделаю для тебя защитную сферу, - медленно сказал он спине Инсара, - но…
Тот медленно развернул свой корпус: - Но?.. Нет, не говори. Дай угадаю: ты сделаешь это, если я отпущу девчонку.
- Верно.
- И мы вернулись к тому, с чего начали несколько ночей назад. - Инсар приблизился к Гарри, заставив вздрогнуть при мысли о том, сколько «воды утекло» с того времени. Инсар заинтересованно наклонил голову: - Ну и как это? Чувствуешь себя обманутым? Или, скорее, глупцом?
Гарри с вызовом посмотрел прямо в глаза Инсару, скрывая все эмоции в себе:
- Оставим мои чувства. Когда я удостоверюсь, что Хельга в безопасности… - он решил говорить так же, как и сам Инсар, не признавая никаких возражений, не выдавая ни капли чувств, - …то, Инсар, немедленно приступим к волшебству.
- Дерзок и храбр. Это хорошие качества, но большой твой минус – ты не умеешь вовремя воспользоваться ими. Я научу тебя уместности, - рассмеялся маг, подходя к лестнице, ведущей наверх. – Идем к мисс Хаффлпаф – сам скажешь ей о своем решении.

URL
2012-02-01 в 18:36 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава двадцать вторая.

Гарри проснулся от давления на мочевой пузырь. Поза, в которой он лежал, была неудобной, что не облегчало его положения. Руки были закинуты за голову, предплечья и часть спины затекли настолько, что он не мог ими пошевелить. Кистей рук он вовсе не чувствовал. То, на чем он лежал, не создавало впечатления чего-то мягкого и удобного. Впрочем, это было самой незначительной проблемой, о которой стоит беспокоиться. Его тело ломило, словно от многочисленных Круцио, но он точно знал, что вчера этого не было.
Вчера было унижение. Предательство. Больше, чем боль.
Еще не открывая глаз, он «осмотрел» комнату, где находился. Все вокруг сверкало и икрилось от Магии. Стены и потолок были похожи на сверкающую ярким белым светом клетку. Он нахмурился от этой сюрреалистической картины – какой смысл зачаровывать подобным образом все стены?
Медленно открыв глаза, Поттер еле сдержал стон – облик комнаты практически не изменился. Пространство футов десять на пятнадцать, не больше, но зато был высокий потолок. Грубые черные стены из монолитного камня не давали простора для воображения. Он с трудом повернул голову в противоположную сторону. Слабая полоска света выбивалась из-под массивной двери с кованой отделкой, окошка в ней в этот раз не было. Сам Гарри лежал в центре на каком-то возвышении, он попытался опустить руки, но что-то не позволяло этого сделать. Он стал разминать затекшее тело, сжимая и разжимая кулаки, двигая, насколько это возможно, шеей, спиной, руками. Появилось ощущение, что у него на запястьях широкие путы, он чуть дернул ими. Раздавшийся следом лязг цепей не предвещал ничего хорошего.
Гарри чертыхнулся. Он поднял голову – насколько это было вообще возможно. Ноги были свободны, но лежащие рядом браслеты из толстой кожи, прицепленные к толстым цепям, не оставляли сомнений, что ими также вскоре воспользуются.
Сердце гулко билось о ребра. Было холодно и промозгло. Мочевой пузырь вновь безжалостно напомнил о себе. Мысли хаотически разбегались. Гарри попытался успокоиться и трезво мыслить. Все эти внешние признаки не должны влиять на его разум. Только не сейчас, когда Хельга свободна.
Он должен освободиться! Черт, он не будет рабом! На его руках не будет крови невинных!
Гарри прикрыл глаза, призывая свою магию, направляя на оковы. Ее долго не было – обсидиан не поддавался. Но пытаясь вновь и вновь, он почувствовал тепло, исходившее из его груди, постепенно разрастающееся, впитывающееся в путы. Металл завибрировал, звенья цепи залязгали друг о друга, наполняя пустое пространство звуком, слишком громким, чтобы быть не услышанным вне камеры. Цепи не разрушались, но Гарри, разозлившись, все более и более пытался влить в них свою магию. Его волосы встали дыбом, когда энергия стала вырываться из него, сгущаясь над ним сверху, словно в огненный шар.
Гарри с ужасом открыл глаза, когда понял это. Он метнул взгляд в сторону двери, и шар молнией устремился туда, повинуясь своему создателю. Громкий вибрирующий звук пронесся по комнате, прежде чем оглушающий грохот огненным бумерангом вернулся к Гарри, разрываясь на миллиарды микрочастиц энергии, вонзаясь маленькими осколками в податливое ранимое человеческое тело, разрывая на нем одежду на мелкие лоскутки, оставляя многочисленные шрамы и кровавые разрезы.
Он закричал, не в силах вынести боль, во много раз превосходящую Круцио, его руки натянули путы, которые до крови врывались в кожу, сдирая ее. Белая клетка, в которой он беспомощно лежал, потухла перед его глазами.
♂♂♂
Годрик аппарировал прямо в темную жижу, которая тут же попыталась засосать его. Легко выбравшись на более-менее твердую почву, он огляделся. Тишина была необычной. Цикады не пели, в мангровых зарослях не квакали лягушки, совы не хлопали крыльями в поисках мелких болотных тварей.
Наложив на себя дезиллюминационные чары, он поспешил вперед по привычной в последнее время дороге к деревне близ замка Ла’Рельвейн-Шмидт. Он осторожно, вслушиваясь в каждый шорох, пошел на восток. Отчетливый отпечаток от сапога обнаружился почти сразу – то несомненно был Гарри, неделю назад побывавший здесь.
Пройдя дальше, Годрик услышал скрипучий звук, как будто кто-то переговаривается. Он внимательно всмотрелся в темноту и пара болотных гриндилоу была также тихо уничтожена с помощью нехитрых приемов – Годрик просто переломал им длинные узловатые пальцы.
Выйдя из болота и просушив всю одежду, он нырнул в жесткие высокие заросли. Некоторые из листьев были обломаны. Значит, Гарри шел в верном направлении, но слишком уж неосторожно – он оставил множество очевидных для Годрика следов. Впрочем, тем лучше.
Вдруг что-то треснуло. Годрик резко остановился и задержал дыхание, надеясь, что это очередная тварь, почуявшая его. Когда почти неслышный треск раздался снова, его сомнения полностью рассеялись: кто-то шел следом, возможно даже следил за ним. Тогда он быстро свернул чуть в сторону и присел, предварительно вытащив широкий кинжал из специального крепления в сапоге. Минуту спустя на то место, где он только что стоял, ступила высокая фигура, увы – не гриндилоу. Это была определенно человеческая фигура, полностью закутанная в черный плащ. На его голове был накинут капюшон, в руке зажата волшебная палочка.
Незнакомец положил палочку на ладонь и та завертелась, указывая нужное ему направление. Он шагнул вперед, но вновь остановился, словно прислушиваясь.
Воспользовавшись заминкой чужака, Годрик внезапно рывком поднялся на ноги и прыгнул на него сзади. Холодное острие лезвия надавило на нежную податливую плоть горла, а другая рука не давала пошевелить тому своей рукой и использовать палочку против Годрика.
- Только пошевелись, и ты – труп! - пригрозил Годрик, готовый в любой момент полоснуть кинжалом по горлу.
Незнакомец что-то неразборчиво прохрипел и кивнул.
- Так-то лучше, - кивнул Гриффиндор. – Палочку на землю. Живо!
Темная палочка мгновенно полетела вниз, ее хозяин даже не протестовал против этого. Годрик проследил за ней взглядом и тут же пожалел об этом: его руку убрали от горла, а мощный толчок локтя незнакомца отшвырнул его сразу на два ярда. Годрик упал на сырую землю и, вскакивая на ноги, замешкался, запутавшись в полах собственной мантии.
В это время незнакомец безмолвно призвал свою выброшенную волшебную палочку, и через мгновение ее острие уже указывало на свирепого Годрика, который не успел достать свою палочку, все еще зажимая в руке лишь кинжал, который при этой позиции был почти бесполезен.
Дальше Гриффиндор не стал подниматься, упершись одной рукой о влажную землю. Оставалось ждать ответного хода врага. Он пораженно скривился: вот так и попадаются хорошие воины. Когда-нибудь он был обязан недооценить своего противника. Если бы еще это было более достойно… Но погибнуть повергнутым в схватке с неизвестным врагом – это совсем не по-гриффиндорски. Тем более в схватке один на один, когда бывало, что он сражался и с десятком врагов одновременно.
И вот – темная палочка приблизилась к лицу Годрика и дрогнула. Слишком знакомый голос прошелестел, едва громче, чем шепот:
- Не нужно было колебаться, когда у тебя был шанс перерезать мне глотку. – Палочку опустили, а капюшон мантии откинули, являя взору знакомое бледное лицо.
Годрик витиевато выругался, а затем ловко вскочил на ноги, убирая кинжал обратно.
- Какого Мерлина ты сразу не пошел со мной, Салазар? – воскликнул Годрик раздраженно. – И где ты пропадал?! Ровена вся извелась, разыскивая тебя.
- Отвечаю на твой первый вопрос: это чистая случайность, что мы здесь встретились. - Салазар провел ладонью по своему горлу, смахивая несколько капелек крови, все же оставленных от кинжала Годрика. Место пореза неприятно жгло. – Такой циничный ублюдок, как я, не рассчитывал на твою помощь…
- Салазар, не надо вспоминать близко к сердцу то, что я тебе сказал в прошлый раз, - поморщился Годрик. – Я вовсе не хотел тебя обидеть, просто хотел вправить тебе мозги на место.
- Я их вообще только что не лишился, вместе с головой, - возразил Слизерин, накидывая вновь капюшон. Он холодно взглянул на своего друга: - И ты сказал то, что хотел сказать.
Салазар развернулся и пошел дальше, в сторону замка, которого еще не было даже видно. Годрик поспешил следом:
- Ты где пропадал? Мы все волновались за тебя.
- Мой замок – Хогвартс – достаточно большой для того, чтобы один человек смог там спрятаться и жить незаметно для других его обитателей даже на протяжении всей его жизни, - ответил Салазар, отодвинув особо большое растение и резко отпустив его позади себя.

URL
2012-02-01 в 18:37 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Годрик взвыл от боли – удар как раз пришелся по его лицу, почти наверняка оставляя хорошую отметину на нем: - Оу-уч!
Алхимик хмыкнул, а Годрик решил впредь идти чуть подальше от него.
- Салазар?
Ответа не последовало.
- Салазар! – прикрикнул Годрик недовольно.
Первый мужчина резко остановился и обернулся. Его глаза сверкали в гневе:
- Прекрати орать, как полоумный. Ты ведь не хочешь, чтобы нас заметили раньше необходимого? Чего тебе надо?
- Не слишком вежливо…- пробормотал Годрик. – Не пойму, где ты всего за неделю растерял весь свой аристократический лоск и куртуазность. Определенно, Аврелий положительно на тебя влияет…
Не успел Годрик закончить предложение, как Слизерин сам рявкнул:
- Заткнись, Гриффиндор, или клянусь, я не посмотрю на то, что ты когда-то был моим другом, и перережу тебе глотку твоим же кинжалом, а затем отдам твое тело на прокорм василиску!
Годрик благоразумно замолчал, хотя на языке крутилось множество вопросов. Ну, да – он идиот, лишний раз напоминать ему об Аврелии в такой момент. Спустя пять минут борьбы с высокими стеблями, он все же рискнул тихо сказать:
- Василиски нынче редкие животные.
- Я выращу одного. Специально для ранее обозначенных целей, болван.
-Угу. – Годрик поспешил сменить тему. – Так каков твой план?
- В корне отличается от твоего, - не останавливаясь, ответил Салазар.
- Почему ты так уверен в этом? – упорствовал он.
- Он не включает в себя такие пункты, как: внезапное появление в замке с палочкой в одной руке, с кинжалом – в другой, и, перебив всю стражу, связывание веревками Инсара. Потом – пытать его, пока не расскажет, что он сделал с Аврелием, если конечно тот не встретится где-нибудь по дороге или в подземельях… хотя последнее – насчет пыток – мне не кажется таким уж безумным или глупым.
- Спасибо тебе за уверенность в моих талантах стратега, конечно… - не удержался съязвить Годрик, - …но всё же расскажешь мне свой план или нет?
Салазар вздохнул и нехотя ответил: - У меня есть одно полезное зелье.
- Как же без этого… - проворчал Годрик, находясь в опасной близости от алхимика.
Тот оглянулся и прищурился: - Ты что-то сказал?
Годрик помотал головой: - Нет.
Салазар отвернулся, продолжив: - Так вот, оно способно придавать внешность другого человека. Думаю, обезвредить какого-нибудь стражника и воспользоваться его физиономией, тем самым проникнув в замок.
- У меня нет слов, Салазар… Должен признать, твой план действительно лучше, хотя и тот, что ты приписал мне ранее, все же отличался от моего плана.
- Последним пунктом? – скривил губы Салазар. – Ах, нет – тем, где говорится о том, что спасать придется только Аврелия. Как же я мог забыть о вездесущей мисс Хаффлпаф?
- Не понимаю, почему ты так не любишь…
- Вот только не надо мне капать на мозги, ладно? Я давно уже не мальчик для этого, а ты мне не отец, - прервал его Салазар.
- «Капать на мозги»? – усмехнулся Годрик, вспоминая Аврелия. Тот все время говорит что-то подобное, неудивительно, что алхимик стал повторять его фразы, ведь они так тесно общаются…
- Поучать меня, - пояснил брюнет. – Мы скоро выйдем к дороге, используй в этот раз палочку.
- Так ты все же не отказываешься от моей помощи? – удовлетворенно спросил Годрик.
- Как видишь – нет, - ответил Салазар ядовито.
- Все еще не можешь простить мне твое поражение? Ну, когда Аврелий проверял на нас свою формулу зависимости коэффициента магической энергии на различные проклятия, например «Остолбеней»? – вновь с наслаждением спросил Годрик, доставая свою палочку.
- Затк… Оууч! - но Салазар не успел огрызнуться, неожиданно во что-то стукнувшись всем телом. Он с недоумением разглядывал нечто прозрачное, все еще идущее рябью от столкновения с ним. Через несколько секунд рябь исчезла, и прозрачная стена вновь вернулась в первоначальное состояние, став полностью невидимой. – Что это? Щит?
Годрик нахмурился, осторожно подходя к Салазару. Он осторожно протянул руку, пока не наткнулся на преграду, ощущая тепло, идущее от нее.
- Хм, похоже на какую-то разновидность защитной сферы, - заключил Годрик. Пальцы стало покалывать, и он резко отдернул руку.
- Что случилось?
- Она теплая и так пропитана магией, что и в подметки не годится той, что окружает Хогвартс. Возможно, это Фангоровы Чары, хотя их…
- Мне не важно, что это за чары, Годрик, - прервал его Салазар. – Лучше скажи мне, как мы можем обойти их.
- … хотя их чрезвычайно сложно, нет – невозможно наложить на столь большой участок, - продолжил Годрик. – Послушай: маг, сумевший сделать это, невероятно могущественен. Хочу ошибаться, но если я прав, то тот, кто работает на Маджуси – большой оригинал.
- Почему ты думаешь, что это сделал не он сам? – поинтересовался Салазар.
- Разве раньше мы видели что-то подобное у него? – вопросом на вопрос ответил Годрик.
- Тогда кто это может быть? – Салазар серьезно посмотрел на задумчивого Годрика. – Мне вовсе не нравится такой поворот событий, ведь я знаю всего одного человека, который потенциально способен на такое колдовство – это...
- …Аврелий, - закончил за друга Годрик.
Воцарилось минутное молчание. Гриффиндор обдумывал сложившуюся ситуацию. Гарри не способен сделать это самостоятельно, то есть, конечно – способен, вот только он не будет этого делать без причины. Как же Маджуси смог заставить сделать это для него такого мага, как Аврелий?!
У Салазара неприятно кольнуло в груди. Даже если они с Годриком смогут пройти эту чертову стену, то это еще не значит, что с Аврелием все будет в порядке к тому моменту. Мухаммед Маджуси мог шантажом заставить того сотворить эти сложнейшие чары. И все – из-за Хельги, о которой, кстати, ни Годрик, ни Ровена не догадываются, что она в этой истории – далеко не жертвенный ягненок, возложенный на кровавый алтарь Маджуси. Если никто за прошедшие полгода и не заметил эмоционального состояния мисс Хаффлпаф, то Салазар внимательно за ней наблюдал. Эти ее постоянные «обиды», после которых она внезапно исчезала на некоторое время. «Невинные» замечания о Маджуси, которые она себе так неосмотрительно позволяла… Салазар был уверен, что то злосчастное письмо, которое он обнаружил в своих с Аврелием апартаментах – совсем не блеф. Она действительно способна ради выдуманной юношеской любви предать тех, кто дал ей все. Кем бы она была, если бы не Ровена, заменившая ей мать, Годрик, который всегда хотел иметь детей, да и сам Салазар, приютивший ее у себя в замке, давший кров, нетрудную работу в столь юные годы? И все, что они получили взамен – это подлая измена… Годрик будет жестоко разочарован, а у Ро разобьется сердце. Если с его Аврелием что-то случится, Салазар не сможет оставить это безнаказанным. Девчонка пожалеет, что вообще родилась на этот свет…
Салазар остановил себя, сердце гулко отдавалось где-то в горле, вопреки законам физиологии. Сейчас не место думать о мести, главное – вытащить из этой передряги своего доверчивого любовника целым и невредимым, а уже потом устраивать персональный ад мисс Хаффлпаф.
Было непонятно одно: как Аврелий и, следовательно, Годрик, узнал, что Хельга тем или иным образом очутилась у врага? Он не замедлил спросить об этом самого Годрика, хмуро смотрящего на внезапное препятствие.
- Что ж, думаю, не имеет смысла теперь скрывать это от тебя, - ответил Гриффиндор, почесывая подбородок. - Аврелий сказал, что получил письмо от нашего недруга. Там было написано, что Хельга была похищена, и если Аврелий не явится к нему в течение недели, то… ну, сам понимаешь.
- Вы хотя бы проверили, что девчонки нет в Хогвартсе? – спросил Салазар, скрестив руки.
- Разумеется, мы с Аврелием как раз встретились в ее комнатах, - кивнул Годрик, плотнее кутаясь в плащ. Наступила глубокая ночь и прохладный ветер пробрался к его телу. – Кроме того, в это время Ровена обнаружила брешь в наших защитных щитах. Один из камней-оберегов, образующий охранную руну по периметру Хогвартса, был сдвинут в сторону. Ни одно живое существо не способно сделать это нечаянно – твой дед предусмотрел и это. Позже я осмотрел место происшествия – там обнаружились мужские следы. Кто-то чужой побывал в замке.
- Когда я уходил, не заметил изменений, - заметил Салазар.
- Да, - кивнул Годрик, - мы с Ровеной поместили монолит на место.
- Значит, письмо… - задумчиво протянул алхимик, затем остро посмотрел на собеседника: - Ты сам читал его?
- Нет, это со слов Аврелия… Ты думаешь, что он мог солгать мне? – догадался Годрик.
- Не знаю, но если это так, то я не понимаю, какую игру ведет Маджуси.
- О чем ты?
- Сам подумай: зачем ему Аврелий? – Слизерин вздохнул. – И еще, накануне того дня я также получил письмо. Там говорилось почти то же самое, вот только Инсар требовал именно моего присутствия в Ла’Рельвейн-Шмидт, как наиболее выгодного для себя союзника. И если мы говорим об одном и тоже письме, то я не понимаю, каким образом Аврелий смог прочитать его, ведь я сжег его…
- Тем же способом, с помощью которого зачаровал те земли, - подсказал Годрик, кивая «по ту сторону» щита. Заключая, он сказал: - Значит, он солгал.
- Отчасти, - согласился Салазар сквозь зубы, сдерживая очередной приступ злости, теперь уже на Аврелия.
♂♂♂

URL
2012-02-01 в 18:38 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
♂♂♂
- Сделай же что-нибудь! – орал Салазар, сжав кулаки.
Прямо напротив него, почти лицом к лицу стоял такой же взбешенный Годрик. Они были всё на том же самом месте, что и три ночи назад, но так и не продвинулись к замку ни на дюйм ближе. Всё, что не предпринимал Слизерин, ни коим образом не отразилось на охранной сфере, впрочем, точно также не действовали и методы Годрика.
- Что я могу сделать?! – орал в ответ Годрик, почти полностью неосознанно копируя позу своего друга. – Эти чары невозможно обойти! Я не всесилен!
- Но должен быть другой путь попасть в этот треклятый замок! - упорствовал Салазар.
- Если он и существует, то мне ничего об этом не известно! Ни-че-го! – Годрик отвернулся и с силой стукнул по прозрачному щиту. Пошла рябь, но потом исчезла. Он вновь повернулся к Салазару: - А ты сам-то? У тебя еще остались здравые идеи?
- Магией его не возьмешь… - размышлял успокоившийся Салазар. Он не мог больше обвинять Годрика в том, что тот не может обойти эти чары – ведь и сам он не знал, как это сделать.
- Нашей магией, - уточнил Годрик, усевшись на срубленные листья.
Салазар метнул в него недовольный взгляд, но ничего не сказал по этому поводу.
- Зелья также бессильны. Даже «Многосущное» не поможет – магическую подпись изменить не в силах никому. – Он присел рядом. – Мы уже пробовали сделать подкоп, но и это не помогло.
- Да, - согласился Годрик. – А значит, и пролететь сверху не поможет. Этот щит действительно – сферический. Очень хороший сферический охранный щит.
- Что сказала Ро насчет этого?
- Пока ничего, - помотал головой Годрик. – Роется в книгах.
- Значит, дело действительно безнадежное… - Салазар резко встал. – Дрянь!
- Что случилось? – Годрик также мгновенно поднялся, в его руке уже была волшебная палочка. Он опасливо осматривался вокруг, прислушиваясь к звукам.
- Ничего, успокойся, - Салазар опустил руку Годрика с палочкой. – Просто я возвращаюсь в Хогвартс.
- Что ты задумал? – Годрик тоже начал собирать вещи, которые появились то тут, то там во время их вынужденного бивака.
- Есть другой путь пробраться в замок, - он уже шагал в сторону болот. – Уверен, этот ублюдок давно знает, что мы с тобой тут околачиваемся. Но так как мы до сих пор не были приглашены «на вечеринку», то нам – мне – следует самому напроситься на нее, хотя хозяин теперь не особо желает этого. Видно, замена ублюдку «пришлась по вкусу».
- Это безумие Салазар!
Алхимик резко развернулся:
- Менее безумно, чем сидеть там и ждать «пока пикси сами сдохнут»! Как ты не можешь понять? Аврелий – он там, у него в его грязных лапах! Сама мысль о том, что с ним там могут сделать… А каково там ему? Представь, что Ровена – твоя жена – попала туда!
Годрик побледнел: - Он же не станет измываться над ним?
- Измываться?! С каких пор ты стал таким идиотом?
- Ты всегда указывал мне на это…
- Не время для шуток, Годрик! Вспомни, что он делает с несогласными! Сначала дает поразвлечься с ними своим приспешникам, потом – убивает. Они насилуют, пытают… в общем, все, что позволит им их садистское воображение. А сильных духом, как Аврелий… - Салазар сглотнул. – Этот араб вначале попытается сломить его, унизить и подчинить… Но сейчас я хотя бы уверен в одном: Аврелий жив.
- Мерлин…
- Он нам не поможет, - жестоко отозвался Салазар, спеша назад. – Если Маджуси все еще желает видеть меня, то очень скоро его желание исполнится. Как говорят магглы, «стучите, и вам откроют».
- Разве мы не стучали по этой проклятой сфере? – Годрик еле поспевал за другом. – И еще взрывали, и…
- О, заткнись, - прервал его Салазар. – Я не имел в виду в прямом смысле… Хм…
- Что?
- Разве что только действительно не стучали, - обернулся Слизерин, глядя на Годрика. – Мы пытались просто снести дверь к чертовой матери, но нам нужно просто найти замок или ручку.
- Какую дверь? Какой замок?

URL
2012-02-01 в 18:40 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Ох, сейчас напугаю своих любимых читателей в этой главе =)))
Глава двадцать третья.

- Где я? – прохрипел Гарри. – Больно.
- Твой поступок был очень глуп, - сказал голос с непонятным акцентом. Гарри даже в первое время не мог разобрать, что именно тот говорит. – Оттуда и боль, за всё нужно платить.
Похоже, этот человек протирал тело Гарри влажной тканью. Там, где прошлась тряпка, было свежо и боль, беспокоившая его тело, проходила.
«Наверное, какое-то зелье», - подумал он.
Гарри попытался пошевелиться. Кожу саднило, мышцы сводило судорогой, но самым странным и вместе с тем болезненным было странное ощущение в его анусе. Как будто кто-то не очень давно…
Мужчина, приводивший его в порядок, нечаянно надавил на особо болезненный порез, и Гарри непроизвольно вскрикнул.
- Нужно терпеть, - откликнулся человек, - боль закаляет мужчину.
- Закаляет? – Он попытался приоткрыть глаза. В помещении было сумрачно, лишь только несколько зажженных факелов отбрасывали дрожащие тени на каменные стены. Перед глазами мельтешило что-то светлое, хотя Гарри уже понял, что веки его действительно закрыты. – Кто ты?
Приятное ощущение от поглаживания по груди влажной тряпки прекратилось.
- Что случилось? – проморгавшись, Гарри посмотрел на незнакомца, отметив его необычную наружность даже для обычного среднестатистического мага, которые, как он думал, должны выглядеть по-другому, но как именно Гарри так и не мог припомнить. – Я могу узнать, кто ты или так и будешь стоять и пялиться? – Гарри разозлился. Мало того, что ему не знакомо это место и этот человек, и он чувствовал себя местами отвратительно, но и еще один факт вывел его из равновесия: он не помнил более ничего, кроме своего имени. Гарри Поттер и он волшебник.
- Я… - пауза, - Амин.
- Здорово, - Гарри искривил губы, сардонически продолжив: - Ты Амин. Но я считаю, что боль лучше предупреждать. Для закалки существуют другие способы.
Гарри Поттер много чего знал, множество заклятий, зелий, рун крутились в его голове, но он не помнил себя, где он родился, своих друзей, чем занимается и как он выглядит – тоже не помнил.
- Ты… прошу прощения, мне нужно выйти. Не двигайся, мы поможем тебе, - и человек быстро ретировался, оставив Гарри наедине с самим собой и кучей вопросов. За дверью послышались приглушенные голоса, говорящие на непонятном языке, затем какая-то беспокойная возня и даже крик, который почти сразу смолк. Тихие голоса возобновились. Перестав прислушиваться, юноша оглядел помещение. Только голые черные стены, осклизлые на вид, сам он лежит на каком-то возвышении, в изножьях цепи, а на запястьях непонятные браслеты. Брюки разорваны, сорочка расстегнута и тоже не в лучшем виде. По всему телу заживающие длинные шрамы и свежие, но они не такие «правильные» - не ровные и расположены в хаотичном порядке, но этот Амин уже успел поработать – основная кровь была смыта.
- Славное местечко… - проворчал Гарри, попытавшись сесть.
«Нужно убираться отсюда, и как можно скорее», - подумал он, но как только он это сделал, дверь вновь отрылась.
Вошедший человек был не тем что ушел. Этот был потрясающе красив, от него шла яркая аура. Необычная наружность придавала невероятную притягательность и шарм этому мужчине. К его распущенным черным волосам тут же захотелось прикоснуться. Даже походка его была какой-то опасно-соблазняющей, решил Гарри, не зная как реагировать на оклик своего тела.
Незнакомец приподнял руку, в которой оказалась волшебная палочка, и направил ее в сторону Гарри, предварительно что-то прошептав. Неприятное чувство, словно его мозги перебирают по мелким кусочкам, длилось достаточное время, для того, чтобы Гарри вновь разозлился:
- Хватит! – крикнул он, зажав ладонями голову. – Прекрати это! Хочешь убить – убей по старинке!
- Ты в порядке, - облегченно прошептал мужчина, приблизившись, сжимая его руки в свои.
- Я бы так не сказал, - пробормотал Гарри, немного покраснев и с изумлением понимая, что этот человек скорее всего был близок ему. Настолько близок, что Гарри в смущении покраснел. Интересно, он очень расстроится, если Гарри скажет, что не помнит его?
Длинные тонкие пальцы оставили одну из его рук, легко прикоснувшись к его щеке с щетиной:
- Мои целители вылечат тебя в два счета.
Гарри отодвинулся от руки, он чувствовал себя таким виноватым и грязным. Наверное, его любовнику неприятно прикасаться к нему, он просто не показывает этого – вон сделал равнодушное лицо, словно хорошо вылепленную маску.
- Ты можешь снять эти штуки? – Поттер показал на браслеты. Он знал, что не может колдовать с ними, а ему нужно было…
Мужчина помедлил: - Конечно, но позже. Тебе все равно пока рано колдовать, ты должен окрепнуть.
- Мне срочно нужно снять их, - настаивал Гарри.
Маг напротив прищурился, словно сканируя его, а затем вздохнул: - Хорошо, для чего тебе нужна такая спешка?
Гарри улегся обратно. Он выдохся и был слаб. Хотелось спать.
- Я плохо вижу, - прошептал слабо Гарри.
Мужчина рассмеялся, показывая все свои белоснежные зубы: - Тогда я сниму их.
Гарри хотел вновь приподняться и обнять этого человека, пришедшему к нему на помощь, но не смог подняться.
- Лежи, - посоветовал тот. Узкая ладонь легла на грудь Гарри, посылая импульсы возбуждения, даже не смотря на общее самочувствие.
Поттер зажмурился в смущении.
- Что еще?
- Я просто хотел тебя обнять… Это плохо, то, что я хочу тебя сейчас? – Гарри как будто прыгнул в океан: воспоминания об этом человеке плавали где-то в глубине его разума, а тело хранило воспоминания его прикосновений, ласк, поцелуев…
Мужчина чуть мотнул головой в отрицании. Гарри улыбнулся – кажется, все будет хорошо.
Карие глаза блеснули в свете факелов.

URL
2012-02-01 в 18:42 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Прошло шесть лет.

- Считаю, что было глупым его отпускать. Надо было мне его убить, этот сосунок поднимет панику в деревне, - протянул молодой человек, взбираясь в крытый паланкин. Конечно, в город войти можно было и на резвом скакуне, но местные традиции требовали иного. Он мог бы обойти эту традицию, но не тогда, когда его встречает сам шейх. Когда молодой человек сел на специальные подушки, к нему присоединился еще один мужчина. Улыбка последнего была больше хищнической, нежели веселой.
- Знаю, ты умеешь это делать, как больше никто в моей свите, Ракшас, - ответил мужчина постарше, закрывая вход от палящего солнца занавесом. – Недаром тебя называют «Дуэргар» в западных землях.
- Что означает одинокий злобный фейри, - рассмеялся Гарри. Он поправил свою легкую галабею, которую в этих местах было принято носить. Но вот Инсар сам всегда носил только ее, даже когда они были в походе, и со временем сам Гарри пристрастился именно к такой одежде, вкупе с куфией. – Но я все еще хочу знать причины, из-за которых ты не дал убить мальчишку.
Слуги подняли паланкин, и они, медленно покачиваясь, двинулись в сторону дома. Идти под палящим солнцем по песку самому – от этого Гарри тоже отвык, ведь есть рабы, которые исполнят любую волю своего шейха и его приближенного – Ракшаса.
- А может, паника – это то, что нам так необходимо? – предположил Инсар.
Гарри придвинулся ближе: - Зачем? Там нечего брать, даже таверны хорошей не наблюдается. Золота и драгоценностей у нас более чем достаточно благодаря сокровищнице Саттара. Этот прохиндей пытался обмануть меня, якобы кто-то неизвестный ограбил его сразу после того, как он собрал дань со своих земель для нас. Хитрый лгун. – Гарри сел на колени перед мужчиной и раздвинул его ноги, заглядывая в равнодушные глаза: - Или ты, Инсар, желаешь просто поразвлечься?
- И что же дальше? – проигнорировал маг вопрос, но он внимательно следил за руками Ракшаса, раздвинувшегося полы аббы, а затем приподняв нижнюю черную же галабею.
- Дальше я применил весьма занимательное проклятие, - пожал плечами Гарри, рука прошлась от щиколотки мужчины до бедра, поглаживая одной рукой его внутреннюю сторону сквозь просторные штаны из лучшего муслина. – Теперь он нескоро попытается нас обдурить. Кроме того, я поручил Кадиру присматривать за ним одним глазком. Больше с Саттаром проблем не будет, я уверен.
- Я не был бы в этом так уверен, Ракшас, - качнул головой Инсар. – Такие жалкие людишки, как этот трус Саттар, готовы на любую подлость.
- Я чувствовал, что он говорил правду. - Молодой человек рукой отклонил тело Инсара назад. – Впрочем, может ты и прав. Раз ты приказал мне не убивать его сына, может старик обратит внимание на твое великодушие?
Инсар рассмеялся: - Если не обратит, то тебе придется вплотную заняться его сыном. Ты ведь понимаешь, к чему я клоню?
- Унизить его, а потом оставить у ворот замка в качестве послания с запиской, что если Саттар попытается повторить свой финт, то я смогу повторить это и с его другими детьми? Благо, что они чертовски привлекательны…
- Да, мальчишка очень даже ничего.
- Хватит о них, - Гарри поморщился. – Отчего мы не займемся чем-то действительно разрушающим? Почему мы не идем туда, где расположено само сосредоточие Магии на западе? Я хочу побывать там.
- Просто я готовил тебя, - задумчиво проговорил Инсар, глядя куда-то поверх головы Гарри.
- Я готов. Ты знаешь это как никто другой.
- Возможно, - он посмотрел на сидящего у ног мага. – Просто я щадил твои чувства.
- То, что случилось тогда со мной… - вспомнил Гарри, поморщившись. – Я хочу отомстить всем. До конца.
- Как скажешь, Ракшас, как скажешь... Ты намерен заняться сейчас чем-то более полезным?
- Разумеется, - ухмыльнулся Гарри одним уголком губ и одним движением развязал тесьму на талии штанов Инсара. – Неужели ты думаешь, что я просто так стою на коленях? А теперь расслабься, ты слишком напряжен. Какие-то плохие новости, пока я был в отъезде? Или нашел мне подходящую замену в своем шатре?
Рука Гарри добралась до горячей плоти Инсара под его штанами.
- И то и другое, я бы сказал, - Инсар усмехнулся, когда злой прищур зеленых глаз словно бритвой резанул его по лицу, оставляя невидимые отметины из чистого гнева. Но рука не переставала нежно поглаживать его мошонку.
- Проклятье, я там вкалывал как самый последний слуга, а ты тут кувыркался непонятно с кем, - Гарри жестко, без предупреждения, впился губами в рот Инсара, дабы стереть эту извечную издевательскую ухмылку. Когда воздух у обоих кончился, Гарри куснул его нижнюю губу. – Когда-нибудь ты пожалеешь об этом.
- Уже пожалел, - равнодушию человека не было предела.
- Отчего же? - Гарри скрыл свое изумление от этого признания, не переставая ласкать рукой член своего любовника.
- Тот оказался столь застенчив и неопытен, что мне пришлось брать его почти силой, - несмотря на старания Гарри, голос Инсара был равнодушен, не выдавая своего возбуждения. Только вот пальцы Гарри чувствовали обратное.
- Какая досада, - Гарри сжал член сильнее. Тот с шумом втянул в себя воздух. Наконец-то. – Но все же я не уповаю только лишь на свою изобретательность в постели и природный неотразимый магнетизм.
- Разумеется, Ракшас, - согласился Инсар, откидывая голову назад. Его дыхание стало более частым. – Тем более что мы редко занимаемся этим в постели. И где я найду такого преданного любовника… который в состоянии… колдовать… убивать… без палочки?..
- Чертов себялюбец.
- Да.

URL
2012-02-01 в 18:45 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
От автора: можете попрощаться со славным добрым Гарри... =))
Глава двадцать четвертая.

- «Авада Кедавра»! – крикнул он уже, наверное, в сотый раз. – Торэн! Окружай их с правого фланга! Максли! Прикрывай мне спину! «Секо»! Дуэйн! Перебазируйся ближе к замку! Исполнять мои приказы, чертовы трУсы, или я лично четвертую вас, как это было с Дойлом!
«Кадир, черт, где ты?» - про себя думал Гарри, левой рукой замахиваясь ятаганом на чу-дом пробившегося сквозь оборону человека.
- Идиот! – Поттер поморщился, ногой снизывая уже мертвое тело со своего холодного оружия. Кровь из груди поверженного врага оказалась на самом Гарри. – Моя любимая абба…
Его ворчание прервал клич Кадира, известивший Гарри о прибытии подмоги. Ну, теперь-то он сможет развернуться в полную силу. Просто ему нужно было время.
- Кадир! – обратился громко Гарри к резво спрыгнувшему человеку с приземистой кобылки, отирая о мертвое тело оружие. – Ты знаешь, что делать! Мне нужно всего десять минут. Быстро!
Тот кивнул и начал что-то кричать своим воинам, прискакавшим вместе с ним, но Гарри уже не слушал. Он ловко наложил вокруг себя защитную сферу одним мановением руки, сосредоточился, закрыв глаза, абстрагируясь от шума боя, и начал выводить обеими руками замысловатые руны, параллельно зачитывая речитативом заклинание на одном из мертвых языков. Это было сложное заклинание, но оно того стоило: призвание одного из неживых тварей существенно повлияет на исход битвы. Да и попробовать что-то новенькое у Гарри просто руки чесались, так не терпелось испытать себя в этом разделе Магии.
Его фигура существенно отличалась на фоне остальных сражающихся. Гарри был в белоснежной простой галабеи, надетой под булую же аббу, украшенную по полам изысканным золотым орнаментальным бордюром, и в белой же куфии, из-под которой струились длинные, чуть вьющиеся волосы, создающие резкий контраст с его одеянием. Он стоял словно неизвестная мифическая птица, раскрывшая свои белоснежные крылья – рукава этого облачения были очень широкими, они трепетали, повинуясь легким порывам летнего ветра. Он как будто светился изнутри или такой эффект создавался из-за одежды… Это было прекрасное по своей зрелищности действо, но только лишь те, кто пристально вглядывался в колдуна, мог заметить ярко-алые капли крови на его одеждах и лице, образующие неясный узор.
Спустя минут пять земля задрожала. Тот, кто рискнул посмотреть на источник вибрации, находящийся за живой стеной из воинов, еще долгое время не мог забыть ту ужасающую улыбку, появившуюся на молодом лице, частично скрытом головным убором и не слишком ухоженной многодневной щетиной. От этого оскала исходил такой холод, что тем, кому не посчастливилось находиться вокруг этого мага, начали неосознанно расступаться, несмотря на приказы Кадира. Впрочем, самому Гарри уже было все равно, защищают его или же нет: его ноги ощущали дрожь разрываемой земли, его закрытые глаза уловили, как прямо перед ним стала возникать каменная фигура размером с хорошо откормленного дракона.
Заклятия со стороны обороняющихся волшебников стали появляться чаще, но все они либо со свистом проносились мимо защитного поля Гарри, либо бесшумно впитывались им, не причиняя вреда своему создателю. Да и они вскоре прекратились: каменная глыба с лихвой закрывала не только самого Гарри, но и тех немногих, кто оборонял его с тыла.
Перестав читать заклинание, Гарри удовлетворенно открыл глаза, улыбаясь все той же ледяной улыбкой. Комья глины, смешивались с камнями, добытыми из под земли, намертво присоединялись к этому чудовищу там, где это было необходимо. Вот выросли огромные руки, даже можно было разглядеть три или четыре пальца на каждой из них; каменная башка обзавелась чем-то вроде лица – этакая пародия на древнего идола. Тогда Гарри сделал едва уловимый взмах рукой, и на лбу этого существа появилась какая-то надпись.
- «Эмет», - произнес Гарри. – Восторжествует «истина».
Вот послышался своеобразный рык откуда-то изнутри этого чудовища, если можно опре-делить этот звук под человеческие понятия, но это был скорее грохот каменных глыб, стукающихся друг о друга.
Ракшас сделал особый пасс двумя руками в сторону оцепенелых воинов, защищающих этот замок, среди которых были не только волшебники, но и магглы – поэтому бой шел почти только на близком расстоянии, так как последние были вооружены лишь холодным оружием, но зато их было гораздо больше чем нападающих. Монстр, созданный чародеем, вновь взревел, и с грохотом направился к врагам сквозь мгновенно появившуюся широкую тропинку, которая становилась все шире из-за расходящихся с трепетом волшебников, которые прибыли с Кадиром и самим Ракшасом. В этот момент они благодарили небеса, что оказались на той стороне, которая уже почти одержала победу. Непременно одержит.
Победный клич одного из командующего нарушил установившуюся тишину, и сотни защищающихся в панике убегали от приблизившегося чудовища, но тот, не разбирая дороги, поглощал под своими огромными смертоносными ступнями особо нерасторопных, превращая их в кровавое месиво. И с этого момента с каждым шагом этого совместного сына матери-земли и чародея в белом хрустели кости, хлюпала с особенным звуком вытекающая фонтанами кровь, обрывались многочисленные душераздирающие крики.
Тех, кто бежал в стороны, убивали уже воспрянувшие духом воины под началом Торэна и Дуэйна, да и сами они были не прочь проткнуть дюжину-другую трусов острыми изогнутыми клинками или послать многочисленные убивающие проклятия, особо на разбирая, у кого из бежавших была волшебная палочка, а у кого – обычный маггловский меч. Раз Ракшас приказал убивать всех непокорных – значит, так оно и будет. В их памяти все еще были живы воспоминая о том, как именно Ракшас поступает с несогласными.
- Очень хорошо, Ракшас, - засмеялся вдруг появившийся позади молодого человека вол-шебник. – Очень и очень недурно.
Гарри обернулся, изменяя заклинание, чтобы в его сферу смог зайти этот человек.
- Проходи, - ухмыльнулся Гарри. – А я все гадал, когда же ты соизволишь вылезти из своей уютной палатки…
Инсар приблизился к своему визави, прищурился, и взял двумя пальцами обросший щетиной подбородок Гарри:
- Не дерзи, Ракшас, мой верный пес. Я ведь могу и ответить. – И неожиданно впился в его губы своими, словно бы подкрепляя свои слова этим жестким поцелуем.
- Ты в крови, - брезгливо сказал Инсар, отстранившись.
- Да, пришлось воспользоваться моим верным ятаганом: особо назойливый простак пытался перерезать мне глотку своим мечом.
- Какой воистину варварский способ лишать человека жизни… - но было видно, что Аль-Маджуси ни секунды не сокрушался из-за этого печального факта. – Не понимаю, из-за чего тебе так нравится пользоваться этими ненужными волшебнику железками?
Гарри отвернулся проверить, как там его создание, но все же ответил: - Просто люблю красный цвет. Сам понимаешь – заклинания не дают подобного эффекта, как клинок из Исфаханской стали.
Инсар вновь расхохотался, произнеся: - Плебейская привычка, - но Гарри лишь улыбнулся, самым краешком рта, думая, что в ближнем бою такое оружие просто незаменимо, хотя он долго приноравливался к изогнутому клинку, имеющем заточку лишь на обратном изгибе.
- Прекрасный голем, Ракшас, - похвалил его вновь Аль-Маджуси.
- Да, он неплох, - согласился Гарри, - вот только я ожидал немного другого… Что-то более…
- …разрушительного? – подхватил Инсар.
- Если угодно, то да, - Гарри кивнул. – И более расторопного.
- Мой кровожадный друг, это ведь только начало. Не стоит расстраиваться в том, что можно сделать еще лучше завтра.
- О чем ты? – он приподнял брови, вглядываясь в лицо Инсара. – Неужели ты наконец-то даешь мне шанс расквитаться с теми, кто полдюжины лет назад похитил меня?
- Да, мы идем по следам твоей мести, - Инсар указал на голема. – Останови его, а то он начал крошить моих слуг.
- Отойди, я призову его, - и Гарри вскинул руки вверх, вновь становясь похожим на свер-кающую в сумерках белую птицу. Когда голем с рычанием приблизился, повинуясь магии создателя, чародей громко крикнул, легко взмахнув рукой: - «Мет»! – и на лбу этого монстра стерлась первая буква. Он истуканом застыл, словно глиняная сюрреалистическая фигура.
- Да примет прах твой земля обратно в свои объятья! – крикнул Гарри, а голем с громким шумом рассыпался, оставляя в воздухе огромное облако пыли. Он повернулся к Инсару и неожиданно выкрикнул, направляя ладонь в его сторону:
- «Авада Кедавра»!
Заклятие пролетело в дюйме от головы Инсара, который не успел отпрянуть от смертоносного луча, но его волшебная палочка уже была направлена точно меж бровей произнесшего проклятие.
- Что это было?! – прошипел мужчина.
- Оглянись, - невозмутимо сказал Гарри, даже не вздрогнув при виде ярости Инсара. – На земле лежит.
Там действительно обнаружился уже порядком потрепанный человек. На его лице навсегда застыла маска ужаса, а рядом на земле лежала волшебная палочка.
Инсар, уже более спокойный, вновь повернулся к Гарри: - Спас мне жизнь?

URL
2012-02-01 в 18:46 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Как ты можешь видеть, я уже избавился от своей защиты, так что спасал я в первую очередь себя, а ты – это так… - Гарри вновь ухмыльнулся одним уголком губ.
- Щенок, - констатировал Инсар, опуская палочку. – Когда-нибудь ты зарвешься.
- Но не сейчас, - пожал плечами Гарри. – Возвращайся в лагерь, я отдам последние приказы… Ты ведь еще помнишь, что это – моя первая операция, спланированная лично мной?
- Разумеется. Я ведь должен был проверить, насколько хорошо ты усвоил мои уроки.
- И как? «Тролля» заслужил?
- «Тролля»? – удивился Инсар.
- Хм… - задумался Гарри. – Не знаю, откуда это взялось… Я имел в виду – я прошел твое испытание?
- Может быть, - кивнул мужчина. – Все зависит от того, как именно ты справишься с последствиями.
- Увидишь, - пожал плечами Гарри. – Иди уже, а то… Я ведь знаю, как ты брезглив, а тут полно всякой гадости вокруг.
Инсар приблизился: - Точно щенок. Думаешь, я зря все эти годы делал из тебя приличного чародея? Теперь твоя очередь иметь дело со всей этой пакостью, а мне остается только пожинать лавры.
Когда Инсар развернулся и аппарировал, Гарри приблизился ближе к центру побоища. Усталые воины расступались перед ним, словно перед ними все еще находился голем. И невозмутимое лицо Ракшаса ни в малейшей степени не опровергало их ощущений.
Гарри шел, полностью осознавая и ощущая свой триумф. Он прибавил свою Магию, заставляя всех вокруг вздрогнуть – ее почти можно было пощупать голыми руками, вдохнуть и почувствовать, что она пахнет чистейшим озоном – неповторимо, незабываемо и завораживающе для всех оставшихся в живых.
Он шел нарочито медленно, полностью впитывая тот страх и ужас, вкупе с преклонением, которые буквально излучали волшебники в ответ. Шесть лет под покровительством Инсара он добивался того, чтобы его воспринимали именно так – благоговение, ощущение его силы, от которой мурашки ползут по коже и волосы шевелятся на затылке. И сердце приостанавливается всякий раз, когда, случайно встретившись взглядами, теплые зеленые глаза не приносят ощущения лета в лесу, но, напротив, холод и лед – этого хватало с лихвой.
И это, черт возьми, иногда так льстило ему! С тех пор, как он помнил себя, прошло шесть лет, но он никогда больше не думал ни о прошлом, ни о далеком будущем. Жить сегодняшним днем – это ему удавалось. Да, были и исключения – месть, оставшаяся от прошлого, и стремление быть лучше, сильнее, удачливее, принадлежащие будущему. А еще был Инсар, такой далекий и близкий, жестокий и нежный…
- Ракшас, - низко поклонился Кадир, отвлекая Гарри от мыслей.
- Абд аль-Кадир, ты появился как раз вовремя… А где Торэн и Дуэйн? – поинтересовался он на арабском со слабым намеком на акцент. Он до сих пор удивлялся, как быстро он смог вы-учить этот сложный язык, в то время как сам Кадир так и не смог перейти на английский. Поэтому Гарри было проще самому взяться за дело, а не искать, как в первое время, смысл исковерканных слов и фраз Кадира. – У меня для них поручения.
Не успел Гарри закончить говорить, как двое, перемазанных кровью человека в защитном обмундировании, быстро подошли к нему и, несмотря на очевидную физическую усталость, ловко встали на колено, выражая свое почтение. Хотя Гарри уже давно знал, что это почтение вызвано лишь страхом перед ним, а никак не уважением. Но никто и не возражает против этого.
- Господин? – Торэн, как и Дуэйн, склонил голову в обычном сферическом шлеме с острым верхом. Их клинки уже были сложены в ножны, но выпуклые небольшие щиты, отделанные бахромой, все еще были зажаты в руках.
- Встаньте, - поморщился Гарри. – Сегодня вы заслужили это. Но, прежде чем идти отдыхать, я хочу, чтобы вы приказали своим людям разделить пленных на магглов и волшебников. Последних заприте в подземельях. Прежде, разумеется, обыщите их, иначе, если кому-то из них удастся бежать, будете отвечать собственными головами. Вам ясно?
- Да, господин, - в унисон произнесли эти двое.
- Затем найдите нашего следопыта, Иктуса, пусть прочешет близлежащие земли в радиусе… впрочем, он знает лучше вас, что ему делать. Просто напомните ему это, найдете его в лагере.
- Да, господин.
- А теперь – с глаз моих долой, - и Гарри развернулся к Кадиру, собираясь обсудить с ним дальнейшие шаги, но его вновь отвлек Торэн. Гарри приподнял брови, с удивлением наблюдая, что тот еще топчется на месте. – Всё еще здесь?
- Простите, господин, но что нам делать с магглами? – сглотнул Торэн.
- И с ранеными? – тут же подхватил обернувшийся Дуэйн, звякнув тончайшей, но прочной кольчугой под плащом.
- Ах, да! – Гарри пожал плечами. – Они не нужны нам, Торэн. Пригласи для этого нашего ирландского друга, Рэда. Раненых волшебников, Дуэйн, - в госпиталь, с остальными ты знаешь, что делать.
- Да, господин, - и они быстро ретировались, на ходу выкрикивая своим людям приказы. Гарри с ухмылкой отметил, что они не собираются расшибиться в лепешку, носясь сломя голову от лагеря, разыскивая Рэда и Иктуса, и обратно.
- Толковые ребята, - обратился Гарри к Кадиру, вновь переходя на арабский язык.
- Толковые, - подтвердил мужчина. – Почему ты не оставил не-магов жить?
- Они все равно умрут, не от моего приказа, так от приказа Инсара, - вновь пожал плечами Гарри, не собираясь более обсуждать эту тему. – Я хочу, чтобы ты…
- Отчего ты так решил? – перебил его Кадир.
- Если бы меня перебил кто-нибудь другой, он уже поплатился бы за это, - прищурился Гарри, наблюдая за дислокациями оставшихся сражающихся и за небольшими группками плен-ных. Вскоре сопротивление было полностью ликвидировано. – Но раз уж это ты, мой старый друг, я соблаговолю поинтересоваться: а было ли когда-либо иначе? Оставлял ли мой милый любовник когда-то в живых, как ты выражаешься, не-магов, если они ему были не нужны?
- Ты говоришь вещи, которые также непреодолимы, как и эта луна на небе, обреченная вечно кружить возле Земли, Ракшас, но я имел в виду нечто другое. Почему ты так захотел?
- Рэд убивает быстро и, полагаю, менее болезненно, - все же ответил Гарри, почти незаметно поморщившись.
- Из этого следует то, что Инсар убивает долго и мучительно, - Кадир положил руку на плечо Гарри. Тот даже не вздрогнул, и ничего не ответил на это. – Зачем ты заставляешь себя делать это?
- Ты, как обычно, немногословен, Кадир, но я понимаю тебя. Это, - Гарри обвел рукой окружающих их людей, - не то место и время, чтобы обсуждать столь философские вопросы.
- И кубка хорошей выпивки, я полагаю? – поинтересовался Кадир, к облегчению Гарри отступая от предыдущей темы.
- Не только, - наконец-то улыбнулся Гарри, - сейчас бы не помешало хорошенько покурить этой твоей фирменной травы.
- Какой травы? – не понял Кадир, вышагивая рядом с Гарри.
- Фир… Хм, не знаю – не важно. Итак, возвращаясь к более насущным вопросам. Кадир, я хочу, чтобы ты взял нескольких парней и проверил каждый кирпичик и каждый закуток в этом грешном замке на наличие людей, точнее стариков, женщин и детей. Где-то же они должны быть?
- Хорошо, Гарри, - кивнул Кадир.
- Не надо, Абд аль-Кадир, - Гарри поморщился от звука своего настоящего имени. – Я не знаю этого человека, которого ты называешь «Гарри». И однажды ты просил не называть тебя Амином, и я собираюсь сдержать это слово.
Они остановились возле величественных тяжелых на вид ворот, которые вели в замок. В центре на них был выгравирован большой дракон, каждая его чешуйка, сделанная с искусной точностью, матово поблескивала в свете Селены. Его крылья были покорно сложены, но хищно раззявленная пасть со стальными клыками была угрожающе открыта – того и гляди из нее повалят огненные обжигающие струи.
- Он потрясающ! – восхищенно сказал Гарри, сопротивляясь желанию прикоснуться руками к этому великолепию – вряд ли это останется незаметным другими. Но стражники, стоящие здесь же, по стойке «смирно» даже не шелохнулись. Мгновение, сотканное из слабости, прошло также быстро, как и появилось. – Как называют этот замок местные, Кадир?
- Что-то вроде «Дурмстранга», - пожал плечами Кадир.
- Разузнай, что это значит. Звучит очень угрожающе и красиво одновременно.
- Да, - ответил Кадир Гарри, а затем обратился к страже: - Кто-нибудь выходил отсюда или заходил?
- Нет, господин, - в один голос ответили они, затем один из них продолжил: - Мы пытались открыть двери, но они зачарованы незнакомыми заклятьями. – Он покосился на дракона. – Простите, но мы не решились без вашего приказа сломать это. К тому же тут наверняка есть запасные выходы.
Гарри заинтересовано подошел к двери, разглядывая это рельефное чудо, изображенное на ней. Даже по-другому посмотрев на нее, он не обнаружил никаких видимых для его особого взгляда чар.
- На ней нет никаких чар, либо они незначительны, - лениво произнес он, конкретно ни к кому не обращаясь, но все заинтересованные услышали его. Он вдруг вспомнил необычную фра-зу, пришедшую на ум, как только он вновь вгляделся в морду дракона. – «Не щекочите спящего дракона».
- Но этот дракон не спит, Ракшас, - опроверг его Кадир.
- А я и не собираюсь его щекотать… - Гарри услышал сдавленные смешки, которые тут же прекратились, стоило метнуть ледяной взгляд в сторону слушающих их диалог стражников. – Но мне непреодолимо хочется его приласкать.
И он тут же исполнил это свое, на первый взгляд, лишенное смысла желание. Он нежно, как к невероятной драгоценности, прикоснулся к чешуйчатым крыльям, провел подушечками пальцев по хищной металлической морде… и чуть было не вскрикнул от ощущения на своих пальцах горячего дыхания дракона. Он мог бы поклясться, что всего на мгновение это волшебное животное даже подмигнуло ему, но нет – кажется, никто больше этого не заметил.

URL
2012-02-01 в 18:47 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Что случилось? – Кадир увидел, что Гарри отдернул руку слишком резко.
- …И явится он, дракон из драконов, эльф из эльфов, маг из магов, сущее из сущего, - прошептал Гарри по-английски еще одну непонятную строчку.
- Что ты сказал? Говори, пожалуйста, по-арабски – мне нужно накладывать чары, чтобы понять тебя.
- Всего лишь то, что этот дракон не так уж холоден и страшен, каким хочет казаться. Потрогай его, - посоветовал он, скрывая собственное изумление от своих слов.
- Теплый, - констатировал Кадир. – Но мы не приблизились ни на шаг к загадке по открыванию этих дверей… Послушай, может, просто взорвем его, раз эти двери не опасны?
- Нет, нельзя, - помотал головой Гарри. Его волосы еще больше выбились из-под куфии. – Я чувствую, что он… Эй вы! – Он обратился к развесившим уши стражникам. – Топайте-ка отсюда к остальным. Все равно пока делать здесь больше нечего, по крайней мере, для вас.
- Да, господин, - они коротко поклонились и ушли.
- Что ты собираешься делать? – Абд аль-Кадир заинтересовано взглянул на Гарри.
- Пока не знаю, как обычно. Наверное, то, что умею лучше всего – импровизировать. - Гарри вновь начал свои удивительные манипуляции с дверью, осторожно, почти нежно прикасаясь к морде этого существа. Он вновь почувствовал, как накалились частички металла под его пальцами, но все равно продолжал свои манипуляции.
Кадир с удивлением услышал, как из уст Гарри сорвались какие-то клокочущие звуки, ни в коей мере не похожие на слова – в обычном понимании этого слова.
- Открой. – Просто еще одно слово, уже на вполне понятном языке для Кадира. То было не требование, что Кадир мог бы понять, и даже не просьба – чего сам Гарри себе не позволил бы. Просто слово, произнесенное так буднично и обыденно, так безлико и индифферентно, что Кадир никак не ожидал, даже от Ракшаса, такого, в кого превратился когда-то юноша по имени Гарри. И тем более, он никак не ожидал, что дверь просто щелкнет, и бесшумно распахнется перед ними.
- Иногда мне хочется пасть ниц перед твоим могуществом, Ракшас, - серьезно сообщил Кадир, ощущая, что волосы встали дыбом от такого количества магии, что применил молодой человек. – И не думаю, что это хоть сколько-нибудь приведет в смущение мое чувство собственного достоинства.
- Иногда даже мне самому хочется пасть ниц перед самим собой – самому тошно ощущать себя кем-то вроде самого Мерлина, - криво улыбнулся Гарри. – Но то, что я все еще иногда ощущаю боль, не дает мне такого права. Наверное, как обычно, я несу околесицу, ты меня все равно не сможешь понять… но то, что я могу чувствовать боль, иногда отрезвляет меня. И потом, как правило, происходит осознание – я не так уж и могущественен, раз не могу сделать то, что единственно хочется моей истерзанной душе.
Гарри положил руку на плечо неподвижно стоящего волшебника.
- Твои глаза излучают удивление, Кадир… Прости, если я выложил это на тебя так внезапно. Мне кажется несколько странным, что открывание этих дверей показалось тебе более сильным проявлением силы, нежели создание голема или другие фокусы, которые я умудрился по своему решению, невежеству ли совершить. И, чтобы ты пришел в себя и не называл меня не иначе как «Ракшас»: я вовсе не пропустил твои слова о достоинстве. Просто принял к сведению, Абд аль-Кадир, друг мой. Я прекрасно понимаю, что эти твои слова – слова предателя – не по отношению ко мне и, тем более, к себе. Но я знаю: ты сохранишь это в тайне, даже от своего господина. Подавно – от своего господина. Как и я, ведь я связан с ним более тесными оковами, нежели ты – по своей же собственной глупости…
Кадир просто кивнул, а Гарри улыбнулся, той самой улыбкой, которая не посещала его лицо уже несколько лет – с тех пор, как ему пришлось впервые применить убийственное проклятие. Кадир хорошо помнил тот весенний день, в воздухе которого висела скрытая угроза, предостережение чего-то грядущего. Это было сразу после того, как Гарри забыл себя – счастливый необъяснимый случай для Бурхана. Совершенно неожиданный – абсолютно для всех.
Кадир никогда не говорил с ним о тех минутах, после того как самолично отдал его в объятия своего господина. Он просто, как обычно, молча и незаметно наблюдал за разворачивающимися событиями.
В то время Бурхан – его господин, - удостоверившись в том, что Аврелий или Гарри действительно более не помнил ничего, «ввел его в курс дела», как иногда теперь говорит Ракшас. «Вызволил» его из клетки, предоставил ему своих лучших целителей и знахарей, впрочем, молодое развитое тело Ракшаса поправилось очень быстро… чересчур быстро, на взгляд самого Кадира. Вот это-то и сыграло злую шутку с самим молодым волшебником. Всего лишь через два дня после его освобождения, Инсар сделал того своим. Полностью и бесповоротно. Взрастив в нем чувство мести, Инсар отдал на растерзание Ракшасу (уже не Гарри) тех людей, что надругались над его, уже тогда, любовником.
Кадир помнил те зеленые глаза, пронизывающие насквозь своей ненавистью; помнил еще тогда юное лицо, к которому навечно приклеилась маска холодности и отчуждения; он помнил тот спокойный, лишенный эмоциональности голос, произносящие слова проклятий, раз за разом, час за часом… А ведь сам Кадир заслужил ничуть не меньше, чем те, кто осквернил тело Аврелия… Ничуть не меньше.
- Идем, Абд аль-Кадир, - Ракшас дружески похлопал его по спине, - не время думать об этом.

URL
2012-02-01 в 18:48 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава двадцать пятая.

- Поднимайся, Инсар, - Гарри встал с шикарного удобного ложа. – Идем, я хочу показать тебе кое-что в замке, ты ведь там еще не был.
Маджуси лениво приподнялся, наблюдая за гибким телом своего любовника. Тот нагнулся, на мгновение сверкнув своей загорелой задницей, но тут же натянул на себя чуть зауженные штаны, накинул на свое тело просторную белоснежную галабею с обычным низким, почти до пояса, вырезом на груди. Мягкая ткань волнами скользнула к ногам, совершенно не давая простора для воображения о рельефности и впечатляющих размеров тела – все и так было прекрасно видно. Найдя в своем скарбе подходящий пояс из плотного шелка, Ракшас обернул им свою талию, а затем прицепил еще и ножны со своим искусно украшенным ятаганом. Сверху, как водится, он облачился в более плотную, но не в менее изысканную аббу из верблюжьей шерсти также почти белого цвета, который предпочитал всем остальным. Волосы были спутаны, но Ракшас даже не потрудился их пригладить, что, впрочем, совершенно было не важно – он никогда не уделял им достаточного внимания, просто прикрывая голову также белой куфией. Вот и сейчас он невозмутимостью нахлобучил этот головной убор, повязывая поверх отреза ткани специальный черный шнур.
Когда Гарри был готов, он обернулся и только тут обнаружил, что Инсар так и не потрудился хоть сколько-нибудь пошевелиться.
- Если ты сейчас не оторвешь свою задницу от этого прекрасного ложа и не соизволишь хоть что-нибудь на нее накинуть, то я буду вынужден аппарировать тебя в этом виде, - Гарри окинул взглядом нагое тело Инсара. – А так как мы находимся довольно высоко в горах, а лето кончилось, вне пределов этого шатра, знаешь ли, не сильно жарко… а я не люблю спать с замершими экземплярами «человека разумного».
Инсар приподнял брови, лениво откинул волосы, и медленно произнес:
- А кто сказал, что это ты будешь спать со мной? По-моему, это я решаю, что, где и когда происходит. – Но он все же встал и облачился в свою одежду, не менее изысканную, чем у его спутника, только темных оттенков.
- Пока - решаешь, - рыкнул недовольно Гарри, ощущая всё ту же стену недоговоренности между ними, что появилась с того момента, как Гарри помнил их отношения. Но, впрочем, в последнее время, он вообще во многом сомневался, в том числе и в том, что этой эфемерной стены вообще никогда не было. Каким-то образом эта сторона их отношений бесила Гарри даже больше постоянных связей на стороне – но и это напрягало его. Хотя сам Инсар никогда и не давал ему напрасных обещаний, да и вообще никому. Все было так, как хотел сам шейх, не иначе.
Разозленный Гарри схватил его за ладонь и вывел из шатра, который снаружи казался гораздо более скромным, чем изнутри. Миновав несколько подобных шатров и несколько постов дежурных, мгновенно ставших по стойке «смирно», Гарри вывел Инсара из лагеря, на секунду взглянув на его скучающее лицо. Тот покорно шагал следом, всем своим видом излучая ледяное спокойствие, что Гарри даже позавидовал. Он сам-то сейчас был далеко от такого состояния, но он подозревал, что это состояние никак не отражается внешне. Эмоции – не те вещи, которые следует показывать перед людьми, особенно перед Инсаром, не ценящего ничего и никого, кроме силы и могущества… и некоторых плотских удовольствий.
Гарри как-то забыл, что можно просто аппарировать, а когда вспомнил, то необходимость в этом уже отпала – мысли и эмоции замечательно проветривались на таком ветру, просторная абба развевалась позади Гарри, словно парус. Они шли молча уже некоторое время по скалистой тропинке, пока не оказались на некотором расстоянии от лагеря, но были все еще довольно далеко от замка. Инсар неожиданно дернул его за руку и вынудил остановиться.
Теперь, когда Гарри пристальней взглянул в карие глаза, то в полной мере ощутил сдер-живаемую ярость своего любовника. Конечно, Гарри подозревал, что ему придется расплатиться за эту свою выходку, но сейчас, после недавнего краткого разговора с Кадиром, он хотел ощутить себя более живым и – черт возьми – нужным. Тем не менее, он не собирался говорить все это Инсару – такие разговоры никогда не были частью их совместных встреч, и он сильно сомневался, что этот момент когда-либо наступит. Тем не менее, даже если Аль-Маджуси относился к Гарри менее страстно, то это не значит, что он совсем уж равнодушен. Ведь когда-то этот человек спас его жизнь и рассудок. И он не бросил его, когда понял, насколько был осквернен Гарри.
Гарри приподнял брови и сдержанно, как любит сам Инсар, поинтересовался:
- Что-то случилось? Мое дело, разумеется, терпит, но если ты не против, нам все же следует…
- Ты, мой дорогой Ракшас, заблуждаешься, если думаешь, что я не подозреваю о нескольких вещах, мучающих твою лохматую голову и не только, но я хочу посвятить тебя в небольшую тайну личного характера. – Он переместил ладонь на грудь Гарри, в область сердца, раздвинув ворот галабеи. – Это твое самое уязвимое место, а потому оно должно быть ликвидировано.
- Хочешь вырвать его и скормить местным оборотням? Благо, что ждать до полнолуния осталось не так много ночей. – Гарри оставался спокоен. Именно этим местом он и чувствовал: ничего подобного с ним не будет. От Инсара постоянно исходит угроза, но несколько иного свойства. Пока Гарри рядом и делает то, в чем нуждается Инсар, последний будет терпеть его выкрутасы столько, сколько потребуется. – Вот только я не уверен, что в этом суровом климате водятся сии твари: сейчас, хоть и ранняя осень, холод просто собачий.
- Очень смешно, - рассмеялся Инсар отступая. – Это неплохая идея, но я слишком корыстен для такого благостного поступка. Просто я считаю, наступил тот момент, когда твое слишком порывистое сердце может лишить тебя разума. А вот это уже большая неприятность, ибо именно от твоего разума, а, следовательно, от силы и могущества, зависят наши с тобой дальнейшие взаимоотношения, как и мои цели.
- И какую же великую тайну мой корыстный предводитель и господин, единственный и неповторимый, готов раскрыть моему разуму?
- Можешь не стараться, раз я решил сказать тебе это, то больше не передумаю, - сказал также несерьезно Инсар, но Гарри ни в коей мере не поверил в этот показной шуточный тон. Все сказанное его визави следует воспринимать как можно серьезнее. – Как ты сказал, я действительно готов раскрыть свою большую тайну.
- Ты уверен, что моя лохматая голова готова принять эту твою страшную тайну?
Инсар лишь плотнее укутался в свое одеяние и двинулся вперед. Гарри спокойно двинулся рядом, внутренне изнывая от любопытства. Оставалось только ждать, все, что он был способен сказать, он уже сказал.
- Когда ты кончаешь мне на живот, Ракшас, твой разум неосознанно открывается, и я могу видеть тебя насквозь.
Гарри остановился как вкопанный. Вот уж чего он не ожидал более всего, так этого. Неужели?.. Но раз уж они все еще вместе, то, значит, и мысли Гарри пока были достаточно миролюбивы по отношению к Инсару. Тот продолжал идти, как ни в чем не бывало, тогда Гарри нагнал его парой широких шагов.
- Только ты способен применять легилименцию в то время, когда собираешься кончить… - заметил Гарри.
- Это довольно трудная задача, но иногда мне удается ее выполнить.
«Иногда», - отметил Гарри, но ничего не сказал по этому поводу.
Спустя пару минут усиленного размышления, Гарри сдался:
- Моя голова конечно, способна переварить некоторую информацию, но не мог бы ты пояснить некоторые моменты? – спокойно полюбопытствовал Гарри.
- Мог бы, - кивнул Инсар. – Вот только что тебе это даст? Я же сказал: все нормально.
- Тогда к чему эти твои завуалированные предупреждения? Несколько дней назад ты говоришь, что я уже готов к более решительным действиям, что ты готов идти по следам моей мести – это цитата между прочим… а сегодня ты заявляешь, мол, прости, мальчик мой, хоть ты и вырос, но я все равно слежу за тобой.
- Не припомню, когда это я называл тебя «моим мальчиком»? – усмехнулся Инсар.
- Да, ты прав, - хотя Гарри и согласился, но в душе у него все сжалось: он хотел бы услышать эти слова от Инсара… ну или немного другие. – Но что ты ждал от меня? Каких-то сюрпризов? Позволь нижайше просить тебя – и меня просветить заодно, - а то я совсем запутался.
- Не так уж ты и безнадежен – можешь не прибедняться, все равно не поверю ни на йоту, - слегка помотал головой мужчина. – Что бы ты делал сам, будь у тебя возможность покопаться у меня в мозгах?
- А что, такая возможность существует? – удивился Гарри, и, не собираясь ждать ответа, продолжил: - Знаешь, когда ты будешь кончать у меня на животе, я обязательно воспользуюсь твоим советом.
Инсар расхохотался, разрывая почти звенящую тишину ночного неба:
- Чем недовольна твоя задница, когда в ней нахожусь я?
- Моя задница более чем довольна, но, знаешь ли, даже ей необходима передышка… - Гарри старался не бурчать по этому поводу, а говорить вскользь и в шутку. – Я ведь только тебе позволяю трахать меня…
- …не надо подробностей, - передернулся Инсар. – И не говори мне, что сам не пользуешься тем мальчишкой, что я подарил тебе пару лет назад. Вот и – цитирую – трахай его.
Гарри слегка покачал головой, подумав, что этот человек неисправим: в его генах было слишком много аристократов, а потому такие низменные разговоры им не присущи.
- Разумеется, время от времени мне это приходится делать, но…
- Никаких «но», - отрезал Инсар.

URL
2012-02-01 в 18:49 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Вот и все. Гарри заткнулся, чувствуя себя последним идиотом, раз надеялся на какие-то перемены в их отношениях; коря себя за эти глупые мысли, за чувства. Разве мало того, что Инсар дал ему?! Или мало того, что тот тогда спас его от этой мрази, что сотворила с ним такое?..
Вопрос вырвался сам собой, едва ли не впервые в жизни Гарри не стал думать, прежде чем что-то сказать этому непостижимому человеку.
- Ты не доверяешь мне?
Всего четыре слова, а сколько эмоций промелькнуло на лице резко обернувшегося человека. Гарри был почти рад, что сумел хоть как-то расшевелить этого бесчувственного человека.
Инсар прищурился и медленно произнес: - Это не вопрос доверия, Ракшас, а вопрос прерогативы, доминирования. Понимаешь?
- Я понимаю твои слова, господин, - отозвался Гарри, скрывая горечь в своем голосе, не собираясь более мучить себя. Слова-то он действительно понимал, но вот все остальное, что было связано с его темным любовником – это было сверх понимания разума Поттера. Он должен об этом поговорить с кем-нибудь, не то сам же скоро лопнет от сдерживаемых слов, чувств и эмоций.
- Вот и славно, - было сказано ему в ответ. – Так что ты собираешься мне показать в этом мрачном замке?
- Дурмстранге – так его называют местные, - поправил Гарри. – Что-то связанное с драко-нами, я думаю... Знаешь, я прогулялся по замку как только его очистили от аборигенов и нашел несколько забавных особенностей. Во-первых – ты сам это скоро заметишь – он несколько смахивает на наши палаточные лагеря. То есть снаружи мы видим одно, но входя в некоторые помещения и залы, ты оказываешься в огромных чертогах. Представляешь, какие имеются возможности использования этого замка – и это при его весьма скромных внешних размерах! Его бы защитить хорошенько – и к нему не подберется ни один враг. Само расположение очень выгодно, со стратегической точки зрения, конечно. Мне посчастливилось некоторое время назад порыться в одной из библиотек – пока ты благополучно строил козни тому русскому князю что ли? – и пришел к прилюбопытнейшему выводу…
Гарри замолчал, в надежде, что любопытство Инсара хоть на секунду победит. Тщетно. Тогда он продолжил, вздохнув:
- Так вот, этот замок – действительно находка! Строившие его волшебники были весьма осведомлены в некоторых магических вопросах. Да что там – не просто осведомлены – настоящие гении! Я не знаю правильного термина названия такого места, так как ничего подобного пока нигде не встречал, но я позволил себе самостоятельно его выбрать: «Сердце Магии».
Инсар наконец-то фыркнул, но больше комментариев не последовало.
- Очень красноречивое фырканье, - заметил Гарри. – Знаешь ли, это первое что пришло мне на ум.
- Охотно верю.
- Идем здесь, - придержал его Гарри, указывая на почти незаметное ответвление от главной дороги, вымощенной крупными булыжниками. Узкая, почти незаметная дорожка вилась через лес. – Эта тропинка не пользуется популярностью так как она пролегает близ болота. Ничего особенного – просто пара гриндилоу да еще кое-какой твари, которые впадают в спячку в холода… Зато идти останется всего несколько минут.
- Зачем надо было идти именно пешком? – недовольно спросил Инсар. – Разве никто мне совсем недавно не угрожал аппарировать меня прямо нагишом?
Гарри пожал плечами: - Просто хотел проветриться… Так тебе все еще интересно про «Сердце Магии»?
- Разумеется. Какими качествами должно обладать место, чтобы так высокопарно назы-ваться? И в чем это преимущество выражается для нас?
- Правильные вопросы, - довольно заметил Гарри. – Чтобы так называться месту, ему необходимо иметь несколько важнейших качеств. Например, наличие в совокупности пяти основных элементов природы, а именно: вода, воздух, земля, огонь и металл. То есть наличие этих элементов в определенной форме, в частности, извилистые и сложные элементы пейзажа, такие как горный хребет, содержащий в себе металлические руды; изгибистый ручей; хорошо движущийся воздух – ветер... Как видишь, этого здесь в переизбытке.
Они миновали небольшое озеро, затянутое ряской, высокими стеблями камыша и другой растительностью – из-за этого оно было больше похоже на болото.
Гарри задумался на мгновение, и с удивлением услышал: - Здесь нет огня, Ракшас.
- Действительно, в нашем с тобой представлении огня или пламени, как такового здесь не имеется. Но мы стоим на удивительной земле – этой горе. Позже я покажу тебе, где есть огонь, его проявление… Собственно, туда я тебя и веду.
- Ладно, даже если все действительно так легко объяснимо, как ты сказал, то какую выгоду нам это дает?
- Представь себе, что каждый элемент по отдельности почти ничего собой не представляет, но стоит им слиться воедино, как происходит феноменальный взрыв, - Гарри даже в запале всплеснул руками, изображая извержение вулкана. – Ты ведь имеешь представление о порохе магглов?
- Гораздо практичнее использовать «Бомбарду» или «Дискутерэ».
- Верно. Что-то вроде, - кивнул Гарри, заприметив вдалеке размытый в сумраке облик замка. – Почти пришли… Насколько я знаю, упрощенно, пороховой заряд состоит из селитры, угля, серы и других ингредиентов. Сами по себе они относительно безопасны, но вот вместе, в определенной концентрации…
- Я понимаю, что именно ты хочешь сказать. Концентрация Магии в этом месте настолько велика, что, при желании, даже сквиба можно научить элементарным чарам? – В голосе Инсара была едва заметна нотка изумления.
- Ну, при наличии подходящей палочки… да! – ухмыльнулся Гарри, вполне довольный. – Жду не дождусь поставить здесь кое-какие опыты… На самом деле я вижу множество способов весьма меркантильного использования этого примечательного места.
- Поэкспериментируй-ка вначале с защитными и отталкивающими чарами, Ракшас, - не люблю сюрпризов. Затем можешь запереться в любом помещении на несколько дней и делать там что угодно.
- Ладно, - кивнул Гарри.
Они прошли мимо стражи, охраняющих ворота, но эти двое лишь проводили их настороженными взглядами. Уже открыв двери в замок, Гарри заметил, что Инсар помедлил и вернулся обратно к посту на несколько шагов. Гарри с интересом обернулся, наблюдая за ним.
- Почему вы не спросили пароль? – голос Инсара был еле слышен, но от него все равно веяло холодом не хуже, чем от ледяного пронизывающего ветра, без устали дующего в этом месте.
Молоденькие волшебники, совсем юноши, казалось, сжались в маленькую кучку.
- Отвечать! Вы ведь знаете приказ?
- Да, но м…мы, - юноша вздохнул, набрал в легки воздух и выпалил, - узнали вас, господин! И поэтому…
Второй человек старался стать как можно не заметней, он трясся от страха мелкой дро-жью. Почувствовав это, нежели увидев, Гарри чуть заметно поморщился и шагнул к Инсару, легко тронув его за плечо.
- Инсар, не стоит терять время на этих юнцов. На ошибках учатся.
- Вот именно, - кивнул Аль-Маджуси, доставая из складок своего просторного одеяния волшебную палочку и направляя его в лицо сжавшегося парня. Зверская мина на секунду прояви-лась на лице Инсара, но тут же исчезла, но этого было вполне достаточно, чтобы Гарри услышал злое: - «Круцио»!
Он немедленно отдернул руку от плеча своего любовника, чувствуя свою неспособность отнестись к таким моментам вспыльчивости более спокойней. Гарри злило это – ну зачем тратить свое время и силы на неопытных мальчишек, не преследуя никаких особых целей?! От нескончаемого крика и, исходящего от второго стражника и прибежавших на крики волшебников ужаса, который Гарри невольно ощущал, мурашки ползли по телу. Сам он никогда не признается Инсару, что лучше уж ощущать самому это проклятие, нежели делать так, как сейчас – с безразличным взглядом наблюдать за скорчившимся беззащитным человеком.
Гарри больше любил азарт, охоту – тогда, когда противник имеет все шансы ответить, когда враг опытен, и даже под пыткой его глаза гневно сверкают, истово проклиная своего мучителя. Но этот мальчишка так беспомощен со своими светло-серыми глазами, слишком светлыми, чтобы быть хоть сколько-нибудь красивыми без какого-либо контраста… Сердце сжалось от нахлынувших эмоций, а рука уже решительно опускала чужую палочку в зажатом кулаке. А уж только потом Гарри вспомнил слова Инсара, произнесенные тихим, но твердым шепотом почти шесть лет назад: «Не смей никогда останавливать меня, Ракшас, в моем желании карать, ибо эта кара – мой способ управлять своими слугами. Ибо это – то, что воздастся любому, кто сделает это». Но дело уже было сделано.
Гарри медленно отпустил напрягшуюся руку Инсара и спокойно произнес, внутренне морщась от своего бездумного поступка:
- Идем. У нас имеются более насущные дела.
Инсар опасно сузил глаза, вглядываясь в лицо Гарри, словно пытаясь понять причины этого проступка. Не найдя там ничего, кроме равнодушия к судьбе горе-стражника, он кивнул:
- Идем.
И Гарри шагнул в открытую дверь, зеваки также стали расходиться. Встретившись взгля-дом с Кадиром, оказавшимся тут же, Гарри увидел недоумение на его лице, перемешанное с толикой беспокойства. Гарри почти незаметно кивнул ему: «Все будет хорошо», но тот отрицательно помотал головой, глядя куда-то за спину Гарри.
Гарри обернулся в тот самый момент, когда из уст Инсара вырвалось всего два слова: - «Авада Кедавра»! – и зеленая вспышка озарила бледные от ужаса лица людей. Тоненькое изящное тело юноши рухнуло на землю и навсегда замерло в неестественной, чуждой законом физио-логии, позе. Ракшас ни на мгновение не позволил чему бы то ни было отразиться на своем лице, кроме равнодушия – и не потому что он ничего не испытывал, а оттого, что взор изучающих карих глаз был прикован к нему.
Они оба, Ракшас и Инсар, бок о бок двинулись через холл; Кадир почтительно склонился перед своим господином, скрывая взгляд.

URL
2012-02-01 в 18:49 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Все в том же тягучем молчании Гарри провел своего любовника вниз, сквозь многочисленные двери и каменные лестницы. Статуя дракона с взмахом руки Ракшаса мгновенно пошевелилась и привстала, пропуская волшебников в охраняемую ею дверь. Они оказались в большом помещении, больше похожем на естественный грот. Стены сияли каким-то особым голубоватым цветом, поблескивая в свете магических белых кристаллов, от которых и исходило освещение. Вот только вода в этом месте не текла в определенную сторону, а словно бурлила снизу, создавая удивительно красивые волны на поверхности. Здесь не казалось особенно промозгло, и было достаточно тепло, чтобы попытаться согреться после длинной пешей прогулки.
Гарри снял свою куфию, аккуратно водрузил ее на большой плоский камень, и также не спеша избавился от остальной своей одежды, в полной мере ощущая тяжелый взгляд Инсара на своем теле. Он вошел в воду и с удовольствием опустился в теплую, почти горячую воду, мельком заметив, что Инсар также последовал его примеру, изящно переступив одежду около своих ног.
Его бронзовая кожа выгодно оттеняла мускулы, словно искусный скульптор истратил не один десяток лет, изготавливая это совершенное великолепие от макушки до пальцев на ногах. Когда он снял свой традиционный головной убор, волосы свободно упали на плечи тяжелыми волнами – именно так, как любил Гарри. Поттер не смог вспомнить ни единого шрама на теле его любовника, даже самого незначительного. Это было по крайней мере необычно. Он не жаловался на память, ведь тело Инсара Гарри изучил лучше, чем свое собственное, которое украшали длинные тонкие шрамы, включая те, что ему достались в бою: небольшие колотые раны, незначительные ожоги и прочие, которые в конечном итоге составляли малоприятную картину, по мнению Гарри.
Проследив за неспешно входящим Инсаром, Поттер лег на спину, окуная свои длинные волосы в воду, ему даже не потребовалось прилагать усилий: бьющий из-под земли источник сам удерживал его на плаву. Он прикрыл глаза, стараясь ни о чем не думать: ни о своей необъяснимой ошибке, ни о мертвом – из-за него – мальчишке, ни об Инсаре, чье присутствие ощущалось также четко, как и наличие вины и ответного хода, который не заставит себя ждать.
И стоило только подумать об этом, он почувствовал, как его слишком длинные волосы наматывают на кулак, больше не позволяя их обладателя нежиться. Его резко потянули, заставляя встать и открыть глаза, всматриваясь в два бездушных сейчас глаза. Затем сильная рука резко развернула его тело и наполовину вытолкнула на берег, в то время как другая все также сжимала волосы, словно вожжи. Не слишком нежным тычком в спину Инсар заставил Гарри встать на колени, как послушную собаку, при каждом неловком движении больно дергая за волосы…
Он вошел в него так резко, что Гарри не смог удержать в себе нервного, в тоже время изумленного вскрика. Когда тот успел стать таким возбужденным? Впрочем, этот человек во многом был большим оригиналом.
И с этой секунды каждый сильный толчок Инсара в его тело причиняло Ракшасу такую боль, что невозможно было даже думать о чем-то, кроме как о внушительном члене в своей заднице, и времени, когда же этот кошмар закончится. Инсар никогда еще не трахал его с такой неистовой яростью, разрывая его тело, натягивая волосы в кулаке при каждом движении назад, что искры почти сыпались из глаз. Гарри неосознанно стремился завершить этот безумный акт любым способом, прогибая спину, приноравливаясь к толчкам, сжимая мышцы внутри себя, но выдержки Инсара можно было только позавидовать: он двигался только с еще большим остервенением.
Гарри опустил тело ниже – насколько это было возможно, и почувствовал, как боль стала иной, смешиваясь с острым приступом наслаждения, волнами исходящее откуда-то изнутри его тела. Он просунул руку под себя, помогая себе, с силой стискивая свой член, словно это рука Инсара, и тогда возбуждение стало более ярким и насыщенным, как обычно. Гарри прикусил губу, чтобы не застонать в полный голос, но Инсар все равно дернулся, услышав, и немного переместился вбок, отпустив волосы Ракшаса. Затем Аль-Маджуси что-то схватил на галечном полу, прошептал или крикнул – Гарри уже не различал, только всеобъемлющее наслаждение заполняло его. Вдруг вокруг его шеи что-то обвилось, какой-то жгут. Он все туже затягивался, вот он уже перекрывает кислород, не позволяя вздохнуть, даже кадык больше не дергается при каждом судорожном заглатывании слюны. Перед глазами все помутнело, потеряло свои яркие очертания, оставляя цвета в монохромной гамме…
Толчки сзади стали неистовее, все жестче и быстрей. Каждый из них посылал огромный разряд удовольствия в тело Гарри, но мозг, лишенный кислорода, уже не мог справиться ни с эмоциями, ни с мыслями. Была лишь точка соприкосновения – там, где Инсар задевал простату Гарри. Он, ощущая скорую развязку, сжал зубы. Перед глазами вспыхнуло золотым и его тело взорвалось множеством осколков невероятного по своей силе экстаза, перемешанном с не менее сильными ощущениями боли, заполнившими своим непостижимым сочетанием каждую клеточку утомленного тела, каждую мысль истомленного мозга, унося на вершины блаженства, опуская в самые дальние уголки преисподней… Кислород хлынул мощными потоками к мозгу, краски вернулись всего на долю секунду, а затем все вокруг потемнело.
Когда Гарри пришел в сознание, то ощутил, что он все еще лежит, скрючившись в позу эмбриона, на том же самом месте, где его так грубо и невероятно поимел Инсар. Было холодно, несмотря на лижущие ноги волны горячей воды. Он приподнял голову, чтобы убедиться, что уже черт знает сколько времени провел в одиночку в этом гроте. Но по собственным ощущениям про-шло никак не меньше нескольких часов. Его тело колотила мелкая дрожь, как после «Круцио». Болело в определенных местах просто неимоверно, да плюс ссадины на локтях и ногах не прибавляли хорошего настроения. На шее и в горле жгло.
Он усмехнулся – это была всего лишь боль, самая банальная плотская боль, в последний момент снабженная невообразимым блаженством – Гарри и представить такое себе не мог. Он засмеялся, почти также неудержимо, как не раз имел честь слышать у самого Инсара. Звуки хохота эхом отдались в гроте, пока до Гарри внезапно не дошло следующее: терзание тела и величайшее наслаждение обычно совсем не вяжутся друг с другом. Просто обязаны не вязаться! Но почему его тело так отреагировало на это немыслимое сочетание?
Он чуть помотал головой и хрипло произнес в пустоту:
- Гарри Поттер и слово «обычно» плохо сочетаются друг с другом… - Эти слова показались ему такими близкими, такими родными, словно он постоянно твердил их себе очень часто, каждый раз удивляясь, насколько далеко способна зайти природа, проверяя эту, уже непреложную, на вкус самого Гарри, истину.
Ракшас мысленно пожал плечами и со стоном подполз к воде. Затем перевернулся на спину, позволяя благодатной воде смыть остатки финала этого дня, жаль только что из его мыслей эти воспоминания не смоются также эффективно, как прочее. Он долго лежал на спине, с удивлением внезапно обнаружив на своих щеках какую-то мокрую мерзость, совершенно очевидную, что это – вовсе не просто вода. Позволив себе на несколько минут отдаться отчаянию в этой глухой тишине, он с усилием остановил себя и вышел на сушу, закутываясь в одежду… Рядом, на берегу, обнаружилась размотанная головная повязка Инсара, которая недавно обвивала шею Ракшаса, как удав. Она словно в очередной раз напоминала Гарри о том, что он – смертен, что он – всего лишь человек, который сам себе-то не принадлежит.
- Всего лишь раб. Я – раб, - прохрипел Гарри, даже не в силах содрогнуться от звука собственной хрипоты.
Он долго стоял, смотря на кусок ткани, пока внезапно не почувствовав на себе взгляд. Гарри вздрогнул и обернулся, готовый в любой момент применить на практике какое-нибудь заклятие из своего широкого арсенала, но тут же вновь расслабился, насколько это возможно под изучающим взглядом своего старого знакомого – фенхуана.
- Вернулся, птенец? – спросил Гарри, подходя ближе. Волшебная птица чуть наклонила свою крошечную головку, словно с интересом ожидая продолжения. Молодой человек не заставил себя ждать. Он улыбнулся и нежно провел рукой по шелковистым перьям этого чуда. – Эх, ты, предатель! Знал бы ты, как мне была нужна твоя помощь пару часов назад… А теперь со мной все в порядке, а ты тут как тут, стоишь и укоризненно на меня смотришь своими черными блестящими глазками… А ведь все должно быть наоборот. Какой из тебя после этого друг?
В ответ, как и ожидалось, послышалось лишь тихое успокаивающее курлыканье, но Гарри благодарно улыбнулся:
- Спасибо, Ифрит, это было как раз то, что нужно. Остальное, пожалуй, я получу у Абд аль-Кадира… Ты ведь никому не скажешь, что тут видел? На моем лице вовсе не было ничего мокрого, ну разве что самая обычная вода. И я вовсе не страдаю, и все еще хочу жить как никогда. Ты за этим ведь прилетел – удостовериться в этом? Мы же с тобой договорились, что я не буду обижаться на моего не слишком чуткого любовника, так? И что я не зря потрачу отведенное мне здесь, на этой грешной земле, время. Я просто хочу… хочу всего и сразу, но мы ведь знаем, что так никогда не бывает, правда? Я уже вполне сносно научился терпеть боль, осталось только укротить свои чувства, закрыть их…
Гарри широко зевнул, прикрыв на мгновение глаза, а потом грустно ухмыльнулся: фенхуан исчез также внезапно, как и появился.
- Выслушал эту околесицу, и смылся, - проворчал Гарри, натягивая на голову свою куфию и привычным движением обматывая другой полоской ткани поверх нее. – Вот так всегда – приходит спасать мой рассудок после какого-нибудь незначительного казуса, но, как обычно, лишь удостовериться, что со мной все в полном порядке. Тоже мне – психиатр нашелся.
Гарри хмыкнул, вспоминая словечко, что только что сам применил – «психиатр»:
- Чертовщина какая-то… - Но, несмотря на очевидную не принадлежность этого слова и многих других фраз там, где находился Гарри, иногда пытающихся вылезти из его рта, он сам-то отлично понимал их сакраментальный смысл.

URL
2012-02-01 в 18:54 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава двадцать шестая.

Гарри прошел мимо открывшего дверь Кадира, не соизволив разрешения войти в его комнаты. Впрочем, тот никогда и не предъявлял такого условия ни для Гарри, ни, тем более, для своего Бурхана.
- Ты выглядишь лучше, чем я смел надеяться, - произнес вслед Кадир, закрывая дверь.
Гарри лишь пожал плечами и скинул с себя башмаки, с удовольствием ступив босыми ступнями в высокий мягкий ворс ковра. Обозревая уже уютно обжитое помещение, совсем не напоминающее остальную часть замка, он прошел дальше. Согласно традициям востока здесь стояли оттоманки с многочисленными подушками и валиками, на которых сам Гарри со своим ростом мог бы без затруднений расположиться. Все это великолепие располагалось на большом толстом ковре – келиме.
В общем, здесь было так, как дома – там, где у Гарри были собственные огромные апартаменты с не менее изысканной обстановкой, как и у прочих обитателей роскошного дворца Аль-Маджуси. Но Гарри, как и сам хозяин дома, едва ли успевали насладиться его уютной тишиной, огромными просторными чертогами, по которым снуют бесшумные полуобнаженные загорелые на горячем солнце слуги, воистину райским садом, окружающим дворец, бьющими прохладными струями фонтанами, пением удивительных птиц, восточными сладостями и другими прелестями богатства и роскоши. Уже после пары месяцев вполне заслуженного безделья Инсаром овладевала почти дьявольская одержимость приумножать свои и так ломящиеся от золота и драгоценностей бесчисленные сундуки, сеять раздор и панику среди магглов, наслаждаться чужой болью, глухим отчаянием, повиновением. И мстить им за те вещи или деяния, о которых Гарри так и не смог ничего разузнать ни у Инсара, ни у кого-либо другого. Тогда шейх Аль-Маджуси приказывал собрать свои шатры и, возвращаясь к традициям своих предков, вел кочевой образ жизни, такой, которым он наслаждался, не обремененный заботами своих родственников и делами своей большой хамуллы , оставляя все на попечение своего кади.
С видимым удовольствием плюхнувшись в одну из кучи подушек, Гарри блаженно закрыл глаза, следя за приближающимся образом Абд аль-Кадира, который уселся напротив.
- Хорошо расположился, очень по-домашнему, - заметил Гарри с хрипотцой. Говорить было больно, но терпимо. – Мне-то ведь приходится ночевать где попало – я, хотя и обожаю комфорт, но не слишком люблю тратить время на его создание, тем более в условиях похода. Ну а мои слуги всё делают не так, как мне необходимо… Впрочем, ты это знаешь ничуть не хуже меня, просто не настолько ленив.
- А как же кровать Бурхана? – невозмутимо спросил Кадир.
Гарри помедлил. Спешить с разговорами на эту опасную тему не следовало. В первую очередь именно из-за того, что хотелось как можно быстрее поделиться накопившимися проблемами с единственным человеком, который сможет понять его. Спешка никогда ни к чему хорошему еще не приводила – сам Гарри не далее как несколько часов назад в очередной раз убедился в этом своем наблюдении. Или Кадир сможет хотя бы притвориться, что сможет понять, потому как человеку не свойственно что-то осознавать в полной мере до того, как он сам не испытает это неведомое «что-то».
Молодой человек медленно добавил, преодолевая резь в глотке: - …Если конечно сам Инсар «Несокрушимый и Великолепный» Аль-Маджуси не соизволит поделиться со своим верным слугой – то есть со мной – ковриком у своего шейхского ложа.
- Всё так плохо?
- Не всё и не так, - просипел Гарри, но холод легко угадывался в его интонации, взгляде, затрепетавших крыльях носа.
- Зачем ты терпишь эту боль?
Гарри не был уверен, о чем именно спрашивает его собеседник. Он заинтересованно склонил голову набок, слегка увеличивая ментальное проникновение в голову Кадира. Тот не имел в виду только лишь поврежденную шею.
Но затем Гарри сам же продолжил:
- Прошу прощения за эту неуместную вспыльчивость, Абд аль-Кадир. Просто я не скажу ни слова, пока ты не угостишь меня из своего кальяна чем-нибудь покрепче – это я так прошу, между прочим.
- Да уж, заметил, - кивнул Кадир серьезно и позвонил в маленький колокольчик, после чего из ниоткуда появился домовой эльф. Последний странно поглядел на прикрывшего глаза Гарри и немедленно вновь исчез, но уже после того как Кадир заказал ему принести еды на двоих. – Но вначале ты разделишь со мной трапезу, Ракшас. Твое мученическое выражение лица не прибавит мне аппетита, а раз ты собираешься остаться в этих комнатах на какое-то время, то тебе следует поесть.
Вновь появился расторопный домовик с целой кучей еды, горой расставленной на большом подносе. Он ловко водрузил все это на низенький столик, накрытый льняной скатертью, затем любопытно заглянул Гарри в глаза и исчез с тихим хлопком.
- Что это было? – с недоумением спросил Гарри, без воодушевления пододвигая себе ближнее блюдо.
- Ты о домовике? – Гарри кивнул, а Кадир равнодушно пожал плечами. – Тебе лучше должно быть известно.
- Ты же знаешь, что там, где мы жили в последнее время, эльфы не используются в качестве прислуги. А так просто в пустыне их не часто встретишь.
- Предпочитаешь рабов в шароварах? – обстоятельно поинтересовался Кадир.
Гарри грустно улыбнулся:
- Наш общий знакомый предпочитает. – И он отодвинул тарелку от себя. Есть не хотелось, он предпочел бы сейчас просто расслабиться. – Да и реакция на меня этого эльфа несколько удивляет.
Кадир рассмеялся:
- Ракшас, ты просто уникум – постоянно удивляешь меня в такие моменты, когда и удивить-то уже особо нечем! Конечно, ты же не видишь себя со стороны! Уж поверь мне, человеку, который прожил на этом свете много больше твоего: ты производишь на любое существо неизгладимое впечатление, особенно если тебя обуревают какие-либо чувства, будь то радость, печаль, возбуждение… Или когда ты, например, колдуешь. От тебя словно свет исходит и еще что-то, не ведомое, но очень притягательное. Это не на физическом уровне, а скорее, просто энергия, ощущения.
- Ты говоришь так, словно я сам Мерлин, не меньше, - заметил Гарри, вспоминая слово «харизма», пришедшее на ум.
- А может быть даже больше, чем какой-то Мерлин, слухи о котором так популярны на западе и имя которого ты все время поминаешь всуе. Ты-то сам встречал его? Проверял его силы?
Гарри засмеялся:
- Ты прав, от этого Мерлина остались лишь только слухи, да слава, будто он самый великий чародей во всей истории.
- Вот видишь, ты – это ты и никто больше, но и не меньше.
- Просто хотелось бы знать об этих существах – эльфах – немного больше.
- Ну, так просто возьми и спроси сам у них, - посоветовал Кадир. – У тебя редко получается что-то хорошо, если тебе удается со всех сторон обдумать этот вопрос достаточно длительный срок.
- Это ты так о моих умственных способностях? – усмехнулся Гарри. – Или в сие замечание зарыт более фундаментальный смысл?
- Не знаю, что там такое зарыто, но я просто хотел сказать, что обычно тебя преследует удача в любых твоих внезапных порывах. По велению души – если угодно.
- Это не всегда работает, - поморщился Гарри, сам не понимая, отчего сказал эти слова, но чувствуя, что так оно и есть.
- Не всегда, - помедлив, подтвердил Абд аль-Кадир, внимательно поглядев на собеседни-ка. – Что-то не так? Ты что-то вспомнил?
Гарри искренне удивился: - Нет. Почему ты так решил?
- Не припоминаю ничего серьезного и опасного, что с тобой приключилось вследствие таких порывов.
Гарри облегченно рассмеялся: - И я тоже, если подумать – благо, что моя жизнь началась несколько лет назад! Сам не знаю, почему несу иногда всю эту чушь!
Мужчина напротив него кивнул, но затем нахмурился, наконец заметив, что Гарри так и не притронулся к еде:
- Ты слишком мало ешь в последнее время, так ты ничем не поможешь своему телу. Скоро от тебя останутся лишь кожа да кости.
- Я знаю, но давай не будем продолжать эту тему. Не хочу есть эту дрянь, в походах кормят менсафом и фалашиа , - вздохнул Гарри. – Просто сделай мне приятно – дай покурить.
- Не очень много, - предупредил его Абд аль-Кадир, ставя кальян на столик, - но курение без кофе для гостя – как султан без дорогих одежд. – С этим Кадир поднялся и с помощью магии сам приготовил кофе. Он немного налил в свою чашку, попробовал и удовлетворенно кивнул. Затем он налил немного напитка в чашку Ракшаса и заинтересованно посмотрел на него.
Улыбнувшись, Гарри потянулся к предложенной чашке и тоже немного глотнул, ставя ее обратно на столик. Кадир удовлетворенно дополнил кофе вновь – сначала Гарри, потом себе.
Когда ритуал был исполнен, Кадир спросил: - Хочешь, я вызову кого-нибудь из слуг сделать тебе массаж? Ты нуждаешься в отдыхе.
- Нет, - Гарри покачал головой и затянулся, с удовольствием выпуская клубочки сизого дыма изо рта и наблюдая, как он медленно рассеивается, оставляя после себя чуть сладковатый запах, смешанный с хорошим кофе. – Хорошо массаж умеет делать только Хабиб, а он остался дома.
- Тот юноша, которого тебе подарил Бурхан? – Гарри блаженно кивнул. - Надо было взять его с собой, он смог бы разогнать твою печаль лучше, чем я и моя трава вместе взятые.
- Да, он славный, исполнительный и преданный, Абд аль-Кадир, но слишком нежный и ранимый, а потому не годится для таких путешествий.
- Ты привязался к нему, - вздохнул волшебник. – А мальчик любит тебя, ты мог бы…
- Нет! – резко оборвал его Гарри. – По крайней мере, он там жив и в относительной безопасности. Я… я не хочу, чтобы он попал под горячую руку – мою или Инсара, как этот парень сегодня, из стражи.
- Ты ошибаешься насчет себя самого, как и все молодые люди твоего возраста. Не стоит винить лишь только себя во всех грехах… А Хабиб дарил бы тебе свет и заботу – то, что тебе требуется больше чем все эти грешные приключения, в которые тебя втягивает Бурхан.

Примечания:
Хамулла - клан, племя у бедуинов.
Кади - гл.судья.
Менсаф - Традиционное блюдо бедуинов – рис, покрытый мясом (говядина или баранина), готовится с йогуртом, иногда с орехами.
Фалашиа - Пресный хлеб, напоминающий еврейскую мацу.

URL
2012-02-01 в 18:57 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Кстати, насчет приключений, - Гарри проигнорировал укоряющий взгляд Кадира, за то, что сменил тему, - мы углубляемся в западные земли, туда, где люди говорят на моем родном языке.
- Бурхан так решил? – изумился Кадир, застыв. Гарри рассмеялся, заметив удивление своего друга.
- Разумеется, друг мой! Разве мы, ничтожные слуги, имеем право голоса в этом населенном варварами мире? Инсар ничего и никого не упускает из виду.
- Не надо так громко веселиться, Ракшас, ты же знаешь – я несколько суеверен. Предпочитаю быть живым, но бесправным, нежели просто мертвым. Но меня удивило вовсе не решение Бурхана, а, скорее направление. Ты уверен, что мы идем на остров?
- Конечно, уверен, - Гарри не переставал улыбаться то ли от выкуренного, то ли от мысли о том, что он в конце концов возвращается туда, где началась его жизнь больше шести лет назад.
- Ты рад.
- Рад, - кивнул Гарри. – Это глупо да? Чувствовать свою потребность знать, что было с тобой когда-то? Что круг наконец-то замкнется?
- Не думал, что тебя так держит прошлое.
- А оно и не держит, просто я крайне любопытен. - Гарри расслабленно выпустил дым колечком. – Любопытство не порок, но… Кажется, вот эти слова – действительно воспоминания, но не спрашивай меня, кто их произнес, все равно не вспомню.
- Значит, ты все-таки что-то вспоминаешь? – вздохнул Кадир.
Гарри пожал плечами:
- А может быть эти слова – просто плод моего разума, я не знаю…
Сидящий напротив мужчина помедлил, словно собираясь с духом (но Гарри не обратил на это внимания), и тихо, едва слышно спросил: - А слово «Аврелий» тебе что-нибудь говорит?
Приподняв в изумлении брови, Гарри ответил:
- Нет, а что-то должно говорить? Имей в виду, если ты солгал мне, говоря, что поведал мне все, что тебе было про меня известно, я, пожалуй…
- Убьешь меня, как предателя? – вполне серьезно спросил Абд аль-Кадир.
- …я, пожалуй, соизволю обидеться, - усмехнулся Гарри. – Меня, знаешь ли, вполне устраивает моя жизнь.
- Это потому что ты не знаешь другой жизни. А вот если бы у тебя был другой выбор…
Гарри перебил его:
- «Если бы да кабы» меня не интересуют, Кадир. Это заведомо проигранное сражение с будущим, с прошлым ли. Да и насчет выбора у меня тоже имеются большие сомнения.
- У тебя на все найдутся сомнения, - вставил Абд аль-Кадир, скупо улыбнувшись.
- А то! – рассмеялся вновь Гарри.
- Так что там с выбором?
- Просто я полагаю, что в мире существует лишь иллюзия выбора – и только. Ты ведь всё равно предпочтешь то, что тебе покажется наилучшим выбором, так? Тогда какое тебе дело до того, что останется не выбранным?
- Никакого. Кажется, я понимаю тебя, Ракшас.
- Да? Вот это новость! Я в таком состоянии нахожусь, что сам себя бы не понял… Но как бы там ни было, мне вновь кажется, что эти слова о выборе и прочем принадлежат кому-то другому. Но я с ними полностью согласен, так уж вышло… - С этим Гарри широко зевнул и откинулся на спину, затем сонно приоткрыл один глаз и пробормотал: - А кто такой Аврелий? Звучит по-дурацки… В переводе «Золотой».
- Неважно, - прошептал Абд аль-Кадир. – Просто поспи, у тебя был не слишком легкий вечер, я полагаю.
- Ага… а я и не умею спать «сложно»…
♂♂♂
- Поднимайся, Ракшас! – потребовал Инсар.
Гарри еще не открыл глаза, но уже увидел, что тот сидит там же, где вчера сидел Абд аль-Кадир. Запах свежезаваренного кофе щекотал его ноздри.
- М-м, - промычал Гарри потянувшись после крепкого сна, показавшегося ему не очень продолжительным, но солнце за окном, портьеры которого были раздвинуты, говорило о том, что сейчас уже полдень, не раньше. Он поглядел на стол, ожидая увидеть на нем свою порцию утреннего напитка, к которому он быстро привык, но ничего там не обнаружил. Единственная чашка была в руках у Инсара. – Что, уже «завтра»? А где мой кофе в таком случае?
- Как видишь, здесь его нет, - ответил ему тот, чуть наклонив голову набок.
- А где?.. - Гарри только подумал о том эльфе, что был здесь вчера, как последний бесшумно появился с небольшим в этот раз подносом, содержимое которого ловко перекочевало на все тот же низенький столик. Тут оказался и горячий напиток, рука Гарри к которому уже поспешно тянулась. Эльф быстро исчез, но волшебнику показалось, что тот даже мимолетно успел улыбнуться ему. Гарри сделал первый, самый вкусный глоток, обжигающего кофе.
- Ты ведь не оскорбился из-за меня?
- Из-за кофе? – Гарри ухмыльнулся. – Нет, ни в коем случае. На что же нужны рабы, то есть – эльфы?
- Ты прекрасно понял, о чем я. – Взгляд Инсара всё ещё был изучающим. Гарри не удивился бы, даже если бы он применил на нем легилименцию… и на всякий случай приготовился.
- О вчерашнем? – Да, Гарри понял, но это не имело никакого значения. – Пролог не пестрил разнообразием. Завязка определила финал. Фабула неплохая: вода была замечательной, грот – красивым, удушение – неожиданным, поза – так себе. Развязка получилась сильной и занимательной. Эпилог – законченным, логичным. Но история больше никогда не повторится.
Гарри замолчал, наливая вторую чашку кофе, а Инсар громко рассмеялся:
- Я знал, что ты скажешь что-то вроде этого! Приятно иметь с тобой дело, как обычно.
- Да, тебе со мной легко договориться, - кивнул Гарри, рассматривая лицо собеседника и гадая, зачем он его навестил. Неужели только для того, чтобы спросить о самочувствии – хотя и это большой прогресс в их отношениях. – Так почему ты здесь? И где Кадир?
- Мой Абд аль-Кадир там, где я приказал ему быть, - ответил Инсар, вытянув длинные ноги и скрестив их в щиколотках (см.сноску 1). – А здесь я потому, что у меня созрел кое-какой план относительно дальнейших наших выступлений.
У Гарри чуть сердце не выпрыгнуло из груди, но он не позволил себе никаких эмоций, когда спрашивал:
- Игра «по следам моей мести» отменяется?
- Ни в коем случае, дорогой Ракшас. Хотелось бы обсудить детали.
- Сейчас? Разве мы уже уходим из Дурмстранга? – Теперь Гарри мог не контролировать свое изумление, ему очень не хотелось пока покидать это загадочное место, так и не разгадав несколько его тайн.
- Детали – сейчас, - подтвердил Инсар. – Но время ты выберешь сам, спешка тут ни к чему. Итак, прежде чем собирать людей, нам необходимо разведать обстановку того места, куда нам предстоит выступить – этим будешь руководить непосредственно ты. Найдешь район максимум в паре дней пути до замка, достаточный для размещения моего войска; разузнаешь численность волшебников, способных держать волшебную палочку, а также количество остальных, в том числе магглов, если такие смельчаки найдутся. А я пока с большей частью людей двинусь по направлению к долине Рельвейн. Хозяин замка – лорд Филипп Азнауэрский, маг с голубой кровью. Он, хотя и несколько наивен, но очень неплохо помог мне в те нелегкие времена. Ты помнишь его?
- Смутно, - пожал плечами Гарри. – Он согласен вновь дать нам временное убежище?
Инсар усмехнулся:
- Будет только рад, я, знаешь ли, не намерен просвещать его во все мои планы. Он слиш-ком – как бы это сказать? – честолюбив. В общем, я остановлюсь в замке, пока ты ведешь подготовительную работу. Можешь начинать прямо отсюда, для некоторых вещей необходима только голова на плечах, острое перо, да быстрая... кажется, здесь используют сов?
Гарри кивнул.
- И быстрая сова, - добавил Инсар.
Гарри вновь кивнул. Воспоминания о проведенных в том замке у реки нескольких днях, как и о необходимости туда вернуться, не улучшало настроения. Ведь именно там, в главном зале, он лично пытал, а потом и убил своих непосредственных мучителей, но вот те люди, которые это устроили – сидят себе спокойно в замке под названием «Хогвартс» и вовсю наслаждаются своей спокойной жизнью!
Шейх словно почувствовал его настроение. Он нагнулся к Гарри и чуть прищурился:
- Это будет не моя битва за превосходство, а твоя месть, Ракшас – самое сладкое чувство в мире, ты еще убедишься в этом.
- Обязательно, Инсар, и моя месть будет жестокой, - его глаза яростно заблестели, а мужчина напротив рассмеялся.

Сноска 1: Игра слов. Абд аль-Кадир в переводе с арабского – «Раб Всемогущего».

URL
2012-02-01 в 19:00 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава двадцать седьмая.

- Мое имя лорд Олаф Мария Йозеф фон Монтан, - представился вошедший человек едва ли старше самого Гарри так, словно это не его руки были связаны невидимыми путами, а сзади не стояли его конвоиры. Его осанка была такой гордой, что Гарри подивился, учитывая, что тот и выглядел не лучшим образом. Светлые волосы цвета соломы были всклокочены, лицо обросло густой неухоженной щетиной, под одним из темно-голубых глаз во всей своей красе нарисовался синяк. На переносице имелась уже заживающая рана с запекшейся кровью. На нем была одеты простая рубаха и штаны, заправленные в высокие кожаные сапоги – и все это выглядело порядком потрепанно, как и следовало ожидать от человека, который полдюжины дней назад побывал в такой заварушке, из которой выбрались далеко не все его сторонники.
Гарри обратился к страже:
- Освободите его и оставьте нас.
Они находились в небольшой комнате с большим камином, похожей на кабинет. Тут имелось несколько кресел, один стол, а также полки с многочисленными книгами. В воздухе отчетливо ощущался сладковатый фимиам, что недавно курил Поттер. И Гарри как раз размышлял на тему, кого же следует оставить в этом замечательном замке для его присмотра, а возможно и для проживания. И пришел к выводу, что в первую очередь это зависит от настроя местного главаря, коим и оказался на данный момент лорд Олаф. Но еще Гарри знал, что Олаф – не тот, кто возглавлял Дурмстрангцев до недавнего времени, до нападения, так как Кадир собственноручно убил местного «шейха» во время битвы. Что стало с семьей последнего, Гарри было уже известно – они находились с остальными в подземельях, живые и практически здоровые.
Когда охранники безропотно выполнили приказ, Гарри указал на кресло напротив того, где сидел он сам. Олаф выпрямился еще больше, стараясь выглядеть не принужденно, сел в указанное кресло и положил руки на подлокотники. Гарри некоторое время молча изучал этого человека, незаметно ощупывая его своей магией в попытке выяснить его настрой. Тот не излучал в данный момент ни гнева, ни жажды мести, что стало неожиданностью для Гарри.
Гарри вызвал эльфа, собираясь заказать кофе, как требовали приличия, прежде чем начинать важный разговор. Но эльф появился уже вместе с высоким кофейником и двумя чашками на подносе. Чуть мотнув головой, удивленный Гарри отпустил эльфа и наполнил сразу обе чашки – для гостя и для себя, не став полностью исполнять традицию, хотя она, в исполнении дотошного Кадира, его всякий раз забавляла.
Гарри молча пригубил кофе, следя за лордом.
- Ты – Инсар Аль-Маджуси? – спросил мужчина, не выдержав гнетущей тишины и внимательного взгляда Гарри. Ракшас в душе возликовал – нордический характер Олафа был слегка не выдержан.
- Прежде всего, меня интересует, кто ты такой? – спокойно поинтересовался Гарри. Он не собирался выпускать ситуацию из-под своего контроля, а если он и дальше не намерен этого делать, то с самого начала со своим новым знакомым он должен принять господствующее положение.
Совсем как Инсар.
Прежде чем его сегодняшний собеседник решил возразить, Гарри предупреждающе махнул рукой:
- Я запомнил твое имя, Олаф Мария Йозеф фон Монтан. Мне необходимо знать, почему ты решил, будто ты – тот, кто может распоряжаться жизнью твоих сородичей? И я повторюсь: кто ты такой?
Мужчина помедлил, презрительно оглядел Гарри с ног до головы (сейчас без куфии), его белую галабею с аббой, и словно выплюнул в лицо:
- А чего ради мне что-то разъяснять слуге? – Его лицо исказила издевательская ухмылка, а сам он наклонился ближе к Гарри. – А я вижу, что передо мной сидит очередной бесправный слуга при Аль-Маджуси, а не он сам – у твоего хозяина восточная наружность.
- Какая наблюдательность, - прокомментировал Гарри, с интересом наблюдая за этим че-ловеком. – Какая осведомленность для этого всеми забытого места! А такой прекрасный замок нуждается в более мудром хозяине, чем был наш общий покойный знакомый. Кажется, его звали, если коротко… - Гарри на всякий случай поставил чашку на стол, - …Лорд Симеон фон Монтан?
Олаф с силой стиснул зубы от злости и не проронил ни звука. Лишь только побледнел еще больше.
Гарри удовлетворенно улыбнулся: кажется, он попал именно в ту цель, которая отвечала за некоторые эмоции Олафа.
- О, кажется, я немного ошибся: мне-то он вовсе не был знаком, а тебе он приходился… кем же? – Гарри считывал информацию с поверхностных мыслей волшебника как с открытой кни-ги, слова которой к тому же были написаны каллиграфическим почерком и весьма крупно. – Нет-нет! Можешь не отвечать на мои вопросы! Как все-таки приятно быть таким могущественным, аж тошно! Твой престарелый отец – да упокоится его душа – так и не изменил своего мнения на наш с Инсаром счет, за что и поплатился за свою недальновидность. А ведь мы не предлагали ему ничего этакого…
- Да как ты смеешь осквернять своими устами мою память о нем! – вскочил на ноги Олаф, дрожа от злости, готовый голыми руками разорвать в клочки своего противника. Но Гарри уже тоже стоял на ногах, почти на голову возвышаясь над ним, а рука цепко впилась в шею мужчины, не давая произнести ни слова более.
Когда заговорил Гарри, голос источал лишь ледяное спокойствие:
- Ну почему ты думаешь, что при мне можно вести себя подобным образом? Я что, кажусь тебе «своим в доску парнем», не способным прекратить всю ту чушь, что вырывается из твоего рта, как и твои нелепые попытки как-то навредить мне? – Олаф безуспешно трепыхался, с отчаянием пытаясь отодрать чужие пальцы от своей шеи. Может, ему это и удалось бы, если бы Гарри не добавлял свою магию для того, чтобы удержать такого сильного человека одной рукой.
Поттер внезапно отпустил его, и мужчина мешком рухнул на пол, предварительно стукнувшись плечом о стоявшее сзади кресло. Рука Олафа с неприятным щелкающим звуком вышла из своего сустава, и он мгновенно вскрикнул от пронзившей острой боли.
Гарри поморщился и сел обратно в кресло. Затем он с интересом наблюдал за тихими ругательствами Олафа и его же жалкими попытками придержать вывихнутое плечо.
- Какой ты хрупкий, однако, - заметил Гарри. – Такой крепкий на вид дядька, а ведет себя как кисейная барышня.
- Да пошел ты, ублюдок!
Глаза Гарри сверкнули, он мгновенно вскочил, и с размаху ударил ногой Олафа под ребра. Тот как-то крякнул, совсем не свойственно человеку, и вновь осел под ноги Гарри, тяжело дыша. Из стиснутого рта пошла кровь, добавляя контраста к светлой коже.
- Знаешь, Олаф, мне ведь просто хотелось поговорить с тобой о сложившейся ситуации, а теперь я не знаю о чем и думать, видя перед собой это недоразумение, коим ты являешься, - Гарри снова уселся и закинул ногу на ногу. – Но я могу понять, отчего ты так себя ведешь. Чисто теоретически представим, будто бы я – это ты. Моего отца убили при жестоком нападении на родовое гнездо. Защищавших его магглов – тоже. Остальную часть семьи – сестер и маленького брата – держат взаперти…
Олаф резко взглянул на Гарри.
- О, так ты не знал, что с ними все более-менее в порядке? Тогда спешу тебя обрадовать этим известием, лорд Монтан, должно быть ты чувствовал себя поистине убитым горем. Прошу тебя, присаживайся – мне неприятно разговаривать с полулежащим человеком, который, к тому же, обладает столь редкой и достойной родословной. – Гарри указал на кресло, решив сменить тактику. После того как Олаф поднялся и с видимым усилием опустился в кресло, Гарри продолжил. - Да, определенно мне было бы крайне неприятна эта ситуация, будь я на твоем месте, что, разумеется, полнейший нонсенс. Взять хотя бы семью, к которой большинство людей имеет совершенно беспочвенные привязанности, или сам факт нападения на мое жилище – нужно лучше защищать то, чем дорожишь, лорд Монтан. Это мой первый тебе совет… Но что-то я сегодня слишком велеречив, но не слишком гостеприимен, тебе не кажется?
- Мне не может быть этого известно, - поморщился волшебник, но скорее от боли, чем от вынужденного ответа, отметил Гарри. – Мы ведь видимся впервые, не так ли? Да мы даже не знакомы, если так уж пошло.
Гарри скрыл облегчение – с этим Олафом разговаривать стало легче, чем с Олафом, обезумевшим от горя. Решение, как далее действовать с ним пришло само собой. Он вновь призвал эльфа теперь уже с помощью маленького колокольчика, которые в этом замке имелись в изобилии в любой комнате, даже в самой маленькой уборной – к недоумению Гарри. Появившийся домовик, прижав уши, глянул сначала на Олафа, затем – на Гарри, у которого в голове возникло какое-то непонятное слово, которое при виде на это маленькое существо захотелось произнести. И тут он доверился своей интуиции:

URL
2012-02-01 в 19:01 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Берз, - сказал он.
Эльф мгновенно обратил на него более пристальное внимание:
- Повелитель желает вина? – Немного пораженный Гарри молча кивнул, думая, что Олаф, быть может, польстится на вино, раз кофе его не заинтересовал. – Берз немедленно исполнит просьбу господина.
Вскоре вновь появился тот же домовик, Берз, как догадался Гарри, и водрузил на стол бутылку красного вина и пару изысканных бокалов.
- Благодарю тебя, Берз, - Гарри чуть наклонил голову в знак признательности. Эльф радостно и смешно завертел ушами и исчез. – Замечательный народец – эти домашние эльфы. Полезный и услужливый, а Берз действительно оказался быстрым. Быстрый Берз…
Гарри немного посмеялся над игрой слов – «быстрый» и есть «берз», на местном языке. Еще до встречи с Олафом он был вынужден наложить на себя языковые чары для понимания местных жителей. Он как будто бы говорил по-английски, но в то же время ощущал и присутствие другого языка, что совершенно не мешало воспринимать его звучание, некоторые слова которого слышались для слуха Гарри несколько смешно.
После того, как Гарри налил себе густого вина и пригубил его, он удивленно улыбнулся: - Фракийские вина… действительно вне всяких похвал, Олаф.
- Благодарю, - сквозь зубы произнес мужчина. – Я передам виноделам этот комплимент.
- Адресуй его от Ракшаса. Или, как донесли слухи, меня здесь знают как Дуэргар.
- Дуэргар… - ошеломленно повторил Олаф, впервые уважительно посмотрев на Гарри. – Да, мне приходилось слышать о тебе и твоих… - он поморщился, - …подвигах. Чего ты хочешь от меня и моих подданных? Они всего лишь крестьяне…
Гарри улыбнулся, наполняя второй бокал и протягивая его собеседнику:
- Сдается мне, что мы сможем договориться, Олаф фон Монтан. Итак, главным моим условием будет предоставление убежища мне и тем, кого я сочту нужным, в любое время.
- В обмен на?.. – поинтересовался Олаф, стискивая тонкую ножку бокала.
Гарри наклонился ближе:
- Я мог бы сказать просто: жизнь, твою, твоей семьи, друзей. Но я сделаю для этого места больше. Я дам вам свою защиту, такую, что никто никогда не разрушит без твоего ведома, либо – по прошествии времени – твоих истинных наследников.
Олаф с шумом втянул воздух:
- Дурмстрангу не нужна защита, а свою защиту ты сможешь обойти. Так зачем она нам нужна в таком случае?
- Как давно ты получал известия из столицы? – вместо ответа переспросил Гарри.
- От магглов? – уточнил Олаф. Гарри кивнул. – Тринадцать лун уже минуло с тех пор, как сюда заезжали магглы. Это место не самое проходимое.
- Что ж, у меня новости немного актуальнее. Я могу поделиться ими с тобой. Несколько недель назад ваш царь и полководец, Самуил, умер, не обозначив наследника. Представляешь, что случится со страной еще через несколько лун? Ее просто захватит империя, превратив в свою очередную захолустную провинцию. Да и кроме них любители найдутся – норманны, венгры… Надеюсь, мне не надо говорить, что в таком случае ждет коренных жителей? Поверь, добраться сюда – дело времени и только, а у людей этого добра – вечность, сам понимаешь. И что сможет сделать кучка магов, с горем пополам применяющим «Аваду Кедавру» против сотен и сотен хорошо вооруженных магглов? Или пошлешь своих крестьян, трудящихся на виноградниках, сражаться с ними?
Олаф прикрыл голубые усталые глаза:
- Мы можем лишь скрыться.
- Ну, не все так страшно: возможно, я склонен к преувеличению и ничего подобного не случится, - усмехнулся Гарри, всеми своими чувствами ощущая колоссальный крючок, на который попался Олаф.
- Я не готов рисковать более.
- Согласен. Тебе нужно в лазарет.
♂♂♂
- Как думаешь, с ними все в порядке?
- Я не намерена ворошить прошлое и мучить тебя заодно, милый, - зевнула Ровена, укла-дываясь удобней рядом с мужем. – Они не могут быть в порядке, Сал для этого слишком любит Аврелия, а Аврелий не с ним.
- Мы вообще ничего не знаем о них, но, по крайней мере, Салазар был жив, когда он при-ходил прощаться с нами больше пяти лет назад…
- …и когда он пообещал мне не совершать глупостей? – тихо спросила Ровена.
- Угу. Но я уверен, Аврелий тоже жив: пророчество ведь еще в силе.
- Да.
- Ученики рассказывают о странном привидении, - через несколько минут сообщил Годрик, заставив вздрогнуть задремавшую женщину.
- Привидении?
- Да. Его видели ученики дома Слизерин. Несколько раз.
- И что же в нем странного? А это не Кровавый Барон, случайно? Или толстый проповед-ник?
- Оно похоже на самого Салазара, - ответил Годрик, отрицательно помотав головой. – Потому и на нашего кровожадного барона мало чем сходно.
- Он здесь?! Как?! Когда?! – Ровена быстро села в кровати, сон как рукой смахнуло:
- Ты крайне лаконична сейчас, - улыбнулся Годрик.
- Перестань! Салазар… он вернулся?!
Годрик помолчал, собираясь с мыслями.
- Ну не тяни же! – прикрикнула женщина. – Что еще тебе известно?
- У меня имеются все основания предполагать, что наш лорд Слизерин вообще не покидал Хогвартс, надолго – по крайней мере.
- Объясни, - потребовала Ровена.
- Я сам видел несколько раз его силуэт, но он непременно быстро испарялся за очередным поворотом, стоило мне позвать его. Впервые это случилось как раз летом после того, как Салазар исчез в неизвестном направлении, а потом – еще несколько раз. Но и это еще не все. Однажды он упоминал, что в Хогвартсе можно годами жить, а остальные его обитатели этого не узнают.
- Гиппогриф тебя задери, Годрик! Почему ты мне ничего не сказал?!
- Я не был уверен, что то был действительно Салазар, и что это не плод моего воображения, или что сам замок так шутит надо мной. Ты ведь заметила, что замок как будто ведет свой образ жизни. И эти лестницы, меняющие направление! Я не знаю! – Годрик отвернулся, собираясь спать, но теперь Ровена робко потрясла его за плечо.
- Прости, что накричала на тебя.
- Ладно, - буркнул Годрик.
- Гооодрик… - прошептала Ровена, прижавшись к нему, - …а почему я его не замечала?
- Ты, моя дорогая, и так разрываешься между учениками и экспериментами со своими ча-сами времени. И ходишь почти все время, уткнувшись в книгу, а мне положено замечать все малейшие детали, даже самые незначительные и глупые.
- Чувствуешь ответственность за нас?
- Да, как обычно. За тебя, за малышку и за Хельгу, за этот замок, раз его хозяин не хочет больше заботиться о нем. Впрочем, сильно подозреваю, Салазар знает о многом, что творится в замке и может в любой момент войти, неприятно ухмыльнутся, как это умеет только он один, и обозвать меня полным глупцом, не теряющим надежду на лучшее будущее. – Годрик замолчал, поглядев на дверь, но она так и осталась закрытой.
- Не переживай. Это ведь не конец истории.

URL
2012-02-01 в 19:03 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава двадцать восьмая.

- Как ты объяснил мое присутствие в замке своей семье? – Гарри пододвинул к себе тарелку, на этот раз с удовольствием пробуя пищу, которую готовили здешние домовики. Вот уже почти месяц он с пробовал шедевры болгарской магической кухни, которые так не походили на ту, к которой он привык, живя на востоке… Гарри заметил удивление Олафа, и пояснил: - Ты же не думаешь, что мне не известно о твоих с ними встречах в северном крыле замка? Месяц – довольно-таки долгий срок, чтобы достаточно изучить человека. А с тобой мне приходится иметь дело каждый день – тебе лучше известен замок… Собственно, я разместил твою семью там лишь с единственной целью – подальше от центра событий.
- Разместил? Они же под охраной! И это в собственном доме, - возмутился мужчина.
- Разумеется, они под охраной. Но это для их же блага – не терплю, когда мне мешают, а это обычно бывает в самый неподходящий момент. – Гарри отпил вина, к которому привык здесь пропускать бокальчик-другой во время обеда вместо «шай бил нана». – Полагаю, оправдываться ты не будешь, что нарушил наши негласные правила?
- А надо? – спросил мужчина с вызовом.
Гарри рассмеялся:
- Ты меня удивляешь, Олаф, лорд Монтан! Сам находишься здесь в шатком положении, и все время пытаешься хамить мне. Но мне почему-то это нравится, наверное, ты уже успел заметить.
Олаф тщательно прожевал пищу, прежде чем ответить:
- Я заметил это, ты прав. – Он пристально взглянул в зеленые глаза Ракшаса. – Но тебе нравится это лишь до того момента, пока я подчиняюсь твоей воли и делаю то, что нужно.
- Просто не мешаешь, - поправил его Гарри. – Этого вполне достаточно.
- Но говорить я могу все, что угодно, кроме некоторых вещей.
- Не понимаю, к чему ты ведешь? – спросил Гарри, вскидывая брови.
- Пока я говорю, ты в ответ тоже только отвечаешь. И когда я начинаю действовать, ты то-же начинаешь действовать, - задумчиво продолжил Олаф, залпом опустошая свой бокал. – Я разгадал эту твою сторону характера, Ракшас.
- Тоже мне – великий чтец душ современности. Философ хренов… Хотя бы пил меньше, а то вдруг захочешь перейти от слов к делу.
- Может, и хренов философ. Зато я попал в самую точку.
- И что тебе с этого стало? – пожал плечами Гарри, ощущая свою потребность завалиться спать, и, желательно, не одному. В разморенную голову пришел стройный, еще по-мальчишески худой, образ Хабиба, делающего неторопливый массаж, плавно переходящий в медленное соитие…
- …Но они даже не могут выйти погулять, Ракшас, как какие-то последние заключенные в Хентосе, - Гарри пропустил начало, но общий смысл ворчания Олафа до него дошел, к его вещему неудовольствию прогоняя сладостные образы.
- Хентос – это тюрьма, я полагаю? – лениво спросил Гарри. Олаф кивнул. – А ты пробовал их, так сказать, вывести на прогулку?
- А как же охрана? Они ж на меня волком смотрят!
- Конечно смотрят – ты же для них потенциальный противник, - отмахнулся Гарри. – Просто выводи их гулять во внутренний двор – там нет охраны и совершенно безопасно… Ты мне вот что лучше скажи, лорд Монтан: что именно ты сказал своим сестрам и брату обо мне?
- Сказал, что ты помогаешь защитить замок от магглов и непрошенных волшебников.
- Даже так? А что они думают о своей невозможности свободно перемещаться?
- Ну, в связи с недавним нападением и исходя из моих слов… то, что в замке сейчас небезопасно гулять и что они могут помешать тебе, человеку, который – цитирую – «так благороден и могущественен, что смог освободить нас от ига иноземного хана и готов впредь бескорыстно защитить дом».
- Аль-Маджуси – не хан, а шейх, - поправил Гарри автоматически. – …Вот, значит, какая ситуация сложилась: Ракшас – благородный герой, - задумчиво протянул он.
Они молчали некоторое время, пока Олаф не решился спросить:
- Могу я узнать, что стало с остальными людьми? – Его взгляд беспокойно скакал по лицу Гарри, пытаясь отыскать ответ на свой вопрос, если он останется без оклика.
- Волшебников отпустили, приказав им вернуться в свои деревни и заставив их забыть о существовании этого места, а магглы мертвы, твоих крестьян не трогали, мы вообще не ходили в деревню, - отозвался Гарри, прикрыв глаза, но следя за реакцией визави, которая не заставила себя ждать. Тот разгневался, Гарри с легкостью это уловил. – Похвально, что сдерживаешь свою злость, но все-таки расскажи мне, что ты думаешь по этому поводу.
Гарри открыл глаза, почти сожалея, что вообще позволил себе проникнуться толикой уважения к этому человеку. Если тот сделает глупость, ему придется наказать его.
Олаф сжал кулаки до хруста в суставах и процедил сквозь зубы: - Ты ублюдок.
- Очень емко. – Гарри мановением руки заставил исчезнуть остатки еды со стола вместе с посудой. Сам стол, неприятно скрипнув, отлетел немного в сторону, не оставляя препятствий между ними. Затем Гарри протянул руку к отшатнувшемуся магу и напряженно сжал пальцы, схватив воздух перед лицом Олафа. Со стороны это не выглядело настолько ужасно, на сколько себя почувствовал лорд Монтан. Он что-то прохрипел, задыхаясь, и схватился за собственное горло, пытаясь вдохнуть глоток воздуха, пытаясь отодрать несуществующие пальцы на своем горле.
- Я мог бы одной мыслью лишить тебя жизни, лорд Монтан. Я мог бы сказать, что это не я отдал приказ убить магглокровок. Я мог бы притвориться, что не слышал оскорбления, сорвавшееся с твоих уст, пусть ты даже не успел осознать его… - Гарри опустил руку и откинулся назад, наблюдая за медленно восстанавливающим дыхание мужчиной, потного от напряжения. – …Но я никогда не буду оправдываться…
Дверь неожиданно с шумом открылась и с грохотом влепилась в стену.
- Господин! – нечто невысокого роста, завернутое с ног до головы в яркие, поражающие воображение, шелка, почти вприпрыжку добралось до Гарри и нахально уселось у него на коленях. И, не давая Гарри отойти от удивления, бесцеремонно впилось в его губы, постоянно ерзая своим задом на бедрах Гарри. Поцелуй не длился долго, но взвинченность Гарри теперь была направлена совсем в другое русло.
- О, так ты скучал? – проворковал юноша лет шестнадцати по-арабски, потершись о пробуждающуюся плоть Гарри.
- Понятия не имею, каким образом ты оказался за тысячу миль от дома, Хабиб, но по твоей маленькой попке мне было одиноко. Значит – да. Всенепременно скучал, - ответил Гарри ему в лицо, чуть улыбнувшись, но тут же вспомнив, что они здесь не одни. Он нахмурился. – Между прочим, мой милый, ты только что крупно подмочил мою репутацию злобного ублюдка перед вон тем господином, что корчится позади тебя.
Молодой человек с курчавыми черными волосами на мгновение обернулся. Его юношеское лицо цвета бронзы немного покраснело, когда он увидел Олафа, уставившегося на эту сцену с немым изумлением.
- Простите меня, - Хабиб виновато закусил губу и хотел было слезть с Гарри, но тот придержал его за бедра. – Я должен был проверить, один ли вы здесь… Этот человек очень вам нужен?
Хабиб вновь попытался слезть, но Гарри опять его удержал.
- Посиди-ка здесь, и постарайся не шевелить своим задом, - спокойно посоветовал Гарри. – Как ты можешь видеть ниже, у меня маленькая проблемка.
Конечно же, юноша тут же посмотрел на «проблемку» Ракшаса и вновь стал пунцовым, но отныне старался даже дышать реже, не то что шевелиться. Гарри улыбнулся одними уголками губ от пришедшей в голову идеи и направил свою магию на Хабиба, накладывая на него чары. Поттер был уверен, что Хабиб не сможет различить простенькое заклинание, и, как выяснилось, тот даже не обратил внимания на некоторые изменения в своей речи. Впрочем, таким юношам, крайне редко свойственно сосредотачиваться на чем-либо, кроме недавно открытых плотских удовольствий.
- Так вы не ответили, вам нужен еще этот человек, который уставился на нас? – нетерпеливо переспросил юноша.
- Не так чтобы очень, Хабиб. Всё зависит от него самого, - ответил Гарри, наблюдая поверх головы Хабиба за Олафом, опустившим глаза.
- Ну, может, избавимся от его надоедливого присутствия, а затем займемся теми вещами, что вы успели научить меня дома? – юноша соблазнительно улыбнулся и медленно провел языком по своей верхней губе.
- Достаточно, чудо, слезай с меня и примости свой зад на чем-нибудь менее живом, - Гарри отпустил его и Хабиб послушно уселся у его ног. – Прошу прощения, лорд Монтан, мой нетерпеливый друг прервал нас как раз на апогее нашей встречи.
- Я почти благодарен ему за этот неожиданный визит, - откровенно ответил Олаф. Гарри ценил откровенность больше всего, от его злости не осталось и следа. – Мне следует…

Примечание: Шай бил нана - мятный чай.

URL
2012-02-01 в 19:04 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Ой! Я понимаю его! - прерывая речь лорда, звонко воскликнул Хабиб. Его теплые глаза устремились на Гарри. Удивленный голос спросил: - Этот чужеземец говорит на нашем языке?
- Отнюдь нет, милый, - мягко сказал Гарри, с удовольствием наблюдая за Олафом, чувствовавшим себя не в своей тарелке. – Это мы с тобой перешли на его язык.
- И давно ли? – сжавшись от смущения пролепетал Хабиб.
- Не так чтобы очень, - повторил Гарри, ухмыльнувшись. – Ладно, а теперь помолчи-ка, Хабиб. У меня, знаешь ли, действительно важный разговор с этим господином.
Хабиб открыл было рот, чтобы в очередной раз что-то выспросить у Гарри, но тот повелительно махнул рукой и быстро произнес, догадавшись, что тот хочет:
- Да, тебе можно остаться – иначе я давно бы приказал тебе убраться отсюда. Всё, сиди тихо. – И Гарри устремил свое внимание на Олафа. – Продолжай, лорд Монтан.
- Мне… гм… - мужчина прокашлялся, а затем начал снова: - Мне следует извиниться за свое столь недостойное поведение. – Его взгляд на секунду метнулся на улыбающееся лицо Хабиба. – Я не должен был делать столь скоропостижных выводов. Мы знакомы почти месяц и я даже позволил себе в последнее время поверить в ту сказку, которую выдумали мои сестры и брат… - Вновь мимолетный взгляд на юношу. - …Мне будет позволено говорить откровенно при твоем…
- …друге, - подсказал Хабиб. Гарри метнул на него предупреждающий взгляд. Юноша покрутил пальцами у собственного рта и с напускным усилием выбросил воображаемый ключ – мол, смотрите, какой я послушный и рот-то у меня на замке, а ключ неизвестно где.
Олаф кивнул:
- …друге? Не надо отвечать – это был глупый вопрос. Так вот, эта сказка стала почти явью, ибо за твоими делами, знаниями и несомненным могуществом мне суждено было созерцать твою душу, Ракшас. Я знаю, ты не боишься смотреть правде в глаза и также чрезвычайно ценишь ее в других, потому я решил для себя следующее: я ненавижу и всегда буду ненавидеть тебя за те бессмысленные смерти, что принес ты и Аль-Маджуси; я не могу не ценить то, что ты действительно помогаешь моей семье и этому замку. И видя, как этот мальчик любит тебя…
Гарри посмотрел на сжавшийся в комочек у своих ног – однажды он жестко указал этому недавнему ребенку на то, что не хочет слышать о любви к нему, особенно от такого невинного и молодого существа, коим на тот момент являлся Хабиб.
Олаф продолжал тем временем:
- …мне очень хочется понять, за что он так привязан к тебе и почему я испытываю нечто похожее? Я не имею в виду…
- Я понял, о чем ты, Олаф, но у меня нет… - начал говорить удивленный Гарри, но его перебили.
- Зато мне это известно, - Хабиб сжал колено Гарри в немой просьбе о прощении за дерзость. Затем юноша посмотрел на Олафа: - Но на моей родине принято больше рассуждать по-другому: я люблю господина Ракшаса не «за что-то», а «вопреки всему». И еще вам не следует жить прошлым – достаточно просто помнить о нем. Говорят же: кто старое помянет, тому глаз вон.
Воцарилось минутное молчание, а потом Гарри скрестил руки на груди и грозно взглянул на своего любовника:
- Что, несуществующий ключ нашел от своего рта? – А после этого мягко улыбнулся и взъерошил блестящие локоны Хабиба. Олаф и юноша рассмеялись одновременно, а Гарри вспомнил слова Кадира о гипотетическом свете, исходящим от него, неведомом, но необъяснимо притягательном.
♂♂♂
Гарри стоял у окна, полностью обнаженный. Лучи раннего солнца, еще сохраняющие тепло лета, бережно касались развитой груди. Его задумчивый взгляд был обращен в центр двора, где степенно гуляли две молодые барышни, одна похожая на другую как две капли воды, и юноша лет пятнадцати или чуть больше, крепкого телосложения. Сзади них шли просто одетые две юные девушки и одна женщина в смешном белом фартуке, обтягивающем необъятных размеров талию – служанки и старая нянька, которая считалась почти членом семьи Монтанов. Дети покойного Симеона отличались завидной красотой даже издалека, как заметил Гарри. У всех были широкие скулы, хорошей формы носы, светлые, чуть вьющиеся волосы, у дам – изящно уложенные, а у их брата – просто распущенные, как это было здесь принято носить мужчинам. Также Гарри готов был поспорить, что у них такие же голубые глаза, как и у их взрослого брата, Олафа.
Гуляющий юноша (Гарри не знал его имя) звонко рассмеялся, как и одна из его сестер, но вторая девушка что-то строго сказавшая им, опасливо озиралась по сторонам. Смех прекратился. Гарри, уже не один раз слышавший об этих людях в замке, так и не рискнул встретиться с ними воочию, объясняя себе это своей занятостью, вот, например, как сегодня…
Теплые руки внезапно обвили торс Гарри, и такое же обнаженное тело ласково прижалось сзади, а узкое лицо с юношеской щетиной прильнуло к пространству между лопатками. Тонкие пальцы слегка несмело поглаживали поросль внизу живота Поттера.
- Я соскучился, - прошептал Хабиб, так и не дождавшись реакции Ракшаса. Он нежно поцеловал мужчину в спину.
- Разве мы не провели всю ночь вместе, чтобы удовлетворить желания? – все также смотря в окно, безразлично спросил Гарри.
Один из проворных пальчиков Хабиба ловко нашел впадинку в центре живота. Гарри перехватил его руку и переплел с нею свои пальцы. Ладошка юноши казалась такой маленькой и хрупкой по сравнению с грубой ладонью Гарри.
- Это так, - ответил молодой человек, не показывая своей грусти, и, чтобы его любовник и покровитель не понял его настроения, как это часто бывает, тут же переключился на другую тему. – Кто это за окном веселится в такую рань?
- Родственники Олафа – того человека, что ты встретил в моей кампании, как только так бесцеремонно ввалился в комнату. Между прочим, этот замок, носящий гордое название «Дурмстранг», теперь полностью принадлежит лорду Олафу Мария Йозефу фон Монтану благодаря мне.
- Его имя звучит как какое-то заклинание для моего слуха, - заметил юноша.
- Тебе все чужеземные имена должны звучать таковыми, особенно такие длинные. – Гарри помолчал немного. – Когда-то для меня почти все слова на арабском звучали словно дивная загадочная песнь, а мои представления о востоке ограничивались банальным рахат-лукумом, пряностями, кальяном и мужчинами с темной кожей в чудных одеяниях.
- Все так и есть, в конечном счете, - согласился юноша. – Они вновь смеются… Там, что – мальчики есть?
Хабиб отпустил Гарри и заинтересовано подошел к окну, встав между ним и Гарри.
- Как видишь, - подтвердил Гарри, созерцая юное обнаженное тело цвета бронзы. – Что, я для тебя уже недостаточно молод? Или ты стал таким искушенным и решил попробовать свои возможности на ком-то другом?
Хабиб возмутился, собираясь опротестовать и то, и другое, но Гарри опередил его:
- Имей в виду, что ты мой раб. Хотя, если хорошенько попросишь, я могу закрыть глаза на некоторые вещи – нужно же тебе с кем-то сравнивать меня.
Закатив глаза к небу, Хабиб справедливо решил, что этого Ракшас не увидит, и ответил совсем не то, что хотелось бы ему сказать:
- Я подумаю об этом, хотя вряд ли я узнаю что-то новое от того мальчишки, - он кивнул на брата Олафа, затем наклонился и оперся локтями о широкий подоконник, прикоснувшись своими ягодицами к паху Гарри. Потом он невинно поинтересовался: - А что, он какой-то особенный?..
Гарри приподнял брови, решая, что следует сначала сделать: наказать Хабиба за такое вопиющее соблазнение, а только потом воспользоваться этим предложением, или же наоборот?
Хабиб тем временем продолжил, чуть натянутым и испуганным голосом:
- Или у тебя в каждом доме, где ты бываешь, имеется по такому, как я? Жутко удобно… - добавил он упавшим голосом.
- Для удовлетворения моей похоти, ты имеешь в виду? – уточнил Гарри, удивляясь наив-ности Хабиба, но вовсе не злясь на него, как тот думал в данный момент. Поттер наклонился над ним, повторяя позу, опершись ладонями о подоконник, максимально сзади прикасаясь к вздрогнувшему юноше. Благо, что тот был гораздо компактнее самого Гарри.
- Да… - прошептал тот, находя определенный восторг от таких объятий, упираясь лбом в холодное стекло окна.
- Расставь шире ноги… Да, вот так, - указывал Гарри, потершись пахом об упругие небольшие ягодицы. – Знаешь, раньше Олаф упоминал о своем брате, как о маленьком мальчике, а я вижу, что… Ох…
Гарри не успел закончить свою мысль, как Хабиб внезапно двинул тазом назад, еще сильнее прижавшись к пробуждающейся плоти своего любовника.
- Плохой мальчик, - Гарри несильно куснул того в плечо. – Так о чем я? Ах, да! …Я вижу, что этот юноша примерно одного с тобой возраста, только тот благородного происхождения…
Хабиб перестал вилять задом и оглянулся, рискуя вывихнуть себе шею:
- Вам неприятно обладать мной – грязнокровкой?
Гарри наклонился к самому уху, опаляя жарким дыханием, он прошептал:
- Признаться, очень приятно, милый – у меня нет проблем с цветом крови. И иметь тебя – наверняка гораздо лучше, чем им. – Хабиб растянул губы до ушей и отвернулся, еще больше прогнувшись, ожидая вторжения.

URL
2012-02-01 в 19:05 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Гарри одной рукой раздвинул ягодицы юноши, и безошибочно уперся кончиком эрекции в его узкое отверстие. Прошептал:
- Только не упоминай этого ни при ком. Вообще даже не думай об этом, - он медленно, придерживая повыше юношу, тягуче вошел в застонавшего любовника, наклоняясь и легкими поцелуями слизывая с его спины выступившие соленые капельки пота. Он выкинул из головы все мысли, начав двигаться, постепенно увеличивая свой ритм, заставляя с каждым мощным толчком стонать своего партнера – в который раз за эту длительную ночь.
- Я больше… не… - хрипло вырывалось изо рта Хабиба через некоторое время, но Гарри продолжал с силой врываться в юношу, где-то на грани сознания улавливая чувства своего партнера и без его слов. – Дотроньтесь… до меня… там…
Старший мужчина, уже почти на грани, рыкнул и стиснул одной рукой член Хабиба. Стоило ему сделать это, как юноша неконтролируемо забился в экстазе, кончая в объятиях Ракшаса, который тут же последовал за ним, не только сам едва удерживаясь на ногах, но и схватив поперек талии обессиленного юношу.
В следующее мгновение они оба оказались лежащими на кровати, слишком узкой для двоих, потому Гарри позволил Хабибу разместиться наполовину на его теле – точно также, когда они прерывались на сон этой ночью. Спустя некоторое время Гарри заметил, поместив свою широкую ладонь на одной из ягодиц молодого человека:
- Предполагается, ты должен спать у моих ног, на коврике, а не занимать половину хозяйской кровати и половину меня самого.
Хабиб встрепенулся и доверчиво посмотрел на Ракшаса:
- Вы правда хотите, чтобы я сделал это?
Гарри хотел просто пошутить, но в этот раз не почувствовал даже намека на несерьезность юноши. Вообще-то обычно тот не такой покладистый, как другие рабы, безропотно выполняющие малейшие желания Ракшаса – наверное, сказывалась бессонная ночь молодого человека, да и путешествие через портал вкупе с внезапной переменой климата давало о себе знать. Но, впрочем, Поттеру хватало и одного Хабиба для такой вот разрядки – к примеру, когда Инсара не было поблизости, как сейчас, либо когда Гарри уже не мог смотреть на последнего без злости или глухого отчаяния. Но сам Ракшас всегда предпочитал Инсара. Тот заставлял его сердце биться чаще.
- Нет, я хочу этого понарошку, чудо, - улыбнулся Гарри сонному волшебнику. Тот озадаченно похлопал густыми ресницами, не зная, как отнестись к этому приказу. Гарри глухо рассмеялся, сравнивая его почему-то с совой: - Спи уже и не думай ни о чем.
Хабиб послушно закрыл глаза и действительно сладко засопел, не успел Гарри закончить говорить. Но у него самого энергии было еще хоть отбавляй, хотя они почти всю ночь не давали друг другу спать.
Поттер осторожно встал с кровати, прикрыв одеялом нагого юношу, тут же по-детски свернувшегося беззащитным калачиком. Приняв решение, он соорудил портал, и, как был, перемес-тился в грот с горячим озером под замком, успев подумать, что неплохо бы уже переходить непо-средственно к наложению защитных чар на замок – слишком легко вчера Хабиб переместился с помощью портала Кадира прямо в главный холл замка.
Погрузившись в воду, Гарри блаженно расслабился, вспоминая записку Кадира, которую Хабиб передал после того, как они оказались вдвоем. Она, как и сам Абд аль-Кадир, была чрезвычайно лаконичной и весьма точно раскрывала внутренние переживания Ракшаса. Тот просто уведомлял, что раз Инсар теперь находится в другой стране и у него не имеется привычки внезапно падать на головы своих слуг, предварительно не известив их об этом знаменательном событии, то Гарри может позволить – цитата – «своей душе мгновения слабости и любви, лишенной боли и надежды обрести в Инсаре не господина, но нечто большее». Как домыслил Гарри, все это следовало делать не иначе как в обществе своего милого раба.
Но вся эта история послужила причиной для принятия некоторых решений.
Во-первых, Гарри необъяснимо захотелось не просто скрыть замок от глаз магглов, но и от волшебников в частности, вплетая в чары наисложнейшие нити взаимосвязи с хозяином Дурмстранга. Причем, не только с ныне живущим хозяином, но и с теми волшебниками, кто будет достоин называться таковыми на протяжении тех веков пока тверды стены этого удивительного строения. С таким хозяином, который даже не будет иметь ничего общего с благородным родом Монтанов – в случае невозможности его продолжения.
Во-вторых, не хотелось оставлять вероятности проникновения в замок и близлежащие земли в радиусе с помощью аппарирования и порталов. Хотя, последнее и было пока неразреши-мой задачкой для Гарри.
Ну а в-третьих, необходимо сохранить возможность при всем вышеперечисленном всё-таки попасть в замок не хозяину. Следует придумать особый ритуал, исключающий магию и заклинания, для этого пункта. Быть может, это будет долгий путь сквозь поля, горы и реки. Да, и следует исключить возможность просто пролететь на метле это расстояние. Что-то вроде чар наваждения, самопроизвольно накладывающихся на приближающегося к границам мага, чтобы он сам не запомнил пути сюда. И, конечно же, волшебник, все-таки рискнувший попасть в это место, должен быть приглашен хозяином лично или тем, кто, невзирая на прошедшее время, сможет исполнять обязанности хозяина, если все-таки вдруг таковые изведутся – не хотелось бы, чтобы Дурмстранг надолго оставался пустующим. Хорош же он будет, если о таком месте никто не узнает! Знать-то, может, и будут знать, да вот самим страждущим и любопытным достоверно проверить это вряд ли удастся! - усмехнулся Гарри, предвкушая гигантский труд впереди.
Но хорошо, что пришло время для действий. Провести целый месяц в кропотливом изучении размеров и топографических особенностей местности, обмерить каждую стенку замка, подсчитать еще целую кучу его мелких качеств – это раздражало Гарри куда больше, чем он был готов вытерпеть. Вот в этом-то и заключалась помощь Олафа, приспособленного именно к такой работе, но он один справлялся так медленно, что Гарри пришлось искать другой выход из сложившегося положения, не надеясь на себя самого – азарт испарялся медленно, но верно, вместе с уехавшим Инсаром. Потому, посовещавшись с лордом Монтаном, пришлось пригласить волшебников из деревни и нескольких умников из так называемой Святой Лиги Исключительных Волшебников и Колдунов, а если коротко – СЛИВКи, занимающихся изысканиями в самых различных областях, начиная от астрологии и заканчивая криптографией. Эта Лига существовала лишь на жалкие дотации нескольких меценатов, что и позволило Олафу переманить этих ученых для нескучной работенки как раз по их специальностям. Так что последним совершенно не исключало представившуюся возможность пополнить свои карманы несколькими золотыми монетами, чему они были рады на самом деле не меньше воплощения в жизнь своих идей.
Так, Олаф ограничился Мастерами по Чарам, Нумерологии, Астрономии, Преобразований и еще пятерых компетентнейших волшебников, включая Мастера по Прорицаниям, хотя Гарри до некоторого времени сомневался, что последний так уж необходим. Но когда эти люди прибыли, он убедился, что почти все Мастера и шагу сделать не могут без одобрения прорицателя, исключая Мастеров Астрономии и Нумерологии (у которых имелись свои способы узнать, как лучше поступить в той или иной ситуации). Но и они непременно находили время для составления карты расположения светил и бесконечного пересчета бесконечных чисел соответственно, чтобы потом просто сказать свое решение: можно ли накладывать защиту тогда-то и в каком углу воображаемой пентаграммы это сделать лучше всего. В общем-то, решил Гарри, все эти люди, так или иначе, приближали к их с Олафом общей цели.
Когда Гарри вернулся в комнаты, его уже ждал обильный завтрак, накрытый на двоих заботливыми домовиками, которые каким-то чудом (даже Гарри так казалось) умели предугадывать его желания еще до того, как он успеет озвучить их. Хватало лишь мимолетной мысли – и вот перед ним то, что требуется.
Гарри облачился в просторную одежду, взглянул на все еще спящего юношу, и улыбнулся этой идеалистической картине, которую увидел: неплохо отделанная комната, изящный юноша в его постели, аппетитный завтрак на миниатюрном столике и никаких видимых забот, которыми нельзя не пренебречь в течение этого дня. Не этого ли хотел от него его друг Кадир, если уж Ракшас сам не в состоянии – не вправе – устроить себе такой день свободы?
Мужчина сел перед столиком и откинул белоснежную салфетку, прикрывающую неболь-шую, но полную, корзинку со свежей выпечкой, аромат которой мгновенно наполнил комнату. Хабиб завозился на постели и проснулся, хотя все еще не пожелал вставать. Тогда Гарри наполнил в миниатюрные чашечки ароматного кофе, благоухание которого почти моментально достигло обоняния юноши, окончательно разлепившего карие глаза.
- Вы просто сатрап, мой господин, - Хабиб блаженно потянулся и соскользнул с кровати, обмотавшись несколько раз освободившимся куском материи, служившим одеялом. – Я ведь так и не успел как следует выспаться, перед тем как вы так нещадно разбудили меня.
- Скорее я разбудил лишь твой аппетит, а ты встал следом за ним, - поправил его Гарри с удовольствием откусывая от большой булки с повидлом. Хабиб последовал его примеру, безза-ботно улыбаясь и удивляясь настроению Ракшаса.
Юноша также попробовал кусочек результата иноземной кулинарии:
- Ваша правда, Ракшас, - все еще не прожевав ответил он.
Гарри улыбнулся, наслаждаясь похрустыванием булок, обжигающим горло кофе, созерцанием обнаженного торса напротив – всеми теми вещами, которые в его сознании помещались за словом «безмятежность». Он взглянул на удивленного Хабиба и вопросительно вскинул брови.

URL
2012-02-01 в 19:07 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Просто я удивлен, - пояснил Хабиб, опуская взгляд.
- Это я замечательно могу почувствовать. Мне хотелось бы знать причины твоего удивления, - Гарри вновь улыбнулся, поощряя юношу выложить все начистоту.
- Тот человек, что дал мне портключ сюда – Кадир, кажется? – Гарри кивнул, вновь добавляя себе кофе и Хабибу заодно. Тот продолжил: - Он сказал одну странную вещь на мой вопрос, куда я направляюсь.
Гарри приготовился к худшему, но отчего-то его настроение сегодня просто зашкаливало за отметку «отлично». Бывают такие дни, когда, проснувшись, хочется горы перевернуть – просто так, ни с того, ни с сего, решил Гарри. И сегодня – именно такой день.
- И что же он ответил? – как можно беззаботнее спросил Гарри, стараясь подбодрить юно-шу, терзающегося сомнениями, стоило ли вообще затевать этот разговор.
- Что я должен вернуть вам аппетит там, где окажусь.
Гарри как раз с аппетитом откусил очередной кусок сладости и чуть было не подавился от этого заявления. Маленькая ладошка участливо похлопала его по спине.
- Дост…Достаточно, - просипел Гарри. Он глотнул кофе. – Я понимаю теперь, почему ты так удивлялся, сопоставив слова Кадира и увидев меня, уплетающим за обе щеки завтрак. Если тебе интересно, Хабиб, я могу пояснить некоторые моменты.
Юноша с энтузиазмом закивал, еще больше растрепав свои иссиня-черные волосы. Он даже устроился в кресле удобней и, отложив еду обратно на стол, явно собирался слушать Гарри долго и упорно.
Поттер рассмеялся, увидев такие приготовления:
- Зря ты приготовился столь ретиво, так как у меня нет четкого объяснения. Да-да, и не делай такое пораженное лицо – того и гляди скоро лопнешь от чувств, а мне будет лень отскребать твои остатки со стен обратно в такую компактную форму, тем более что она мне весьма нравится… - Гарри остановился, думая, что тот его перебьет на этом месте. Однако Хабиб изумлялся молча, потому Поттер продолжил: - Нет вразумительных объяснений, кроме как одного: Кадир просто заботится обо мне.
- О… Ну, вы действительно похудели немного, - кивнул Хабиб, поняв, что более Гарри нечего добавить. Гарри вымученно поглядел на потолок и помотал головой, не соглашаясь с этим утверждением. – Это правда, господин Ракшас! Уж мне-то получше вашего известно, как выглядело ваше тело несколько месяцев назад. Вы ведь сами тогда просили, чтобы я изучил вас как следует, чтобы понять, что вам больше всего нравится… как и вы изучали меня, когда я… когда…
- Не думай об этом, милый, - вынужденно произнес Гарри, сам невольно вспоминая трагические обстоятельства появления Хабиба в его жизни. Тогда Инсар, заметив среди прочих своих узников смазливое личико юноши, подарил его Гарри – из крайне меркантильных чувств, разумеется: Ракшас не желал тогда причинять боль тем, кто ему нравится по каким-то причинам. И тогда Инсар заставил Гарри изнасиловать этого юношу. Нет, не этого – того, кем тогда являлся Хабиб: наивным испуганным мальчиком, потерявшим в один миг свою семью, свою детскость, свои мечты, даже звали его по-иному, ведь Хабиб – не араб. Это уже потом Гарри выяснил, что по воле случая вина за это возлежит на самом Гарри. Это он собственноручно, вместе с Инсаром, лишил жизни беззащитных жителей одной полумагической деревни, название которой он забыл сразу же после ее разорения. И ради чего? Нет, не из-за золотых звенящих кругляшек, а просто... Наверное, просто, чтобы угодить Инсару. А что хочет Аль-Маджуси – это еще никому не удавалось узнать, в том числе ни Гарри, ни Кадиру.
Инсар не стремился разрушить всех и вся, хотя магглов он определенно презирал; не хотел вечной жизни – Гарри никогда не слышал об этом; не мучился поисками древнейших артефактов в поисках великой силы – он и без всего этого заметно был впереди прочих; ему не нравилось мучить людей – собственноручно, но это не значит, что он никогда этого не делал и не наслаждался болью других; ему было легче произнести «Авада Кедевра», чем «Круцио», потому что проблем становилось гораздо меньше. Да что там! Инсар просто наслаждается жизнью, такой, какая есть, и Гарри казалось, что это и есть Великая цель Аль-Маджуси – прожигать жизнь как можно ярче, так, как ему придет в голову. Единственное, что не терпел его непостижимый любовник – это когда кто-нибудь ему перечил, преграждал дорогу. Гарри не раз наблюдал за расправой над теми беднягами, сумевшими возражать Инсару. Их смерть была быстрой, если «Бурхан» не очень сердит, или – медленной и мучительной, если наоборот. Но последними, как правило, занимался уже его верный вассал Кадир… В общем, Инсар с легкостью наступал на несогласных, и щедро одаривал остальных.
Да, Гарри был вовсе не жертвой – этому и учил его Инсар. Не. Быть. Жертвой. Никогда.
Он сопротивлялся прикасаться к Хабибу, к его нежной бронзовой коже, к его черным блестящим волосам, к его угловатым очертаниям, к нежной щетине на его узком лице; он сопротивлялся взять его, не спросив разрешения, вторгнуться в это юное девственное тело… Сопротивлялся до тех пор, пока Инсар так явственно не напомнил ему: если ты не господин – то кто ты? О, его любовник даже великодушно предоставил собственные воспоминания – некоторые моменты недельного заточения Гарри. Унижение. Бесконечные часы пыток. И боль, повсюду одна всепоглощающая боль. Наручники на его запястьях. Маленькая камера в подземельях. Смрад от испражнений предыдущих ее обитателей, да – чего уж там – самого Гарри. Серые крысы, размером с кота, пытающиеся при малейшем отключении внимания цапнуть любой мало-мальски оголенный участок итак израненной кожи. И дверь. Запертая черная дверь. И он сам, неподвижно сидящий у стены. Один. Совершенно один… Он не хотел видеть этого. Он не помнил этого. Он знал, что это было, но он не хотел быть там снова. Он хотел – или нет? – изнасиловать мальчишку, не намного старше его самого физически, но много младше его в других отношениях. Нет. Но он не хотел быть жертвой. Но если он – не жертва, то кто он?!
Гарри вздрогнул от ошеломляющей мысли. Он хотел быть никем. Просто никем. Он хотел, как сегодня, просыпаться в объятиях любимого мужчины, завтракать, глядя в его глаза, проводить интересный день и засыпать, кончая в теле своего любовника, слыша в ответ свое имя на его устах: Гарри. Гарри Поттер. Но он уже не был Гарри Поттером, хотя внутренне и ощущал себя именно им, обращаясь к себе только на это имя. «Так, Гарри, - говорил он иногда себе, - сегодня нужно сделать то-то и то». Или «Поттер, это самое глупое, что ты мог сделать за всю свою ничтожную жизнь».
Гарри почувствовал, что к его плечам сзади прикасаются и недоуменно оглянулся. Хабиб, неизвестно как оказавшийся там, сосредоточенно массировал его плечи.
Спустя несколько минут Хабиб остановился и присел у ног расслабленного Гарри, откинув голову на его колени. Когда он поймал взгляд Гарри, тихо произнес:
- Вам тоже не следует думать об этом, Ракшас. Я сказал правду недавно: «Кто старое помянет, тому глаз вон».
- О, ты мудр не по годам, милый. – Он запустил пальцы в курчавую шевелюру Хабиба, с удовольствием наслаждаясь моментом.
- Хотите, я сделаю для вас что-нибудь? – Юноша перевернулся и встал на колени между ног Гарри. Тонкая белая галабея и тончайшие брюки не особо скрывали тело Гарри.
- Конечно, - фыркнул мужчина. Но когда узкая ладонь опустилась на его пах, он уточнил: - Но не это. Оденься теплее, мы идем на прогулку.
- Ура! – подпрыгнул Хабиб и заметался по комнате в поисках подходящего наряда, которо-го у него все равно не было, как только что дошло до Гарри.
- А ты не хочешь прежде посетить уборную? – спросил Гарри, уже доставая из своего гар-дероба местную одежду в двойном количестве. Одним комплектом придется пожертвовать для Хабиба и уменьшить – галабеи не годились для таких холодов.
Ответа не последовало. Гарри обернулся, но увидел, что юноша уже исчез за дверью в ванную комнату.
Гарри нетерпеливо поглядывал на ту самую дверь, за которой чуть ли не час назад скрылся Хабиб. Вопреки этому, он удобно расположился все в том же кресле и потягивал энную чашечку кофе – благо, что размером она была чуть ли ни с наперсток, иначе он давно бы лопнул от выпитого.
- Не понимаю, что можно столько времени делать одному в ванне? – проворчал Гарри, прислушиваясь к негромкому шуму, доносящимся из-под двери. Он со звоном поставил чашку на блюдце. Его терпение велико, но не безгранично. Только он встал с кресла, как мокрая голова Хабиба тут же показалась из открытой двери, а затем оттуда вышел он сам, в чересчур большом халате, накинутом на голое тело.
Юноша виновато поглядел на Гарри, а затем кокетливо опустил ресницы, глядя в пол.
- Твоя одежда, - указал Гарри в сторону кровати, с интересом наблюдая за этим представлением. Тот покорно облачился в предложенное, у Гарри аж челюсть свело судорогой, наблюдая за неторопливыми движениями мальчишки. И еще ему чертовски хотелось знать, что тот делал в ванне так неприлично долго. – Я, конечно, понимаю, что день не очень давно начался, но я хочу потратить его с большей пользой, чем сейчас.
Большие карие глаза взглянули на Гарри:
- И вы даже не спросите, почему я так долго, господин?
Поттер еле сдержал улыбку: его молодой любовник так предсказуем, что, несомненно, было плюсом в его безумной жизни.
- Не спрошу, - подтвердил Гарри, небрежно пожав плечами. Они вышли в общий коридор, как обычно, пустынный. В это время все занимались своим делом.
Хабиб обиженно засопел. Спустя минуту он не выдержал:
- Я думал о вас. И удовлетворил себя в ванне два раза.

URL
2012-02-01 в 19:08 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Гарри был немного растерян:
- Два раза, - повторил тупо он. – Что заставило делать это именно в тот момент, когда я ждал тебя? Мы могли бы сделать это вместе или… О! Ясно.
До Гарри начало доходить кое-что. Он резко остановился и нежно поймал запястье Хабиба, остановив его и заставив взглянуть на себя. Взгляд карих глаз не желал встречаться с зеленым, но Гарри приподнял подбородок юноши.
- Будет лучше, если ты скажешь мне сам, - попросил Гарри.
Губы упрямо сжались в полоску. Тогда старший волшебник наклонился и нежно поцеловал юношу в губы, заставив своим ласковым напором раскрыться ему навстречу. Он целовал его до тех пор, пока Хабиб не вжался своей пробуждающейся эрекцией ему в бедро.
- Скажи мне, - сказал Гарри, мягко, но требовательно.
- Как вы умудряетесь так повелевать, что я не могу отличить приказ от просьбы? - прошептал юноша, уткнувшись лицом в плечо Гарри.
- Надеюсь, этот вопрос не требует ответа. – Гарри провел рукой по волосам Хабиба, мотнувшего головой. – Просто скажи.
- Вы рассердитесь, - юноша провел рукой по крепкой груди Гарри, очерчивая его рельефы.
- Не сегодня. Сейчас ты даже можешь веревки вить из меня, - ладони старшего мага про-шлись по ягодицам Хабиба, слегка сжимая их, заставляя того застонать негромко.
- Я люблю тебя, - прошептал Хабиб просто.
- Спасибо тебе за это, - ответил Гарри, действительно благодарный за это устное признание, хотя он и знал, что именно испытывает его любовник. – Мне требовалось это услышать… Идем.
В уютной тишине они направлялись к выходу из замка. Гарри все также держал Хабиба за ладонь, находя в этом некое удовлетворение, даже когда им на встречу несколько раз попадались умники из Лиги Колдунов, совершенно не обратившие на них никакого внимания, как и Гарри на них. Но Хабиб с удивлением рассматривал этих людей, которые вытворяли непонятные вещи своими волшебными палочками и даже какими-то приборами неизвестного происхождения. Да и выглядели они диковинно, на вкус юноши.
- Господин? Что все эти люди здесь делают? – поинтересовался Хабиб, сжав ладонь Гар-ри.
- Помогают нам с лордом Олафом установить особые защитные чары для Дурмстранга, - коротко ответил Гарри, задумчиво переводя взгляд с людей. – Знаешь, в этой стране существует некая лига – что-то вроде Гильдии Чародеев в твоей стране – Святая Лига Исключительных Волшебников и Колдунов, если не ошибаюсь.
- Чудное название, - вставил Хабиб. Они вышли из замка и направились вдоль его стен.
- Чудное, - подтвердил Гарри. – Так вот, эти ученые – настоящие доки своего дела. Если коротко, они собирают статистические и метрические сведения, необходимые для создания такой индивидуальной защиты. Жаль только, некоторые из них могут делать это несколько ограниченно во времени. Представляешь, тот человек в смешной мантии со звездами, что мы повстречали, как только прибыл сюда, заявил мне, что – цитирую – «луна не в созвездии змееносца, а солнце не во льве, а потому эта неделя неблагоприятна для всяких начинаний». Не знаю, как относиться к этаким выкрутасам. С одной стороны я теряю время, а с другой…. - Гарри коротко хохотнул и пожал плечами.
Они вышли к небольшой группке людей, стоящих вокруг какого-то большого валуна.
- Зная вас, могу предположить, что, скорее, вы не знаете, как относиться к такому беспорядку, не подчиняющийся вами, - хихикнул Хабиб.
- Зная меня? – Гарри приподнял брови, заметив среди людей Олафа, который с жаром спорил с остальными. – Даже так?
- Да, и неплохо, между прочим, - улыбнулся юноша, когда Гарри перевел на него взгляд.
- Нахал, - констатировал Гарри, отпуская теплую ладонь Хабиба.
- Но ведь мне сегодня все можно, - засмеялся тот, привлекая внимание к ним.
- Бессовестный нахал, - уточнил Гарри.
Они подошли к остальным волшебникам, Гарри сдержанно поздоровался с ними.
Олаф повернулся к ним с Хабибом. Он не выглядел враждебно:
- Рад, что мне не пришлось разыскивать тебя, Ракшас. Тут возникло несколько вопросов, на которые я не знаю, как ответить…
Хабиб, стараясь уловить суть разговора, стоял рядом с Ракшасом, но не мог сосредоточиться ни на чем, кроме его бархатного голоса, льющийся изо его рта. Мягкий говор его любовника завораживал ничуть не хуже сирен, если бы здесь оказались именно они. Ветер привносил извечный и неповторимый запах Ракшаса, хотелось просто уткнуться в его грудь, в его одежды, и стоять так сколь угодно долго. Минут через тридцать Хабиб сонно зевнул, стараясь не привлекать к этому внимания. Глаза постоянно закрывались, и в конце-концов юноша просто припал к плечу Гарри, который удивленно на него посмотрел и… обнял за плечи, так ничего и не сказав, продолжил разговор с другими.
«Сегодня поистине удивительный день», - успел блаженно подумать Хабиб прежде, чем запах поменялся на чистый озон, сменив благословенную безмятежность, охватившее его тело, на предчувствие чего-то непреодолимого, и потому ужасного. Рука, охватившее его плечи, напря-глась и сильным рывком переместила его за спину.
Он никогда прежде не видел, как может выглядеть это невероятный человек в таком гневе. От Ракшаса буквально исходило золотистое свечение, что, впрочем, не это больше всего потрясло юношу, ибо настоящее он уже видел много раз вообще-то, во время их бурных совместных ночей. То, что поразило Хабиба, так это с какой скоростью отреагировал его любимый, вскинув руку в защитном жесте в том направлении, откуда неслись едва заметные заклятия – из густого темного леса чуть поодаль. Из руки Ракшаса не появилось никаких лучей, но впереди их небольшой группки, включая Олафа и других волшебников, возникла невероятной красоты пламенная стена, заставившая своим жаром отступить всех назад на несколько шагов. Все кинулись за большой камень неопределенной формы. И хотя проклятия все еще доносились из леса, они больше не достигали волшебников, с треском поглощаясь камнем. Огонь угас.
Гарри обернулся на испуганного Хабиба и сжал его плечи, глядя в его карие глаза.
- Все хорошо? – прищурившись, спросил мужчина.
Хабиб едва кивнул, и на лице Гарри промелькнула едва заметная улыбка. Они оба оглянулись на остальных магов, стоявших с непонимающими выражениями лиц, уже с вытащенными наголо палочками. Палочка Олафа крепко зажата в руке, он сам напряженно смотрит в сторону леса, словно притаившийся хищник, готовый к прыжку на свою жертву.
Вдруг Хабиб вскрикнул, заставив Гарри вздрогнуть всем телом. Липкий пот прошиб тело последнего, но с юношей, на первый взгляд действительно всё было в порядке.
- Вы ранены, господин! – Хабиб кинулся к Гарри, но тот остановил его:
- Всего лишь неумело пущенное «Секо», - он пожал плечами, проводя рукой возле резаной раны на левом плече. Кровь остановилась, но рана до конца не затянулась и неприятно жгла. Гарри обернулся к Олафу, почувствовав его волнение. Лорд Монтан уже беспокойно стоял на коленях, пытаясь выглянуть из-за камня, но ему это не удавалось – заклинания врага проносились во все стороны от валуна, отрезав всем путь к отступлению.
Внезапно бледный Олаф вздрогнул и обернулся на взирающего на него с немым вопросом Ракшаса и едва помотал головой. Гарри сжал зубы от злости. «Если ты причастен к этому нападению, ты об этом горько пожалеешь», - легко читалось в его стальном взгляде, так что все остальные могли это определить. Олаф сглотнул.
Гарри посмотрел на вздрогнувшего Хабиба:
- Не пугайся, но тебе опасно быть здесь, - и он провел рукой вдоль тела изумленного юноши, который тут же исчез из этого места. Оставшиеся волшебники в страхе отшатнулись от Гарри, как только Хабиб исчез в неизвестном направлении, а мужчина посмотрел на каждого из них по отдельности.
- Ракшас, мне… - начал Олаф, но тот вскинул руку. Немигающий зеленый взгляд почти метал молнии. Волосы у присутствующих встали дыбом от ощущения Магии вокруг Гарри.
Его голос пробирал до костей, словно ледяные порывы ветра, он замораживал сердца, он заставлял неотрывно смотреть на его обладателя:
- Смотри. Я не терплю предательства, - он обращался лишь к Олафу.
Гарри чуть прикрыл глаза, следя одновременно за присутствующими и концентрируя свое зрение туда, откуда посылались заклинания, минуя камень. По его подсчетам, там около четырех-пяти человек, которые почему-то отказались использовать такой великолепный шанс использовать «Аваду» тогда, когда он спокойно стоял и вел беседу с этими людьми, наслаждаясь теплом тела прильнувшего к нему Хабиба.
- Там четверо, - сказал Гарри уверенно. – И из них нет достаточно смелых людей, чтобы кинуть вызов лично мне, а не целиться исподтишка, рискуя задеть при этом невинных людей.
У Гарри неконтролируемо дернулась губа, придавая его лицу еще более зловещее выражение.
- Ракшас, поверь, мне не было известно об этом нападении! – воскликнул Олаф, молясь своим богам, чтобы у того пелена из недоверия и страха за друга спала с глаз как можно быстрее. – Я в такой же ловушке, как и все мы здесь!
- «Мы» - не в ловушке, - Гарри вздохнул более спокойно, усмиряя свой гнев на Олафа, ведь тот действительно мог быть не причастен к этому внезапному подлому нападению. Но вре-мени оставалось все меньше, стоило разобраться с этой неприятностью. Жаль, что на этот участок они уже наложили антиаппарационные щиты, хотя вот портал сработал-таки, но переносить еще пять человек отсюда Гарри не очень-то хотелось.
- Вы можете нас вывести отсюда? – рискнул с надеждой спросить один из мастеров из СЛИВоК. – Как того мальчика?
Все вопросительно взглянули на Гарри.
- Я мог бы попытаться, - ответил Ракшас, - но мне не хочется упускать из виду этих людей.
- Ну, - Олаф нерешительно посмотрел в лес, а затем на Гарри. – У нас есть твои руки и моя волшебная палочка, если ты не возражаешь.
Гарри вопросительно приподнял брови:
- Отчего же мне возражать?

URL
2012-02-01 в 19:09 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Совершенно очевидно, ты мне не доверяешь, - начал тот. – Как я еще могу реабилитироваться в твоих глазах, ведь у меня нет доказательств, что я не причастен к этому.
- Просто будь здесь, - приказал Гарри и внезапно одним мощным прыжком кинулся в сторону от камня, перекатившись через голову, на ходу плетя чары. Земля завибрировала, вздыби-лась, и кое-где появились провалы, куда и упал Гарри, пригибая голову от летящих вслед за ним лучей. Он призвал свой ятаган, вкладывая в него порцию магии, вскочил на ноги, размахивая оружием в летящие лучи плоской стороной, отправляя назад пущенные противником проклятия. Послышались крики, на сосредоточенном лице Гарри промелькнула холодная улыбка – в этот раз лучи достигли цели. Зеленая вспышка заставила резко упасть на холодную землю, промочив одежду, но в следующую секунду мужчина уже приблизился к первому дереву. Нападение прекратилось – те бежали, словно крысы.
Гарри заметил хрипящего на мшистой земле незнакомого волшебника, держащегося искровавленной ладонью за собственную грудь – кровь бежала слишком сильно, чтобы тот выжил без посторонней помощи, а Поттер не собирался ему помогать. Еще один труп обнаружился чуть поодаль почти с аналогичной раной, но в области шеи. Двоих не было видно, но Гарри не даст им уйти. Он услышал едва различимый треск сухих веток под ногами убегающих и ринулся туда. Спустя минуту он увидел фигуру стремительно убегающего человека. Гарри еще быстрее ринулся в ту строну, перепрыгивая одним махом поваленное дерево, почти переставая обращать внимание на окружающий тихий лес.
Гарри все бежал вперед, пригнулся под толстой веткой. Внезапно выскочивший сбоку вы-сокий маг уже замахнулся оружием, но Гарри, не успев выпрямиться, уже вскинул свой ятаган навстречу острому белому лезвию. Раздавшийся звон разбудил лес, наполнившийся криками стаи птиц и других неведомых животных.
Боец был силен, он отлично владел мечом, предугадывая каждый выпад Гарри, не уступая ему в ловкости и мастерстве. Металлический звон разносился далеко от центра событий, но убежавший маг так и не вернулся на помощь этому человеку, напавшему так внезапно.
Гарри неловко ступил на ветку и чуть пошатнулся, что позволило противнику почти достичь цели, задев правую руку острием. Кровь быстро пропитывала одежду, сковывая движения. Липкая жидкость достигла кисти руки Гарри, а в следующий момент ятаган выпал из его, казалось бы крепкой, хватки.
Враг почти воткнул острие своего меча в сердце Гарри, как тот мельком взглянул ему в глаза, в глаза своей смерти. Карий взгляд, как у сокола, встретился с ошеломленным зеленым всего лишь на мгновение, но рука с мечом дрогнула и острие остановилось у груди Поттера, рас-поров его теплую мантию и рубаху, слегка царапнув кожу у самого сердца. Несколько капель крови вытекли из раны, но его жизни ничего не угрожало.
Незнакомец безмолвно взирал на Гарри, который отчего-то не мог заставить себя отвести взгляда с мужественного лица с глубокой складкой между бровями. Каштановые волосы раскиданы по плечам, широкие скулы, крупноватый нос с горбинкой и множество мелких морщинок вокруг глаз и рта – все это было смутно знакомо Гарри. И все же что-то в этом облике было определенно не так.
Волшебник отступил на шаг, но меч так и не отпустил. Его губы сложились в улыбку, кадык дернулся и чуть насмешливый голос произнес:
- Ну, здравствуй, Гарри Поттер.
Глава двадцать девятая.
Гарри чувствовал, что угроза, шедшая от этого человека, сменилась на что-то другое, словно мужчина и без убийства Гарри уже чувствовал себя победителем. Это было необычно. Хотя оружие Гарри и валялось чуть в отдалении, он не спешил применять магию, обезвреживая противника – не ранее, чем Поттер разберется в своих скомканных эмоциях и узнает, откуда этот воин знает его настоящее имя.
- Не рад видеть старого друга? – все также, почти беззаботно, спросил тот.
Гарри не стал задумываться, что отвечать, так как видел боковым зрением, что со спины волшебника очень тихо крадется Олаф с поднятой волшебной палочкой в руке.
- Боюсь, у меня нет таких талантливых старых друзей, способных обезоружить меня, – отвлекал его Гарри, смотря прямо в карие глаза, чтобы тот не увидел Олафа в десятке шагов от себя.
- Я так и знал… - вздохнул мужчина облегченно, опуская меч, но внезапно обернулся, все-таки почувствовав неладное. – Не надо, Гарри! – Но двойное «Остолбеней» уже вырвалось из уст Гарри и Олафа почти одновременно.
Отлично сработанный блок поглотил двойное проклятие, и волшебник остался стоять, только его серебристый меч был уже опущен острием вниз, а вот ятаган уже был в левой руке Гарри.
- Меч на землю, - коротко приказал Гарри, холодно смотря в глаза незнакомца, ожидая от него очередной подвох, но глухой звук падающего оружия несколько сбил с толку Гарри. Маг послушался его.
- Как видишь, я безоружен, - ответил спокойно тот, отступая в сторону от брошенного меча. – Пусть твой человек опустит палочку, я не враг для тебя. Мне просто нужно поговорить.
Гарри приподнял брови, а тот как-то знакомо улыбнулся этому жесту.
- Олаф?
- Я не знаю, кто он, - ответил лорд на местном языке, обращаясь к Гарри.
- Возвращайся в замок, лорд Монтан, - кивнул Гарри, поверив наконец-то ему. Светловолосый мужчина кивнул, покосился на неприятеля, и молча развернулся, собираясь уходить.
- Олаф, - внезапно окликнул его Гарри. Тот вопросительно оглянулся. – Будь осторожен. И предупреди стражу, чтобы были начеку.
Тот вновь кивнул и бесшумно скрылся в густых темных зарослях. Начал накрапывать мелкий осенний дождь.
Гарри вопросительно взглянул на мужчину, вновь переходя на английский.
- Твоё имя? – потребовал Поттер. – Назови себя.
- С удовольствием, - мужчина чуть поклонился и гордо произнес: - Годрик Гриффиндор, к твоим услугам.
Какие-то незнакомые чувства сковали разум Гарри. Неясные образы промелькнули перед его взором.
- Гарри? – позвал его мужчина.
- Меня так больше не зовут. Мое имя – Ракшас.
- Мерлин… Ровена с ума сойдет, когда узнает, что я нашел тебя, - улыбнулся Годрик, подходя ближе к Гарри, невозмутимо отодвигая его ятаган в сторону двумя пальцами, словно это был маленький безобидный прутик.
Поттер недоуменно уставился в улыбающееся лицо Гриффиндора. Порывистое объятие со стороны Годрика вывело его эмоции из колеи.
- Черт! – Гарри отступил назад. – Да кто же ты?
- Годрик я, Годрик, - засмеялся мужчина, поднимая свой меч с земли и вытирая полой своей мантии. – А ты Гарри Поттер, насколько я знаю.
- Откуда ты знаешь это имя?
- Это долгая история, а я не видел ванной уже черт знает сколько времени. Да и обед не помешал, я голоден как оборотень. В этом захолустье предполагается кормить гостей? – выпалил на одном дыхании Годрик, убирая в ножны свой меч. – Надеюсь, ты живешь в том очаровательном сооружении за лесом, Гарри. Я не намерен впредь таскаться по весям более чем это необходимо. А теперь, когда ты наконец-то отыскался, я готов полностью посвятить себя своей основной работе, а то моя благоверная за последние годы уже порядком позабыла, как выглядит ее муж.
Гарри поражался такой наглости все больше и больше. Уже долгое время с ним так никто не обращался. Даже Инсар не позволял такой вольности, уважая его силу. Впрочем, тот вообще не распространялся на такие бытовые темы.
- Эй, не гони гиппогрифов! Давай обсудим все по порядку. – Гарри покачал головой. – С чего ты вообще взял, что я обязан предлагать тебе кров? Черт, я не знаю тебя.
Годрик отбросил улыбку и вновь подошел к молодому человеку. Он мягко сжал предплечья Гарри, как тот недавно делал это с Хабибом, и серьезно взглянул в его глаза:
- Я очень надеюсь, ты когда-нибудь вспомнишь о нашей былой дружбе, Гарри… - Годрик увидел, что тот пытается возразить, и быстро продолжил, - …как бы тебя не звали – Ракшас ли, Аврелий – не важно.
Мужчина отступил, вытер рукавом мокрое от усилившегося дождя лицо.
- Но сейчас я хочу только одно: чтобы ты поверил мне, как когда-то.
Гарри изобразил на своем лице ухмылку, вкладывая в нее свой скептицизм.
- Как пожелаешь, - и он резко вторгся в разум Годрика, не пытаясь обходить и так не слишком крепкие щиты, а просто взламывая их, погружаясь в воспоминания этого человека.
Годрик закрыл глаза, пытаясь не мешать такому грубому проникновению, что было весьма трудно. Он еще никогда не испытывал в себе такое давление, как будто его череп раскололи надвое и немилосердно вытаскиваю каждую незначительную мысль, посетившую его голову за последние несколько лет, не исключая и некоторые личные мысли.
Вот он любуется на нагую спящую женщину с черными роскошными волосами, распущен-ными на подушке. Вот целует ее, а она жарко отвечает. Здесь – многочисленные ученики, в кото-рый раз проходят распределение. Шляпа самостоятельно поет свою песню. Лестница, внезапно тронувшаяся с места. Толстый призрак в монашеской коричневой рясе, перевязанной веревкой. Светловолосая девушка, надрывно плачущая на берегу озера, ее небесного цвета мантия смеша-лась с грязью, когда она упала на колени. Высокий брюнет со странными светлыми глазами гневно бьющий кулаком каменную стену.
Сердце Гарри делает удар и замирает. Он нажимает именно на эти воспоминания, отчего-то волнующие его непослушный орган.
Тот же мужчина, с упоением и яростью орущий на Годрика, такого же красного и не менее злого. Плачущая девушка позади них. Палочка, смотрящая прямо в лицо теперь уже побледнев-шего Годрика… Целующаяся со страстью темноволосая парочка в каменном коридоре, один из них тот самый человек со светлыми глазами, другой – ниже, но Гарри не видит его лица, лишь слышны громкие стоны, пойманные чужим ртом.

URL
2012-02-01 в 19:12 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Гарри почти ощутил вкус этих жадных губ, прикосновение к его телу сухих ладоней, зарывающиеся длинные пальцы в его волосы, нежно перебирающие пряди, настойчиво трущуюся эрекцию об его пах…
Смеющиеся глаза, искривленные в ухмылке тонкие губы, тонкий шрам под подушечками его пальцев, легкая щетина по утрам, ощущаемая лишь когда они целуются, задорно приподнятая бровь, закушенная нижняя губа в волнении…
- Мой. Лазарь, - прошипел Гарри, сам вздрогнув от этого звука. Он сильнее проникал в разум Годрика, желая как можно полнее ощутить новые для него эмоции.
- Хватит… прошу тебя, Гарри… - прохрипел Годрик, опускаясь на колени.
Молодой человек оборвал связь, едва осознавая, что мужчине плохо, но тут он въяве увидел следы муки на волевом лице, тонкую струйку алой крови, медленно стекающую из одной ноздри и умаляющий взгляд теплых светло-карих глаз.
Гарри безмолвно помог ему встать, не в силах вымолвить более ни слова. Ни слова сожаления, ни даже ярости и злости не могли в этот момент выразить все те эмоции, которые испытывал Гарри. Эти воспоминания с треском разламывали его жизнь на мелкие осколки, словно разбившийся вдребезги стакан. Как может этот человек так поступать с таким хрупким миром Гарри? Зачем?
Неожиданное проклятие просвистело мимо Гарри, затем еще одно – с другой стороны, но оно уже попало в моментально созданный им щит. Они с Годриком метнулись за ближайшее дерево, падая на размытую землю, пытаясь высмотреть силуэты нападающих, но они также скрывались. Усилившийся холодный дождь не способствовал выявлению чужаков, а Гарри сейчас был слишком ошеломлен, чтобы попытаться найти их с помощью своего другого зрения.
- У тебя довольно бездарные враги, Гарри, - заметил Годрик, пригнувшись.
- И слава Мерлину. Послушай… э… Годрик, - Гарри взглянул в его глаза. – Возвращайся домой.
- Что?! – воскликнул Годрик громко. – Ты с ума сошел? Сейчас, когда мне удалось найти тебя?!
- Да. Сейчас, - Гарри вздохнул, поняв, что тот по собственной воле никогда этого не сделает. Более того – тот казался таким рассерженным, что теперь Гарри было не по себе упрашивать его далее. Но выбора не было. – Поверь, я легко справлюсь с этими двумя.
- В это я как раз верю, Гарри, - закатил глаза мужчина, выпуская из своей палочки банальное «Остолбеней» в качестве предупреждения в сторону. – Ровена убьет меня, если я вернусь без тебя… Да и как я смогу это сделать сейчас, скажи мне? Насколько я могу судить, мы в антиаппарационной зоне.
Годрик мельком взглянул на Гарри.
- Если ты сейчас же не уберешься отсюда самостоятельно, я сам активирую портключ, который лежит в твоем кармане, - предупредил Гарри, невербально пуская «Секо» в сторону неприятеля.
- Нет.
- Да.
- Нет.
- Как дитя малое, в самом деле, - проворчал Гарри.
- Не более чем ты.
Над их головами пролетело заклинание – те двое переместились.
- Уходи! – крикнул Гарри, сжимая широкое запястье Годрика.
- Обещай, что разыщешь меня, Гарри, как только уладишь дела с этими! – Годрик мотнул головой в сторону.
- Проваливай, если не хочешь схватить какое-нибудь проклятие! – разозлился Гарри, собираясь активировать портал Годрика.
Мужчина вывернулся из цепкого захвата и внезапно перехватил руки Гарри, заведя их за спину, переворачивая его животом вниз, вдавливая коленом в грязное месиво.
Поттер сплюнул, когда жидкая слякоть попала в рот. Он пытался вырваться из этого захвата, но мужчина превосходил его по силам. Более того, он не мог применить магию в таком положении, не причинив еще большей боли упрямцу, чем тот уже получил от него сегодня.
- Отпусти меня! Черт! – выругался Гарри, когда Годрик каким-то чудом отбил очередное вражеское заклятие, пущенное в них. – Ты убить меня хочешь?!
- Все, чего я хочу сейчас, так это оказаться отсюда подальше вместе с тобой, Гарри! А так мои желания не совпадают с твоими, – хоть убей, не понимаю, почему? – то я намерен добиться от тебя хотя бы этого чертового обещания!
- Я НЕ МОГУ, Годрик! Я не могу туда вернуться, ты понимаешь это! – проорал Гарри, безуспешно сопротивляясь захвату. – И мне некогда объяснять причины этого!
Гриффиндор печально покачал головой:
- Нет, не понимаю. – Его голос был неожиданно спокоен. - И никогда не пойму ни тебя, ни Салазара, поступающего точно так же, как ты.
Гарри внезапно перестал сопротивляться, услышав о Салазаре.
- Ты… - он не мог оформить свою мысль. – Как?..
- Как там Салазар? Я не могу тебе этого сказать. Ты должен сам расхлебать ту кашу, что заварил. Надеюсь, что в тебе хотя бы осталась та толика любопытства, милосердия и благородства, что жила в тебе тогда. – Годрик вдруг резко отпустил Гарри, быстро что-то достал из кармана, вложил тому в ладонь какой-то предмет, накрыл его своей ладонью, и сказал: - Домой.
Рывок в районе живота оказался весьма неприятным давно забытым чувством. Пространство вокруг завертелось в бешеном танце, кружась и мигая. А в следующее мгновение тело Гарри безвольным кулем больно приземлилось на что-то твердое, но – слава Мерлину! – сухое, а сверху на него упало внушительное тело Гриффиндора, придавливая его своим весом. Распоротая рука нещадно болела.
Еще не придя в себя от этого вопиющего перемещения, Гарри услышал многочисленные вскрики, скрип отодвигаемых стульев, что-то со звоном попадало на пол.
Открыв глаза, он грубо спихнул с себя тяжелого Годрика, что-то неразборчиво простонавшего. Тот держался за ягодицу и пытался при этом встать. Судя по всему, его успели ранить, но он был вполне жив.
Гарри вскочил, рывком вздернул Годрика на ноги, неприятно ухмыльнувшись, и участливо спросил:
- Как твое мягкое место? Не болит?
- Да есть немного, - рыкнул Годрик, отходя подальше от Гарри, оглядываясь по сторонам. – Хм.
Это «хм» Гарри вовсе не понравилось. Он оглянулся. Добрая сотня детских глаз с недоумением взирала на них с Годриком, всех перемазанных с ног до головы грязью, разорванных мантиях в нескольких местах, с кровавыми пятнами на них, и при этом мокрых до последней нитки.
Это был большой продолговатый зал с длинными столами. В другом конце был еще один стол, перед ним стоял трехногий шаткий табурет, на котором восседал маленький мальчик с большой шляпой на голове. Глубокие складки в области импровизированного рта последней источали нетерпение, что выглядело, конечно же, очень смешно. За дальним столом стояли взрослые маги, а одна ведьма даже быстрым шагом направлялась к нарушителям спокойствия.
Гарри вновь посмотрел на Годрика, старающегося незаметно отойти как можно дальше.
- Стоять! – вскрикнул Гарри, так что в абсолютной тишине это прозвучало оглушающее громко. Годик замер, как и черноволосая женщина, почти приблизившаяся к ним. - Ты… ты хитрый лгун! Любопытство? Милосердие? Благородство? Как ты можешь меня обвинять в их отсутствии, если ты – Годрик Гриффиндор – сам пользуешься другими методами?
- Гар... Аврелий! Ты не можешь отрицать очевидное! – воскликнул Годрик, приваливаясь к одному из столов. – Ты нужен нам, нужен Салазару!
Ровена ринулась к Гарри, узнав его.
- Стоять! – Гарри предупреждающе вскинул окровавленную руку в ее сторону. Она по-слушно остановилась рядом с мужем. Невозможно было не подчиниться такой силе, сквозившей в голосе. – Это было подло с твоей стороны, Годрик, но сейчас не время взывать к моей совести! Я не могу быть здесь сейчас, то место, откуда ты меня вытащил, там находятся дорогие мне люди. И мне необходимо защитить их.
Гарри попятился к выходу, рывком открывая большие двери, ведущие в это помещение. Раненая Годриком рука сильно болела и почти не слушалась.
- Аврелий! – безнадежно крикнула Ровена, но тот даже не обернулся, с усталостью на-правляясь к выходу из замка, думая о Хабибе, об Олафе с семьей, о тех волшебниках, что остались в Дурмстранге, которые, возможно, остались совсем беззащитными. Ему нужно лишь удостовериться, что с ним всё в порядке, что в замок не проникли чужие. Ему нужно было удостовериться, что этот его новый мир – не тот, что был прежде, что Кадир – нет, Инсар – не провернул с ним эту жестокую авантюру. Ведь он любит Инсара, всегда любил. Ведь он любит… Лазаря? Ему нужно больше знать, больше вспомнить.
Он вышел из большого зала, в полной мере ощущая отчаяние Ровены и удушающую грусть молчащего Годрика. Навстречу ему попалась пара волшебников – светловолосая молодая женщина в просторном платье и седовласый джентльмен, ведущий ее под руку. Женщина оторо-пело остановилась, как только взглянула в глаза Гарри и очень тихо прошептала:
- Аврелий… - Ее ноги подкосились, но мужчина рядом с ней легко придержал ее фигурку.
«Хельга», - пронеслось у Гарри в голове перед тем, как вспомнилось ее предательство. Яростно раздувая ноздри, с усилием сдерживая свои эмоции под контролем, Поттер развернулся к Ровене и Годрику:
- Не ищите меня больше, - поморщился он, словно его сейчас вывернет наизнанку. – Никогда!
Ровена вырвалась из рук Годрика, быстро нагнала Гарри и порывисто обняла его, не обращая внимания на грязь, кровь, и его шипение от боли.
- Аврелий, - прошептала женщина со слезами в синих глазах, - я не понимаю, почему вы оба с Салазаром так поступаете со мной – со всеми нами, - но я уверена: он страдает так же, как и ты. Прошу… умаляю тебя, ты должен хотя бы выслушать нас в любое удобное для тебя время.
Гарри помотал головой – он не будет спрашивать, почему он не видит здесь Салазара. Он больше не имеет на это права. Но его уста уже сказали:
- Где Салазар?
Женщина некрасиво всхлипнула, и ответила:
- Я не видела его с тех пор, как ты… ты…
- …предал его, - подсказал Гарри горько, отцепляясь от женщины. Ему нужно подумать о многих вещах, а незамедлительно он не может ничего решать, он не имеет права ошибиться – это было бы непозволительной роскошью для него. Все может оказаться не так, как он увидел в голове Годрика. И все может не быть так, как говорил ему Инсар. Он не знал, не был уверен, что есть правда, что выдумка его буйной фантазии.

URL
2012-02-01 в 19:13 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Он быстро, насколько мог, прошел к выходу из этого замка, торопясь в другой, туда, где он точно знал, что его ждет, по крайней мере, один человек, бескорыстно любящий его, несмотря на все те вещи, что Ракшас когда-то делал с ним.
Женщина промолчала, но грустно помотала головой, наблюдая за широкой спиной вол-шебника, скрывшегося за поворотом. Она развернулась к молчаливому Годрику:
- Он весь изранен. Это так ты уговаривал его прийти сюда, - она всхлипнула. – Неудивительно, что он… он…
Годрик проковылял к ней и крепко обнял, стараясь не воспринимать ее слова всерьез, хотя было больно от них.
- Частично. Но не могла бы ты позлиться на меня после того, как проводишь в лазарет?
♂♂♂
Как только Гарри покинул земли Хогвартса, он оказался в ближайшей аппарационной зоне близ другого замка, где он бился с Годриком. На первый взгляд никого в пределах видимости здесь не было, Гарри присмотрелся внимательней, но характерного свечения так и не увидел, кроме утонувшего в слякоти его верного ятагана, который тут же переместился в его левую руку. Чертыхнувшись, что все-таки упустил тех двоих, волшебник быстро направился в сторону замка.
Спустя полчаса он вышел на то место, где, теперь уже, лежали два трупа. Он пригляделся. Внимание привлекли волшебные палочки, валяющиеся неподалеку. Гарри подобрал их и с треском сломал пополам, выкинув остатки вон. Затем с беспристрастностью пошарил по карманам, пытаясь выяснить хоть что-то о них, с удивлением увидел еще одну палочку в мантии одного из трупов. Вытащил ее – ничего особенного, обычная волшебная палочка. Также в карманах обнаружилась пара мешочков с золотыми, небольшой ножик и еще несколько вещиц, не представляющих абсолютно никакой ценности для Гарри.
- Может, просто разбойники, - решил Поттер, выходя из леса. У камня никого не было, только выжженная неровная полоска травы говорила о том, что здесь что-то произошло.
Благополучно добравшись до замка, миновав усиленную стражу, Гарри крикнул одному из патрулирующих замок:
- Эй, Вэйн!
- Господин, - почтительно склонился мужчина, внимательно посмотрев на потрепанный вид Гарри.
- Собери группу, обыщите каждый шаг леса с южной стороны замка, вплоть до аппарационной границы, плюс три мили за ней. Всех подозрительных типов или предметы, что вы найдете, обезвредьте и тащите сюда, в замок. Затем найди меня, если что-то раскопаете, я должен взглянуть на них. Это всё.
- Слушаюсь, господин, - кивнул Вэйн, направляясь к выходу из замка, туда, где во временных палатках все еще жили люди Ракшаса, не ушедшие с Инсаром.
Гарри метнулся было наверх, но внезапно остановился, не зная, где искать Олафа. Не хо-телось в таком состоянии наматывать бесконечные мили по каменным плитам замка. Появившийся домовик, Гарри даже не успел оформить вслух свой вопрос, четко отрапортовал:
- Лорд Монтан в оружейном зале, Повелитель.
- Замечательно, спасибо, Манни. – Имя вновь пришло само собой. Гарри завистливо проводил взглядом исчезнувшего домовика. Но несколько секунд спустя тот снова появился. Гарри вопросительно посмотрел на него.
- Повелителю лишь нужно воспользоваться тропами эльфов, и он тоже сможет переме-щаться так же, как мы.
Гарри удивленно уставился на домовика. Он даже никогда не думал, что сможет беспре-пятственно появляться там, где только пожелает. Но если есть хоть крохотный шанс чему-то научиться у этого чудного народца, то Гарри не побрезгует им воспользоваться. Даже когда рука по-висла безвольной плетью и ее покрыла жесткая корка из крови и пахнет так, как от дохлого пикси.
- Как это, Манни?
- Манни рад услужить Повелителю, - заулыбался эльф. - Присмотритесь внимательно в пространство, не так, как обычно – по-другому. Тропа обычно начинается у левой ноги, а кончается там, где вы пожелаете, Повелитель.
Гарри сделал так, как ему посоветовал эльф, но так ничего и не увидел. Он даже больше не удивлялся, что этот эльф знает про необычное зрение Гарри.
- Ничего похожего на тропу, Манни. А ты уверен?..
Домовик кивнул, большие уши заколыхались:
- Закройте глаза, так будет лучше. Маленькие эльфы испытывают точно такие же трудности, Повелитель, сэр, при первом переходе. Приподнимите левую ногу.
- Мерлин, на что это я наступил? – Гарри боялся открыть глаза, так как ощутил под левой ступней нечто, похожее на возвышение, вполне материальное.
- Вы стоите на тропе, сэр. Можете открывать глаза.
Гарри с опаской приоткрыл глаза и в удивлении ахнул, не увидев вокруг себя ни стен, ни потолка, ни каменного пола, где секунду назад стоял. Вместо этого его взору предстала зеленая, почти изумрудная тропа, покрытая густой травой. Она не имела ни начала, ни конца, доступного взгляду, только края внезапно прерывались и за ними больше не было ничего, кроме туманной серости.
- Странное ощущение и пахнет… цветами?
- Да, Повелитель, сэр, - кивнул эльф, направляясь вперед. Гарри неторопливо последовал за ним. Манни продолжил говорить:
- У эльфов есть одна легенда, сэр, которая объясняет, почему на тропах извечно царит этот дивный аромат.
- Расскажи, пожалуйста.
- Говорят, будто эта тропа принадлежит другому миру, очень далекому от того, где вы родились. Говорят, что тот мир называется «Страной вечного лета», и что когда-то все эльфы жили там. Говорят, что деревья там всегда зеленые, что трава сочная и всегда молодая, что цветы там растут на каждом шагу, птицы не перестают петь сказочные песни. И будто бы мы когда-то жили там…
- Даже звучит это красиво. Неплохо было бы там жить сейчас, - улыбнулся Гарри, чувствуя себя здесь гораздо лучше и спокойней, даже глубокая рана на руке больше не беспокоила.
- Но у нас есть только этот кусочек того мира, и мы должны быть благодарны хотя бы за это, Повелитель. Ведь нам зачастую кажется, что там, где нас нет, всегда лучше.
- Но это лишь иллюзия, так? – предположил Гарри.
- Иллюзия, сэр, - кивнул домовик, сворачивая влево и исчезая с тропинки.
- Эй, Манни! – Гарри оглянулся. Того нигде не было. – Черт. Как мне выйти в оруж…
И он очутился в большом зале, уставленном различным оружием, начиная от простого меча, заканчивая большой секирой.
- …ый зал? – закончил говорить Гарри машинально.
Олаф вскинул палочку и тут же ее опустил, увидев внезапно появившегося человека.
- Что? Как ты это сделал? – Он оглядел такого же шокированного Ракшаса и ухмыльнулся. – Ты похож на боггарта, который не знает, во что ему превратиться в первую очередь.
Гарри постарался взять себя в руки:
- Что, все действительно так отвратительно выглядит?
- Нет, - помотал головой Олаф, - просто несколько необычно видеть в тебе замешательство такого рода. Очень интересный способ перемещения.
- Да, весьма занимательный, - согласился Гарри. – Итак, как вижу, ты благополучно доб-рался до замка. Как остальные?
- Они в порядке, Ракшас. Не переставали удивляться, зачем им понадобилось нападать на нас. – Олаф оглядел Гарри с ног до головы. – Тебе нужно наведаться в лазарет, иначе мне придется тащить тебя туда, я весь испачкаюсь, а перемещаться как ты, я не умею.
- Нет, мне нужно увидеться с Хабибом, но спасибо за заботу, Олаф.
Тот кивнул и спросил:
- Тебе удалось разузнать, кто напал на нас?
- Нет, к сожалению, мне помешали. Но я отправил людей прочесать лес, там посмотрим, что им удастся обнаружить, хотя я почти уверен, что они не имеют никаких претензий ко мне или, тем более, к тебе.
Олаф не смог скрыть своего облегчения.
- Идем, я провожу тебя до твоих комнат, - предложил лорд Монтан.
- Переживаешь за свои натертые до блеска мраморные полы в Оружейном зале? - усмех-нулся Гарри, выходя.
- Нет, переживаю, как бы ты не свалился по дороге. Этот мальчик – Хабиб – будет переживать за тебя. – Они некоторое время молча шли, потом Олаф громко вздохнул.
Гарри уловил нерешительность в этом вздохе:
- Спрашивай, Олаф, я ведь не кусаюсь.
- Да нет, не в этом дело. Хотя иногда мне приходится невольно задумываться, прежде чем что-то спросить у тебя, как ты отреагируешь к тем или иным моим словам. Знаешь, почему-то ты непременно покушался на мою шею, когда я имел глупость по-настоящему разозлить тебя. Сегодня мне пришлось окончательно определиться со своими приоритетами, я много думал о тебе.
Гарри принял к сведению признание Олафа.
- Просто шея человека наиболее уязвимо для меня, - пожал плечами Гарри, тяжело ступая на лестницу. Олаф заинтересовано взглянул на него. – Видишь ли, друг мой, я это знаю так же, как, например, знаю, что у тебя в левом кармане лежит волшебная палочка. Но в другом – потайном – еще одна, запасная.
- Угу, - промычал Олаф не очень довольно.
Гарри рассмеялся:
- Но ты ведь не об этом хотел узнать, разве нет?
- Признаться – нет, - кивнул Олаф. – Как получилось, что ты примкнул к Аль-Маджуси?
- Вот это я как раз и собираюсь выяснить, как только закончу с защитой Дурмстранга, - поморщился Поттер, вспоминая сегодняшнее путешествие в Хогвартс. – Ты помнишь того человека, с которым я бился на мечах сегодня в лесу? Так вот, он принес мне некоторые вести с моей далекой родины.
- Вести, которые изменили твое отношение к Аль-Маджуси?
- Что-то вроде. Но не новые обстоятельства, с которыми бы попытался смириться, а то, что он скрывал от меня ранее.
- И эти обстоятельства так важны, что могут перечеркнуть всю твою жизнь?
- Боюсь, что так. Но пока я не знаю, что мне делать со всем этим, я просто запутался, - Гарри пожал плечами. Они остановились у дверей в комнаты Ракшаса. – Я вообще не понимаю, отчего рассказываю тебе эти подробности моей жизни. Еще недавно ты так боялся меня, словно дементора, а сейчас желаешь знать обо мне такие вещи, о которых я опасаюсь думать, не то что говорить.

URL
2012-02-01 в 19:13 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Просто я пытаюсь втереться тебе в доверие, - шутливо ответил Олаф, однако Гарри серьезно глядел в его глаза.
- И вновь повторюсь: я ценю честность, ты знаешь это, лорд Монтан. Единственное, чего я не прощаю – это предательства, хотя, наверное, я сам для некоторых и есть предатель.
- Я не собираюсь больше…
- Мне известно, что ты с этого момента изо всех сил будешь помогать мне, Олаф.
- Это не потому что…
Гарри вновь его перебил: - …а потому что ты не хочешь, чтобы вместо меня здесь появился Инсар.
Мужчина пытался что-то сказать, но горло не желало расставаться со словами.
Гарри снисходительно улыбнулся:
- Твои мысли как открытая книга, особенно сейчас, когда ты больше не страшишься меня. Я не виню тебя за вольные мысли сейчас. Случись это сутки назад, и ты бы уже был мертв, либо был заперт в собственных подземельях, как минимум. Но я действительно рад, что мы смогли договориться.
Олаф кивнул.
- Да, и еще, - Гарри наклонил голову чуть вбок, - может случиться такое время, когда я буду вынужден вернуться к своему прежнему облику злобного ублюдка. Но я обещаю сделать все от меня зависящее, чтобы сохранить жизни твоей семьи, пока я здесь. Вместе с твоей жизнью, конечно же, как и обещаю сохранить за тобой право владеть этим удивительным замком и землями. Это все, что я хотел сказать. Иди к своей семье, с завтрашнего дня у нас будет много работы, лорд Монтан.
Гарри резко развернулся от ошарашенного волшебника и вошел в свои комнаты, ожидая увидеть Хабиба целым и невредимым. Так и было: тот уютно свернулся клубочком на узкой кровати, прямо в той же одежде, в которой Гарри его отправил сюда. Решив пока не будить юношу, он прошел в ванную смыть кровь и грязь, что покрывали его тело. Ванная наполнилась быстро, и он, небрежно кинув изодранную одежду на сверкающий мрамором пол, с наслаждением погрузился в горячую воду и прикрыл глаза, давая отдых своим израненным мышцам. Израненным – благодаря Годрику, большей частью.
- Это правда, - прошептал Гарри, обращаясь ни к кому. Он знал, что Гриффиндор говорил правду. Тот был так благороден, что позволил Гарри вторгнуться в собственные мысли, лишь бы удостоверился в их общем прошлом, пусть таком недолгом, но непременно приятном. – Ровена, Хельга, Салазар.
Сердце в очередной раз сделало кульбит. Те воспоминания в голове Годрика, те эмоции, что они вызывали в душе, казались навсегда утерянными, - нет – истоптанными, политыми грязью и выкинутыми самим Гарри. Более того, они были наспех переделанными в совершенно другие эмоции и воспоминания, взращенные под бдительным оком Инсара. А он, Гарри, оказался таким глупцом! Глупцом, ослепленным теми чувствами, которые на самом деле принадлежали Лазарю, а были впитаны Инсаром, ничего не давая взамен. Как Мертвое море, которое пьется чистыми водами рек, лишь поглощая и пожирая, но в нем никто не может выжить, никто не черпает в нем силы.
Нет, он не будет думать об Инсаре. Не сейчас, когда тело Гарри начинает вспоминать, хотя разум все еще отказывался поверить в это безумие, в это предательство.
Но Салазар…
Тело Гарри, казалось, помнило каждое прикосновение теплых рук, каждый мимолетно пойманный поцелуй тонких губ, каждый тихий стон, что невольно срывался с уст Лазаря и извечное «смотри на меня». Каждое нервное окончание не забывало осторожное, столь интимное, прикосновение влажной ткани к его бедрам в ту самую первую ночь, помнило каждую вспышку боли, каждую вспышку наслаждения, что впервые ощутил Гарри. И затуманенный страстью светло-серый взгляд, прикушенная нижняя губа, капельки соленого пота, стекающие по молочно-белой коже, пряди черных волос, прилипших к щекам, бархатная плоть внутри Гарри, полностью заполняющая его всего и тихое «кончи для меня»…
- Ме-е-ерлиннн… - протянул Гарри в накатившем на него внезапном экстазе, так что вся комната закружилась в диком водовороте перед его глазами, вначале наполняя ярчайшими крас-ками каждую черточку реального мира, а затем унося душу куда-то вне его тела, вне этого замка, этого мира и времени.
Спустя некоторое время Гарри резко сел, непонимающе оглядываясь по сторонам. Вода казалась настолько холодной, что мурашки покрыли все его тело, густая пена давно уже исчезла с поверхности воды.
Поменял слегка красноватую холодную воду, наполняя ванную свежей и горячей, вновь расслабленно откинулся на спину. Внезапно его тело пронзил дикий хохот, зарождаясь где-то в глубине его грудной клетки. Отсмеявшись, Поттер сквозь еще не просохшие слезы произнес:
- Кончил и вырубился, - и он стал смывать с себя остатки грязи и крови, которые никак не хотели покидать его тела. Он посмотрел на правую руку, впервые с момента ранения. Длинный тонкий разрез тянулся с внутренней стороны локтя, изгибался посредине и кончался у самой кисти с внешней стороны. Рана была большая, но не достаточно глубокая, чтобы о ней беспокоиться. На груди обнаружилась лишь царапина от кончика меча, прямехонько возле сердца. Это ему досталось от Годрика. Плюс на левом плече небольшая резаная рана неизвестного врага от режущего проклятия, ничуть не уступающего по остроте лезвию клинка Гриффиндора.
Гарри равнодушно пожал плечами – эти шрамы всего лишь внешний признак его изуродованной души. Они лишь прибавятся к остальным многочисленным шрамам на его теле. Но, пожа-луй, сегодня он выполнил свой лимит режущих ран на добрый десяток лет вперед, думал Гарри, заставляя себя выбраться из вновь остывшей воды.
- Надо же, кончил от воспоминания, - нервно хохотнул Гарри в очередной раз, мечтая ока-заться в постели как можно быстрей.

URL
2012-02-01 в 19:16 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава тридцатая.

- Пока у меня нет разумных соображений, как это сделать, - Гарри пятерней убрал назад непослушные пряди слишком длинных волос. С тех пор как он отказался от куфии из-за здешнего климата, почти все время венчающую его голову с давних пор, волосы постоянно непривычно лезли ему в глаза и рот.
- Но мы хотя бы определили центральное место, где должен располагаться главный камень, - ободрил его Олаф. – Я верю, ты сможешь это сделать.
- Я, конечно же, не сильно разбираюсь в таких вещах, - робко вклинился обычно сохра-няющий в таких разговорах Хабиб, но непременно присутствующий там, где и Ракшас, - но нельзя ли воспользоваться также рунами? Нанести их на камень, как и в наложении антиаппариционной защиты?
- Нет, - помотал головой Гарри, - в том-то и дело, что в случае аппарации разработаны специальные чары, их любой грамотный волшебник сможет установить, но вот порталы – это магия другого уровня. Я знаю одно заклинание, пресекающее действие порталов, но оно крайне ограниченно в пространстве.
- Тогда какой прок от такого заклинания? – юноша переводил взгляд с Гарри на Олафа и обратно.
Гарри пожал плечами, не желая говорить первое попавшееся объяснение, каким образом можно использовать эти чары, хотя можно было бы привести и другие примеры, если подумать.
Однако ответил Олаф, угадав его мысли:
- Такие чары теперь установлены в некоторых моих подземельях. Там, где держали узни-ков.
Что-то пугающе-ледяное попыталось всплыть из подсознания Гарри, но мысль ускользала. Он скинул с себя непрошенное оцепенение и добавил:
- Показательный пример, но есть и другие. Например, с помощью него можно зачаровать таким образом хранилище.
- А вообще, как действуют порталы?
- Главное – это знать точку назначения.
- Что это обозначает?
- Ну, создавая портал куда-то, ты должен не просто точно представлять точку назначе-ния, как при аппарации, но и хотя бы раз там побывать и…
Хабиб наморщил лоб и перебил Гарри:
- Простите, господин! Но ведь тогда можно пробраться вообще в любой дом, любой замок, однажды побывав там!
Гарри возвел к небу очи, но продолжил:
- …и быть хозяином этого места, если речь идет о доме, где есть владелец. Ежели портал создается куда-то, допустим, в лес, то есть в «ничейную» территорию, то достаточно первого условия. А вот условия создания портала, так сказать, «на выход», обычно совершенно не важны, являешься ты хозяином этого места, или нет. Хотя, в любом случае, создание порталов – вещь весьма сложная и не всем «по зубам».
Хабиб удивленно уставился на Гарри, тот, предвкушая вопрос, ответил:
- Конкретно я не считаюсь, у меня получается обойти эту защиту.
- Вот в этом и проблема, юноша, - произнес Олаф, глядя на Хабиба. – Мы хотим создать такую защиту, при которой ни аппарирование, ни перемещение с помощью порталов будет невоз-можно ни «на вход», ни «на выход», даже на территории леса, полей, гор и прочего, даже при со-блюдении всех условий.
- Но ведь тогда вы, лорд Монтан, не сможете создавать портал в Дурмстранг, - все также изумлялся юноша. – Разве это не очень неудобно? Вы потеряете такие преимущества…
- Неважно. Так никто не сможет больше проникнуть в замок, - он красноречиво посмотрел на Гарри.
- А что говорят умники из СЛИВоК? – поинтересовался Гарри у Олафа, уводя его от неприятных воспоминаний. – У них есть что-то для нас?
- Нет, по-прежнему твердят, что это невозможно, - пожал плечами лорд, - и о такой глупо-сти еще ни разу не слышали, а один даже обозвал меня параноиком.
Хабиб широко улыбнулся:
- Но они-то ведь не знают столько о вас, Ракшас, как мы.
Гарри обнял юношу за плечи, игнорируя смутившегося Олафа и очередной удивленный взгляд своего любовника. Его настроение было несколько приподнято.
- Ну, милый мой, может я и самый самоуверенный глупец среди присутствующих, но даже этому есть свои пределы, - засмеялся Гарри. – Но вообще, если мы не хотим застрять на этом вопросе, следует поднять свой зад с дивана и что-нибудь предпринять.
- А кто-нибудь слышал, что такое возможно – ограничить действие порталов? - Поинтере-совался Олаф, вставая. – Хотелось бы проверить даже самые бессмысленные слухи. Они же никогда не зиждутся лишь на вымысле?
Гарри плюхнулся обратно:
- Хм, знаете… А ведь это и вправду неплохая идея. И, кажется, мне известно одно такое место, но я не очень уверен в этом.
- Тебе стоит проверить, Ракшас, - посоветовал Олаф, выходя из комнаты.
- Это будет не просто – вернуться в прошлое, лорд Монтан, - задумчиво произнес Гарри, глядя вслед вышедшему светловолосому мужчине.
- Господин? – тихо, стараясь не потревожить, позвал Хабиб, дотрагиваясь до плеча Поттера своими маленькими ладонями. Тот вздрогнул немного и вопросительно взглянул на юношу. – Вы задумчивы последние полдюжины дней как никогда прежде. Могу я спросить, отчего?
Слегка сжав ладонь Хабиба, Гарри пожал плечами.
- Ты можешь меня спросить об этом, но я не готов дать правдивый ответ.
Хабиб покорно опустил свой взгляд, но старший мужчина приподнял его лицо за подборо-док, вынуждая посмотреть на него.
- Не нужно расстраиваться. К сожалению – или к счастью – большинство чувств преходя-щи, а потому не достойны таких переживаний. Это цинично, грубо, но такова жизнь.
Юноша перехватил ладонь Гарри, придвинулся ближе к нему, все также сидя на диване.
- Ты не дотрагиваешься до меня уже несколько дней, Ракшас, - молодой человек положил руку Гарри на свою ягодицу, подавшись вперед. – Этому тоже есть объяснение, о котором мне не суждено узнать?
Гарри рассмеялся:
- Малыш, тебе следовало лишь пожелать этого, – он погладил ягодицы Хабиба, а затем сжал их, вырывая из груди юноши вздох.
Губы Хабиба прикоснулись в краюшку губ Гарри, тонкие руки обвили его тело, а сам юноша уже привычно восседал на бедрах Гарри.
Поттер втянул воздух носом прежде чем его собственный рот вторгся в такое податливое манящее пространство рта Хабиба, отвечающее ему до того, как он сам успевал пожелать этого. Волна возбуждения прошлась по телу Гарри, понукая его отрешиться от излишних сейчас мыслей и давно забытых воспоминаний, возвращенных не так уж давно чересчур человеколюбивым Годриком.
Руки Хабиба по-юношески нетерпеливо расстегивали рубаху Гарри.
Какое право Годрик имел так поступить, после стольких лет, напоминать ему, Ракшасу… нет, Гарри Поттеру… о том человеке, который когда-то, судя по обрывочным воспоминаниям Гарри, занимал – сумел это сделать – все его мысли?
Юноша с энтузиазмом потерся о возбуждение Гарри. Сорочка полетела на пол.
Кажется, изо рта Поттера даже вырвалось довольное урчание.
Разве возможно будет вернуть себя самого? Таким, каким он, Гарри, когда-то был? А ка-ким, собственно, был тот человек, когда-то обитающий в той черствой непробиваемой оболочке грозного Ракшаса, непобедимого воина, перед которым молва шла прежде, чем он сам успевал что-то сделать?
- Пожалуйста… - стонал юноша, освобождая себя от одежды, сильнее прижимаясь к сво-ему господину.
Гарри взглянул в карие глаза юноши. Умоляющий взгляд встретился с его, моргнул, на мгновение превратившись в два кусочка серебристого льда, заключенного в темную оболочку, а затем моргнул еще раз, превращаясь обратно в пылающий карий. Поттер вздрогнул.
- Пожалуйста… - вновь простонал Хабиб, нерешительно опуская руку на возбужденный член Гарри.
Серые глаза все еще не давали покоя Гарри. Он не должен это делать.
«Мерлин, Поттер, кого ты пытаешься обмануть? – вопрошал кто-то внутри Гарри. - Ты ни-кому ничего не должен, тем более подчиняться каким-то глупым воспоминаниям. Ты обещал никому не подчиняться. Только ему. Инсару. Он спас тебя».
«Он воспользовался тобой. Он сам пользовался твоей глупостью. Он не спасал тебя».
«Мерлин».
- Ракшас? – слабо простонали у его уха.
«Но мальчик не виноват. Ты поклялся, что с ним будет все в порядке. Он – такая же жертва, как ты, Гарри, только более невинная, чем ты. Он нравится тебе. Ты не сделаешь ему больно сейчас, даже если ты в очередной раз становишься предателем».
- Все хорошо, милый, - успокаивающе прошептал Гарри у его уха, прижимая худое тело Хабиба к себе. – Я хочу, чтобы ты лег. Да, вот так.
Юноша улегся на диван, а Гарри сел около него, выцеловывая каждый дюйм обнаженного тела с той нежностью, на которую он еще недавно не был способен. Его губы легко касались век, скул, подбородка Хабиба, прошлись по кадыку, ключицам, особое внимание уделили темно-коричневым соскам. Его губы заставляли извиваться и дрожать тело юноши, когда ловко про-шлись по нежному пушку на его груди, которая превращалась в темную жесткую поросль внизу живота, все более сгущалась по мере приближения к члену.
Лицо Гарри зарылось в пах юноши, нос втягивал его неповторимый мужской аромат, на-долго въедаясь в память – смесь пряных экзотических трав, как сам Хабиб.
Даже в этот время Гарри осознавал, что вот он – тот момент, после которого поворота больше не будет. Не будет никаких отступлений, только вперед. Он вновь создаст себе то, что потерял когда-то. Конечно, не так точно, но это и не возможно – где теперь найти того Аврелия или Гарри? – но он больше никогда не будет слепо подчиняться Инсару.
Гарри под аккомпанемент Хабиба обхватил губами член юноши, помогая рукой. Сладостный стон, вырывающийся из уст его любовника, распластавшегося на диване, не желал прерываться. Бедра его вскидывались навстречу горячему рту все рьяней, все быстрей, понукая Гарри работать ртом еще сильней.
Почувствовав напряжение, охватившее Хабиба, Гарри отстранился, продолжая двигать рукой по его члену, нежно массировать мошонку, а в следующий момент тело юноши пронзила неотвратимая дрожь и громкий вскрик пронзившего блаженства вырвался из его рта. Жемчужные капли залили живот, образовывая лужицы.

URL
2012-02-01 в 19:18 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Гарри отпустил Хабиба, обмакнув свои пальцы в жидкость и, не дав очнуться от сладостной неги, ввел в его сфинктер палец, затем – второй, подготавливая к вторжению. Его пальцы двигались внутри юноши до тех пор, пока тот вновь не стал умоляюще вскидывать бедра, стонать с каждым касанием до той точки, что неизменно дарует блаженство, разнося его по всему телу еще более мощными потоками, чем прежде.
- Нет, не убирайте… - прошептал Хабиб, почувствовав, что пальцы внутри него исчезли.
Гарри успокаивающе поцеловал его и переместил с дивана вниз, на появившийся из ниоткуда мягкий ковер, больше похожий на шкуру. Брюки молниеносно слетели с ног Поттера , словно по волшебству. Гарри перевернул на бок своего любовника и затем сам устроился сзади, обнимая его одной рукой. Головка члена уперлась как раз в юношу.
Хабиб повернул голову, ища губы Ракшаса, которые тут же угадали его желание, впившись иссушающим поцелуем. Одновременно Гарри двинул бедрами, входя в своего любовника, чувствуя неповторимую обволакивающую тесноту.
Стон юноши был пойман ртом Гарри, но в следующий момент он оторвался от этих сладко-пряных губ, проникая еще дальше, на всю свою длину, задавая медленный темп их соитию, чтобы Хабиб без помощи мог дойти до пика наслаждения. Чтобы он надолго запомнил этот акт, этот жест своеобразной любви своего господина, своего любовника.
Их бедра двигались в едином танце с медленно нарастающем темпом, казалось, целую вечность, пока волна экстаза не накатила на Хабиба, а затем и на Гарри, окропив семенем юноши шкуру невиданного животного, на которой они лежали.
Старший волшебник расслаблено откинулся на спину, давая успокоиться своему рассудку, придти в прежний ритм дыханию.
Хабиб устало перебрался на Ракшаса, протянув свои ноги между вытянутых ног своего любимого, сложив свою взмокшую голову на такую же влажную грудь, слушая мерное перестуки-вание сердца. Спустя несколько минут Гарри спросил:
- Кем ты хочешь быть, Хабиб? – он зарылся пальцами в курчавые волосы юноши, перебирая их мягкие локоны.
- Что, господин? – недоуменно переспросил тот.
- Желаешь ли ты стать кем-то больше, чем ты есть сейчас? – перефразировал Гарри.
- Если вы это пожелаете.
Гарри вздохнул:
- Нет, я хочу знать… Просто объясни мне, о чем ты мечтаешь, что тебе нравится делать, когда не думаешь обо мне?
- О… - юноша приподнял голову, карие глаза счастливо заискрились. – Мне нравится работать с животными, особенно с гиппогрифами и фестралами. Когда тебя нет, я почти все время провожу в загонах. Вы не представляете, до чего фестралы, особенно маленькие, забавные! Хотя и выглядят они как старые клячи, но играются, словно собаки.
- Я и не подозревал об этом твоем увлечении, милый.
- Да я и сам не подозревал даже о существовании лошадок, до того, как… как… - его голос внезапно упал и он вовсе замолчал.
- До того, как я убил твоих родителей? – догадался Гарри.
Хабиб вновь опустил голову на грудь Ракшаса, и, казалось, прижался к его телу еще плотнее.
- Я не уверен, что, если бы они были живы, я жил бы лучше, чем сейчас, - прошептал он.
Гарри промолчал, не зная, как отвечать на это откровение, кроме как банального «мне жаль», но юноша продолжил говорить, выводя пальцем невидимые узоры вокруг соска своего любовника. Его голос был бесцветным. Рассказ был длинным, но сводился к тому, что его брат, Варадат, был продан собственными родителями в рабы, где его из-за миловидной внешности использовали «как женщину», как выразился сам Хабиб. Варадат так и не смирился с этим и однажды стал сопротивляться своему господину, за что и был наказан. Его сделали евнухом. Они виделись однажды. Варадат предупредил, чтобы тот бежал из дома «за своей мечтой» - был свободным и повидал мир.
Хабиб надолго замолчал, Гарри даже подумал, что тот уснул. Затем юноша вопрошающе взглянул ему в глаза.
- Позвольте мне узнать, что вы думаете.
- Что ты исполнил его желание, но это не принесло тебе счастья, - нахмурился Гарри. – Ты все еще раб.
Хабиб улыбнулся, чуть повозился на Гарри, и протянул руку к его лбу, будто разглаживая появившиеся складки.
- Не всем мечтам нужно сбываться. И я не чувствую себя рабом рядом с вами, хотя вы постоянно мне напоминаете об этом, - уже более легко произнес юноша. Недовольные нотки появились в его голосе.
Но Гарри не позволил так легко переменить тему.
- Ты переживаешь из-за того, что ты теперь в положении своего брата?
- Я не в положении своего брата! – возмущение. – Мне нравится все то, что вы со мной делаете. Я умру для вас, господин.
В подтверждение юноша потерся пахом о плоть Ракшаса.
- Это не меняет сути, - опроверг Гарри. - Я обращался с тобой ничуть не лучше, чем хозяин твоего брата. Даже во многом – хуже. Мне не понятно твое человеколюбие, в частности ко мне, после всего случившегося. Я бы так не смог, будь я в твоей… в твоей ситуации.
Гарри сглотнул от пришедших в голову мыслей, полных страха, ужаса, боли – всего того, что он испытал не без воли Инсара. Ведь этот мальчик, каким был когда-то Хабиб – был до аб-сурдности в похожей ситуации, но он – простил его, Гарри. Но доказательства тому – теплое тело, лежащее на нем, расслабленное после ласк. А главное – мысли, поступки, отношение, безоговорочно говорящие о том, что Хабиб очень щедрый человек. И никакой легиллименции не требуется, чтобы понять это.
А вот у самого Гарри руки и помыслы навсегда останутся запятнанными.
- Не вините себя, - услышал он, даже на мгновение предположил, будто мальчик умеет читать мысли.
- Почему это? Мне есть в чем себя винить, и я буду делать это в любой момент, когда мне вздумается, - вновь нахмурился Гарри.
- Помните, что сказал мне брат? – Гарри вопросительно поднял брови. – «Иногда люди не такие, какими кажутся на первый взгляд». Мне не интересны причины, по которым вы делаете те или иные вещи, но я хочу, чтобы вы перестали винить себя во всех грехах, по крайней мере, по отношению ко мне, господин.
- Несмотря на свои юные годы, ты очень щедр, - хрипло ответил Гарри. – Я вижу, слова брата оказали на тебя влияние. Считаешь ли ты, что мы делаем друг с другом – нормально?
- Все, что приносит удовольствие – нормально, - улыбнулся вновь Хабиб.
- А если кому-то приносит удовольствие насиловать, мучить и убивать?
- Кроме тех случаев, когда это приносит боль кому-то другому.
- Все-таки ты неисправимый… - начал говорить Гарри, но неожиданно замер и мгновенно отодвинул с себя юношу. Одежда влетела ему в руку. – Одевайся. Сюда идут.
Они успели натянуть на себя лишь брюки, когда дверь открылась и в комнату беззаботно вошел Олаф. Оценив ситуацию, он потупил взгляд, открыл рот, потом закрыл его и отвернулся.
- Что-то случилось, Олаф? – спросил Гарри, застегивая брюки, более узкие, чем он привык носить, но именно такие принято одевать здесь.
- Прошу прощения, что вломился вот так внезапно, но я не думал, что вы… вы будете…
- Ничего. Самое интересное уже произошло, - ухмыльнулся Гарри, наблюдая за сборами Хабиба. Тот сдавленно хрюкнул.
Гарри подошел к Олафу, так и не одев сорочку.
- Так в чем дело?
Лорд протянул свиток, скрепленный сургучной печатью и красной лентой.
- Это принесла сова с пометкой «Ракшасу».
- Благодарю тебя, Олаф, - Гарри принял свиток, уже смутно догадываясь об его отправи-теле. Он всмотрелся в смущенное лицо мужчины. – Ты не обязан исполнять роль почтовой совы.
- Хотел заодно сообщить тебе: я проверил некоторые слухи, касающиеся чар ограничения действия порталов. Результаты более чем неутешительные. – И он перевел взгляд на Хабиба, полностью одетого, но весьма растрепанного.
- Ясно. Тебя что-то смущает? – поинтересовался Гарри, проследив за взглядом Олафа.
- Я просто не могу привыкнуть к некоторым вещам. Они шокируют меня.
- То, что я ищу удовольствия с Хабибом? – уточнил Гарри. Монтан кивнул, а Поттер пожал плечами. – Собственно, меня не волнует это, но ты можешь расспросить у Хабиба о некоторых вещах. У него целая теория о том, что удовольствие в любом виде – нормально.
Гарри отошел от них и сел на диван, чтобы вскрыть послание, наверняка из Хогвартса. Олаф что-то сказал Хабибу и ретировался. Юноша подошел сзади дивана и прикоснулся ладонями к голым плечам Гарри.
- Вы напряжены, господин. – Его руки стали разминать плечи Гарри. – Ожидаете плохие новости?
- Пока не знаю. Вряд ли. – Гарри склонил голову, с блаженством прикрыв глаза. Руки тут же прошлись по позвоночнику, от самого основания шеи.
- Ну, так вскрывайте, - предложил юноша, перестав массировать. Он наклонился ниже, к голове Гарри, и обнял того.
Пальцы с треском сломали сургуч. Тянущее чувство появилось в области живота.
- Черт! – успел произнести Гарри, но руки не желали отцепляться от зачарованного перга-мента – портала. Рывок, дыхание сперло, теплые руки, обвивающие его и в следующий момент он повалился на пол, потянув за собой Хабиба.
- Ненавижу порталы, - пробормотал Поттер и огляделся. Так и есть – смутно-знакомый округлый кабинет, на стенах несколько двигающихся картин, стол посреди, пара-тройка кресел рядом, небольшой диванчик. По крайней мере, здесь он… они оба в безопасности.
- Где мы? – спросил благоговейно Хабиб, уже стоя на ногах.
Гарри также встал, злой и расстроенный одновременно. В который уже раз его насильно перемещают с помощью портала. Конечно, он должен был предусмотреть и это тоже. И ведь знал, что послание зачаровано с того момента, как взглянул на свиток в руках Олафа! Но предполагал, что это – всего лишь избирательные чары, чтобы никто не увидел послание, кроме него. А еще и мальчишку прихватил!
- Мы в Хогвартсе, - ответил Гарри. – Это Школа Волшебства и Чародейства в Шотландии.
- Правда?! – обрадовался Хабиб, с удивлением рассматривая помещение и движущиеся изображения на картинах. – А где это – Шотландия?
- Правда. Это в…
Дверь внезапно открылась и в комнату вошли четверо. Сердце предательски екнуло.

URL
2012-02-01 в 19:19 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава тридцать первая.

- Ба! Знакомые все лица! – протянул Гарри по-английски, сложив руки на груди. Он все еще был зол – давно прошли те времена, когда его заставляли делать что-то без его на то согласия. Все, кроме Инсара.
- Прости, Аврелий, это была моя идея с порталом, - ответил Годрик, проходя вперед ос-тальных. За ним следовала Ровена, Хельга и тот седовласый человек, в чьей компании Гарри видел девушку в последний раз.
- Глупо, но отважно, - констатировал Гарри. – Впрочем, абсолютно в твоем духе.
Годрик улыбнулся, прошел вглубь кабинета и привычно сел за стол. Гарри с мнимой по-корностью устроился на диванчике, Хабиб молча присел рядом, прикасаясь бедром к бедру. Ос-тальные разместились на стульях. Девушка с неизвестным Гарри мужчиной – напротив. Как сразу Поттер заметил, она была «глубоко» беременной. Он старался не думать о ней. Воспоминания были обрывочными и неприятными.
Непрошенные воспоминания полезли в голову. В попытке успокоиться, Гарри глубоко вздохнул. Кажется, помогло.
Воцарилось глубокое молчание, Гарри вздохнул еще раз и произнес:
- Годрик, ты не мог бы одолжить мне что-нибудь накинуть? Меня не смущает присутствие дам, но сейчас все-таки не май месяц.
- Да, конечно. – Гриффиндор вызвал эльфа и вновь воцарилось молчание. Годрик, Ровена и Хельга во все глаза смотрели на Гарри.
«Еще бы», - подумал Поттер, вспомнив себя шесть лет назад. Теперь перед ними сидел не тщедушный молокосос, а взрослый развитой мужчина – оголенный торс ясно говорил об этом, а за последнее время он действительно поправился и уже не выглядел слишком худым. А может быть, они так уставились на его многочисленные резаные шрамы, пересекающие его торс вдоль и поперек, оставленные чьим-то лезвием еще шесть лет назад. Гарри теперь был довольно высок, с длинными не очень аккуратно расчесанными волосами, хотя и чистыми, щетина была уже недельной давности, грозя перерасти в бороду. Впрочем, Поттеру было глубоко наплевать, как он выглядит в глазах присутствующих.
Поттер ощутил волнение Хабиба и вопросительно взглянул на него.
- Господин, вы не могли бы опять наложить на меня заклинание перевода? – попросил Ха-биб, немного смущенно, так как все присутствующие обратили теперь внимание на него. Гарри с сомнением посмотрел в его глаза, а юноша пояснил: - Я не знаю этих чар.
- Не в этом дело, Хабиб. Просто… - Гарри не мог найти достойной причины, чтобы этого не делать. – Тебе будет сложно понять некоторые вещи, даже с чарами.
- Прошу вас, - юноша умоляюще посмотрел на Ракшаса, положив маленькую ладонь на его колено.
- Ладно. Но эти люди не должны знать ничего о нас, о тебе и прочем. – Хабиб моментально убрал руку с колена.
- Хорошо, только…
- Просто сиди и помалкивай, - предупредил его Гарри, изменяя чары, уже наложенные на него.
Вскоре на Гарри была одета сорочка Гриффиндора, несколько великоватая в плечах, и мантия.
- Благодарю тебя, Годрик за гостеприимство. Чем обязан такой чести быть вызванным в ваши покои, словно хозяйский домовик? – скривился Гарри. Голос источал сарказм. Принудительное перемещение всегда отрицательно воздействовала на его характер.
Гриффиндор глянул на жену, ища поддержки.
- Аврелий, послушай нас, - начала Ровена.
- Уже, Ровена, уже, - согласился Гарри, перебивая ее. – Тем более что выбора особого и нет.
Женщина поджала губы, пристально взглянула на него, чуть нахмурилась, и произнесла:
- Ты бы уже ушел, если бы тебе не было интересно. Так что это не только наш выбор, но и твой.
- Возможно, - уже более спокойно кивнул Гарри. – Но я и сам хотел навестить вас в бли-жайшее время.
Ровена с Годриком изумленно переглянулись. «Как в старые добрые времена», - подумал Гарри.
- Что ж, - вмешался незнакомец, - предлагаю хотя бы познакомиться друг с другом. Мое имя Филипп Азнауэрский, Аврелий.
- Весьма рад. Мы не встречались ранее?
- Мельком, - подтвердил Филипп, - более шести лет назад в моем поместье.
Гарри прищурился, вглядываясь в лицо мужчины, вызывая в памяти воспоминания. Но на ум приходили только недавние слова Инсара о том, что этот человек поможет им, разместив в своем замке. Именно в том замке, где держали Гарри после мнимого похищения.
И как только основатели могут доверять этому человеку, ведь он даже в данный момент помогает Инсару? Может ли сам Гарри быть откровенным при нем? Но, возможно, этот человек и не знает всей правды о Аль-Маджуси. Гарри не хотел думать о Филиппе, прощупав его разум лишь на поверхности и ощутив спокойствие, немного интереса и только. Впрочем, как они могли теперь доверять и ему самому, Гарри?
- Понятно. – Осталось поговорить лишь с Хельгой, но Гарри не желал с ней общаться. – С остальными присутствующими я уже имел честь быть знакомым.
Волшебник посмотрел Хельге в глаза. Она сглотнула, перевела взгляд на Ровену, а затем на Филиппа. Гарри почувствовал некоторую растерянность Ровенкло. Он начал смутно догады-ваться о причинах такого поведения.
- А это мой друг Хабиб, - представил его Гарри другим. Тот собирался встать, но Гарри придержал его. – Думаю, кивка будет достаточно, Хабиб. А это – Годрик Гриффиндор, полагаю, теперешний глава Хогвартса, его жена Ровена Ровенкло и Хельга Хафф…
- Леди Азнауэрская, Аврелий, - раздался мелодичный голос, перебивая его.
- Что? – не понял Гарри, переводя взгляд с Хельги на лорда Филиппа и обратно.
- Хельга теперь моя жена и уже долгое время мы живем в Хогвартсе, - пояснил Филипп, улыбнувшись жене. Многочисленные морщинки вокруг его глаз стали еще заметнее.
- С моей старшей дочерью, - добавила молодая женщина, опуская взгляд и положив ладонь на свой внушительный живот.
У Гарри дернулась губа – он не ожидал такого поворота событий. Значит ли этот факт, что именно по этой причине Годрик и Ровена доверяют Филиппу?
- Аврелий, - отвлекла его от раздумий Ровена. – Пожалуйста, расскажи нам свои планы относительно сложившейся ситуации.
- Сложившейся ситуации? – переспросил Гарри медленно. – Вот как? Скажи-ка, Ро, почему я должен что-то вам объяснять? Черт возьми, вас не было в моей жизни гораздо больше времени, чем было.
- Не было?! – взвилась женщина. Ее синие глаза потемнели. – Не было! А по чьей же вине мы сейчас сидим тут, а Салазар – неизвестно где вот уже столько времени?!
- Не надо обвинять меня и в исчезновении Салазара также! Я не мог тогда предвидеть все последствия! – разозлился Гарри, почти метая молнии глазами.
- Он любил тебя, Аврелий! И, я думаю, до сих пор любит и страдает гораздо больше твоего!
- Откуда тебе – вам всем – знать, насколько сильно я страдаю?! – Гарри едва справился с собой, чтобы применить магию. Его голос вибрировал от ярости. – И то был его выбор, Ро!
- Прекрати называть меня «Ро»! Я думала, мы друзья! Ты был для нас как член семьи, как брат! Мы столько в тебя вложили, а теперь я глубоко сомневаюсь, что сделали правильно!
- Я благодарен тебе, женщина, за все, что ты научила когда-то того мальчишку, коим я яв-лялся целую вечность назад, но, пойми, я больше не такой! НЕ ТАКОЙ!
- Женщина?! Да что ты вообще знаешь о…
- ДОСТАТОЧНО! – крикнул Годрик так, что, казалось, зазвенели витражи.
- …о любви и женщинах в частности, черствый сукин сын! – все же закончила орать пы-лающая праведным гневом Ровена.
- Вы, оба! – вновь попытался Годрик остановить эту словесную дуэль.
Гарри скрестил руки на груди:
- Мне кажется, я знаю о любви кое-что, Ровена. – Теперь его голос превратился из громкого в тихое, пробирающее трепетом тело, шипение, но вряд ли он даже обратил внимание на выкрики Годрика. – Как и о предательстве.
Воцарилось минутное молчание. Каждый шорох отдавался в висках Гарри, словно маленькие наковальни. Зря он вспылил, зря остался здесь, зря позволил втянуть себя в этот бессмысленный спор. Кроме того, у него имеются свои вопросы, более первостепенные, чем у Ровены.
- Прошу прощения, Ровена, - Гарри старался говорить ровно, но в голосе еще угадывались нотки негодования. – Мне стоило быть вежливее с тобой.
- Именно.
- Ровена! – прикрикнул Годрик.
- Годрик, я не могу относиться к Аврелию, как прежде, - начала вновь волшебница, но уже гораздо спокойней. – Я правда переживаю и сочувствую ему – такое не на каждом шагу встречается. Но я скажу ему все, что сказала бы любому другому мужчине. В конечном счете, вы – мужчины – такие же, как остальные люди.
Гарри хмыкнул на это заявлению.
- Только с иными гениталиями, - добавила она.
Хельга коротко нервно рассмеялась. Хабиб тоже. Гарри кинул на последнего предупреж-дающий взгляд. Юноша стыдливо опустил глаза и мгновенно успокоился.
- Весьма ценное замечание, Ровена, - протянул Гарри, обратив внимание на старшую женщину. – Но такими темпами мы не продвинемся ни на йоту к какому-либо решению еще очень долго. Возможно, мне следует знать, что вы хотите от меня конкретно.
- Я ничего не…
- Мы хотим, - перебил Годрик свою жену, - чтобы ты всё вспомнил и вернул Салазара. Не обязательно в этом порядке.
- А почему ты думаешь, что я еще не всё… - Гарри взметнул брови вверх.

URL
2012-02-01 в 19:22 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Мужчина прервал и его:
- Потому что у тебя вопросов больше не было бы, а я читаю по твоему лицу их сейчас. Нет, я владею Легиллименцией на уровне скучечервя, Аврелий. Просто вспомни те вещи, которые ты видел в моей голове недавно и ты поймешь, почему я говорю это. Мы друзья с тобой гораздо лучшие, чем ты позволяешь себе думать. И, в отличие от моей жены, я все еще думаю, что поступил правильно, когда помог тебе тогда покинуть Хогвартс. Я знаю, ты не любишь эти бесконечные «если бы», но… - он развел руками, - …но если бы ты не оказался в этой ситуации, ты не стал бы таким, каков ты есть.
- Беспощадным убийцей? Черствым сукиным сыном? – Гарри старался вложить в голос безразличие, даже пожал плечами для создания пущего эффекта. – Или предателем?
Он перевел взгляд на Хельгу – она закрыла лицо ладонями. Отчаяние вырывалось из нее, смешиваясь с эмоциями самого Поттера. Он давно отучился остро реагировать на чужое проявление чувств – теперь они проходили сквозь него, никак не оседая в нем, кроме самого факта наличия оных. Этот вопрос вызвал в ней волну боли. Что бы там не случилось в прошлом, решил Гарри, это не имеет уже никакого значения. Может, это и был поспешный вывод, но то, что чувствовала молодая женщина сейчас – достаточно правдиво.
- Не только им, ты судишь однобоко, - возразил Годрик. – И ты не сможешь шокировать нас этим признанием, потому что мы все узнали многое о тебе еще шесть лет назад, Аврелий. Обо мне говорят то же самое – в наши времена нельзя иначе… Я не знаю как именно, но тебе придется убить еще и нашего общего знакомого.
- Почему вы не допустите мысли о том, что я теперь с Инсаром добровольно? Быть может мне больше не хочется возвращаться ко всему… - Гарри обвел рукой по воображаемой дуге, - … этому?
- Ты заставляешь себя это говорить, - помотал печально головой Годрик. – Поверь, я долгое время следил за Аль-Маджуси еще тогда. Если бы ты действительно был лоялен к нему, нас бы уже здесь не было.
Гарри прищурился:
- А сентиментальность? Может, из-за нее я даю вам шанс жить.
- Прекрати, Аврелий, - встряла Хельга, убрав руки от лица. Голос стал сиплым, глаза покраснели. Ее муж утешительно обнимал ее одной рукой. – Ты не такой, каким хочешь показаться нам.
Гарри краем глаза увидел немой кивок Хабиба. Поттер впервые встретился взглядом с лучистыми глазами Хельги Хаффлпаф и внезапно многие провалы в памяти начали восстанавливаться, словно разрозненные кусочки мозаики складывались в общую картину. Казалось, эти кусочки всегда были где-то на задворках сознания, но теперь он смог разглядеть их настолько последовательно и ясно, словно события произошли только вчера.
Ну да – она предательница, но кому теперь интересно это? Кто страдает? Ответ очевиден: Салазар, о котором у Гарри имеются почти такие же кусочки мозаики. И плюс к этому имеется несколько ясных воспоминаний из головы Годрика, да несколько кусочков собственных, особенно ярких картинок, ощущений.
Предательница… Стоит ли ее осуждать за страсть, любовь и желание? То, что она сделала – неправильно, корыстно и… и Гарри не может осудить ее за это, ведь они с ней так похожи. Он не мог мстить Хельге. За что? За свою собственную глупость?
Он почувствовал себя скверно – этот урок жизни трудно дался ему. Но он был необходим.
- Они не знают, так? – спросил Гарри у девушки, кивнув на Годрика с Ровеной. Хельга должна понять – глаза Гарри спрашивали: «Они не знают о том, что именно ты завела меня в ловушку?».
- Нет, - ответ ясный, лаконичный. Гарри понял – глаза Хельги отвечали: «Они не знают ни о чем».
- О чем вы? – подозрительно вмешалась Ровена, кидая взгляды то на одного, то на другого. Но Хельга смотрела лишь на Гарри.
«Ты вправе рассказать им. Я так виновата», - прочел Гарри в этой бездонной голубизне.
Гарри кивнул:
- Это только между нами, Ровена, не стоит ворошить прошлое.
- Так что теперь будешь делать, Аврелий? – вновь появившаяся лукавая улыбка Годрика была направлена на Гарри.
- Разбираться со всеми вами, конечно же, - фыркнул Гарри, думая о Салазаре.
- Ав… - Хабиб прочистил горло и с акцентом, но вполне сносно, произнес, - Аврелий, вы собираетесь остаться в этом замке?
- Нет, Хабиб, я…
- Что? Почему?! – удивился Годрик.
- Успокойся, Годрик, так надо.
- Черта с два ты куда-то двинешься с этого места! Я так долго тебя искал, а на портал ты больше не «купишься»! – взорвался Годрик. Он даже вскочил с кресла, словно ошпаренный, и вытащил волшебную палочку. Гарри почти слышал «Остолбеней» в его мозгу.
Хабиб испуганно вскрикнул и ошарашено посмотрел на Гриффиндора, представляя на его месте еще тепленький труп, вспоминая недавнее нападение. А Гарри так и не сдвинулся с места.
- Разумеется, не «куплюсь», - Гарри вновь фыркнул, почти развеселившись этому моменту. – Убери ее, Годрик. Ты же знаешь, что на меня недолго действует «Остолбеней». Если честно, то ты последний, кто сумел применить это заклинание на мне, но, как помнишь, это было еще когда я был зеленым юнцом… И, потом, мальчика ты тоже собираешься обездвижить после меня? Надеюсь, ничего этакого ты не задумал?
Ровена неуверенно также достала палочку, но не спешила ее поднимать на Гарри.
- Ровена, образумь своего мужа, будь добра, - добавил Гарри, не уверенный, что она по-слушает его. Как в воду глядел – она с вызовом приподняла голову.
- Я не отпущу тебя, пока ты не вспомнишь абсолютно все, - помотал головой Годрик.
- Перестань притворяться инфантильным, - вздохнул Гарри. – Ты не сможешь остановить меня.
- Ракшас? – Гарри вздрогнул от звука этого имени. Казалось, на мгновение он забыл, кто он и зачем он здесь. Он нахмурился – Хабиб забывается, хорошо еще, что тот сказал это на родном языке, а ранее даже назвал его как все присутствующие – Аврелием.
- Ты ведь не забыл, что должен молчать? – прохладно ответил Гарри по-арабски.
- Не забыл. Простите меня, господин, - умоляюще взглянул на него юноша, - но я не хочу, чтобы кто-то пострадал. И, кроме того, вы сами не хотите этого. Просто по каким-то причинам вы не позволяете себе быть самим собой или желаете потрепать им нервы. Вы ведь все равно останетесь здесь на некоторое время. Несложно сказать им это, они будут рады.
- Мы много уже говорили об этом, милый – я такой, какой есть и иного не дано.
- Тогда сделайте это для меня… Я очень хочу есть, а если вы будете перепираться с этими людьми еще столько же времени, когда вы обратите на меня внимание, тут будет сидеть уже мой хладный труп и тогда я не смогу сделать вам «хорошо».
Гарри рассмеялся этому заявлению, привлекая к себе удивленные взгляды.
Хабиб улыбался – сегодня потрясающий день, даже не смотря на разговоры о каком-то Салазаре. Но ведь того сейчас нет? И вот это уже просто здорово. Хабиб старался не думать о других, кто проводит время с его – сейчас – Ракшасом. Однажды он получил жестокий урок, стоило только заикнуться о тех, с кем проводит время его господин. Хабиб не имел права ревновать, он понимал это… но сердце каждый раз больно сжималось, а в животе неприятно что-то скручивалось, стоило ему подумать о тех ласках, которые Ракшас мог дарить Инсару, которого Хабиб боялся до ужаса, и… и другим.
Смех Гарри быстро испарился, потому как больше никто не понял всю ситуацию и их с юношей слов. Тогда Гарри расслаблено откинулся на спинку дивана и лениво протянул:
- Мерлин, Годрик! Тебе стоит поблагодарить моего невольного спутника – он уговорил ме-ня остаться хотя бы до ужина.
Годрик сел обратно в кресло, убирая оружие:
- Хотел бы я иметь в арсенале такие же доводы, какими воспользовался молодой человек.
- Поверь, ты не захочешь ими воспользоваться, - опроверг Гарри.

URL
2012-02-01 в 19:25 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава тридцать вторая.

После непритязательного обеда Годрик позвал Гарри прогуляться по замку. Хабиб с энтузиазмом отправился осваивать новые территории самостоятельно. Ровена занялась школьными делами, а что делает Хельга с супругом, Гарри было не очень интересно.
- Годрик, расскажи мне обо всем случившемся после моего исчезновения, - попросил Гарри сразу после того, как они оказались наедине. Навстречу им никто не попадался – ученики были на уроках, но, судя по всему, Годрик не торопился куда-либо.
- Случилось так, Гарри, что мы с Салазаром крупно поругались на следующее же утро после того, как ты отправился к Аль-Маджуси. Этот дурак, именуемый моим другом, исчез в неизвестном направлении на несколько дней. Когда я решился идти за вами с Хельгой один, спустя семь ночей, как ты просил, мы встретились по пути к долине Рельвейн. – Годрик вздохнул. – Мы опоздали - Аль-Маджуси создал такую защиту, которую нам не в силах было обойти. Проторчали на границе три дня и только напрасно потеряли время. Салазар рвал и метал, потому здравая идея, как проникнуть в замок, пришла к нему лишь спустя это время. Эта чертова сфера! Прости, Гарри, мы…
- Это я ее наложил, - скривился Гарри, припоминая. – Но это была не моя идея.
- Да, мы так и подумали. Этот Аль-Маджуси толковый парень, но не на столько, чтобы суметь до такой степени расширить Фангоровы чары. Не представляю, как тебе удалось это сделать.
- Ничего интересного, Годрик, - они двинулись вниз, к подземельям – к удивлению Гарри. – Я смутно помню те дни.
- Может, на тебя наложили чары забвения? – предположил мужчина, спускаясь по лестнице.
- Не уверен. Хм, постой-ка, наложи на меня самые мощные чары, которые ты знаешь, от различных проклятий.
- Пожалуйста, - и он произнес длинное заклинание на древнем наречье.
Спустя минуту.
- Ничего, - вздохнул Гарри, - только чары для зрения исчезли.
- Помочь?
- Нет, я уже.
- Наверное, лучше спросить у Ровены… Расскажи, как именно получилось, что ты связался с этой мразью?
- Ты видел мои шрамы, - коротко ответил Гарри.
- Ты сломался?
- Нет, - Гарри покачал головой. Его голос был хриплым. – Я не знаю до сих пор, что именно произошло. Хм, еще несколько дней назад я и не подозревал о вашем существовании, все было легко и понятно. А теперь… Прости, Годрик, кажется я начинаю нести чушь. Когда я видел Инсара в последний раз, я был твердо уверен, что он – тот самый мужчина, который… Что с тобой?
Гриффиндор подавился воздухом и теперь закашлялся.
- Прости, - прохрипел Годрик, восстанавливая дыхание, - ты некоторым образом упомянул о не совсем платонических отношениях с… Инсаром?
- Мерлин, как ты корректен! Так ты еще не догадался об этом? Ну, да – я спал с ним.
- Как видишь, - кисло ответил Годрик. – Когда ты найдешь Салазара, он порвет тебя на части.
- Не могу ничего сказать в свое оправдание, да оно тебе и не нужно, - Гарри пожал плечами. Его не интересовало мнение Годрика по этому поводу. Каждый раз – кроме некоторых момен-тов – это было замечательно, пусть и не совсем так, как Гарри того хотел. Что Годрик подумает, если ему станут известны и другие подобные новости? Например, о том, что Гарри приходилось выделывать с другими людьми. И трахнуть их – было самое безобидное.
- Если, как ты говоришь, он убьет меня, то я ему безразличен, - продолжил Гарри. – Вооб-ще, почему ты уверен, что он хочет, чтобы его нашли?
- Мне не нужно твое оправдание – это правда, - подтвердил Годрик, спускаясь еще ниже на один уровень. – Так ты не помнишь о Салазаре, иначе бы не спрашивал меня о таких вещах.
- Местами. Знаешь, сегодня, когда я увидел Хельгу, я кое-что вспомнил о ней. Возможно, именно личная встреча с ней послужила толчком для воспоминаний. С Салазаром все намного сложнее. Твои воспоминания, кое-что из моих собственных, но нет четкой, реальной картины.
- Значит, как я и говорил, тебе просто нужно вначале разыскать его.
- Посмотрим. Так вы так и не пробрались в замок лорда Азнауэрского?
- Отчего же? Пробрались – на следующий же день, как Салазар додумался как это сделать, - грустно кивнул Годрик.
Гарри внезапно почувствовал, что Годрик не хочет говорить об этом, потому его любопыт-ство разгорелось еще сильнее.
- Надеюсь, ты не собираешься щадить мои чувства? Выкладывай все как есть, - попросил Гарри.
- Я не знаю всего, Гарри. Мы с Салазаром разделились в замке, дабы найти вас с Хельгой быстрее. Я полагал, что вы с ней в подземелье, но наш лорд Слизерин заупрямился и отправился куда-то на верхний этаж, велев мне самому лазить по грязным камерам, - Годрик вновь замолк.
Они шли медленно, поворачивая и спускаясь на нижние ярусы. Гарри ждал, следуя чуть позади мужчины, но не вытерпел.
- Ты доверяешь лорду Филиппу?
- Я понимаю, почему ты спрашиваешь, но – да, доверяю, - ответил Годрик.
- Хорошо, а я верю тебе… Как вы попали в замок? Фангоровы чары невозможно обойти, если только вас не позвали.
- Именно. Салазар послал письмо Аль-Маджуси. Я не знаю точного его содержания, но Инсар, как ты его называешь, пригласил Салазара в замок. Мне удалось пройти с ним под покровом мантии-невидимки. Мы заколдовали сопровождающих нас в замок магов и затем разделились, как я уже упоминал. – Годрик вздохнул. – Спустя всего несколько минут Салазар нашел меня. Мерлин… мне трудно вспоминать, но он выглядел почти инферналом. Такой мертвецки бледный, даже я это заметил сразу.
- Ты, конечно, преувеличиваешь.
- Физически он был жив, если ты об этом. Но он был раздавлен и… я не могу описать этого, Гарри, - помотал головой Годрик. – Представь себе все самое дорогое, чем ты дорожишь, а потом – как будто все ежеминутно потерять.
- Ты узнал, что случилось? – Гарри спросил автоматически, но уже знал ответ мужчины.
- Нет. Я думал, ты прояснишь этот момент.
- Увы. Что случилось дальше?
- Он заставил меня вернуться в Хогвартс, мы опять крупно поссорились. Он не пожелал мне ничего объяснять, чертов гордец! Лишь пробормотал, что Хельга уже должна быть здесь и мне незачем так волноваться. Признаться, я…
- Да?
- Я побоялся спросить его о тебе. Впервые я испугался своего друга.
Гарри неверяще посмотрел на широкую спину Годрика, тот как будто почувствовал этот тяжелый взгляд и обернулся:
- Это правда, Гарри. Он выглядел так, словно хотел растерзать меня в клочья голыми ру-ками, как кобра.
- Змеи проглатывают добычу целиком, Годрик, - возразил Гарри, желая отвлечь немного друга от тяжких воспоминаний. – И, конечно же, у кобр нет рук.
- Пф… Он просто готов был убить. Возможно, не конкретно меня, но все же… - и Годрик покосился на Гарри.
- Ты думаешь, это его состояние как-то связано со мной? – удивился Гарри.
- Ты думаешь, человек, который каждую свободную секунду думает о тебе, может так легко отказаться от тебя? – переиначил Годрик. – Ты думаешь, человек, который дольше недели не встречался с другими до тебя, способен думать о чем-то еще? В ту ночь он сказал тебе о своем намерении сделать тебя своим супругом. А в следующий момент ты исчезаешь из его жизни. Так как думаешь, это его состояние как-то связано с тобой?
В конце монолога голос Годрика источал неприкрытую иронию. Кажется, он действительно разозлился на Гарри.
- Угу… Так как Хельга вернулась? – перевел Гарри тему.
- Портал, - бросил Годрик и резко развернулся, идя широкими шагами.
Гарри помотал головой: Годрик слишком импульсивен. Что ж, нужно сменить тактику.
- Годрик, постой! – догнал его Гарри и тот действительно резко остановился.
- На этом месте я видел Салазара последний раз – издалека. И еще до этого – несколько раз, на этом же уровне, после того, как он ушел. Это было примерно спустя три месяца после известных тебе событий. К тому времени он стал похож на живой скелет и его волосы… в общем, ты увидишь, когда найдешь его.
«Ты неизменный оптимист, Годрик», - подумал Гарри, опасаясь распылить мужчину еще больше.
- Я не отказываюсь, - предупредил его Гарри, - но разве не ты у нас первоклассный следопыт?
- Похоже, моих знаний здесь недостаточно. Доверься своей интуиции и не сомневайся ни на миг, что это невозможно.
- Что?! Сейчас?! – изумился Гарри. Он не готов был к такому повороту событий, он не мо-жет встретиться так скоро с Салазаром из-за… из-за многих вещей. Да, в самом деле. Сейчас он должен вернуться в Дурмстранг, навестить Олафа, который даже не знает, что Гарри нет в замке. А ведь Поттер обещал ему, что он не бросит лорда Монтана с семьей пока не разберется с защи-той. Кстати, о защите…
- Почему нет?
- Потому что! - рыкнул Гарри, не в силах произнести вслух ту единственную причину, которая терзает его.
- Кто-то обвинял меня в инфантильности.
- Р-р, Годрик, просто поверь – сейчас я не в том состоянии, чтобы сделать это!
Гриффиндор наклонил голову вбок:

URL
2012-02-01 в 19:26 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Это из-за мальчика?
- Какого мальчика? – удивился Гарри.
- Хабиба?
- Нет! – Ну как объяснить Гриффиндору, что в сердце Гарри поселился неясный страх перед встречей с Салазаром? – Причем тут вообще Хабиб?!
- Ты ему слова не давал сказать, когда мы сидели там! – Годрик махнул рукой вверх. – Кто он, Гарри? Почему ты явился с ним, да еще в таком виде, словно перед этим ты… ты…
- …спал с ним перед перемещением? – подсказал Гарри, тяжело дыша. Его ноздри раздувались от гнева. – Полагаю, остальные вопросы отпадают в связи с этим?
- Мерлиновы яйца и он - тоже! Он же в сыновья тебе годится! И он – еще совсем мальчик! - вскричал Годрик.
- Это ты хватанул, Годрик! Он давно уже… Черт, почему я должен обсуждать это с тобой?! – Гарри сжал руки в кулаки. – Я сам разберусь со всеми своими многочисленными любовниками.
- Ты ведь не собираешься причинить Хабибу вред? – испугался Годрик.
- Мерлинннн, - протянул Гарри, проведя пятерней по собственным волосам, - я не имел в виду «убивать»! Мне нравится Хабиб, ясно? Я всего лишь хочу освободить его и сделать счастливым – без меня.
- О. Так ты уже все решил до того, как я тебя заставил появиться здесь?
- Многое, - поправил его Гарри.
- Так почему ты не хочешь сейчас искать Салазара?
- Пф, Годрик! Если дела с ним обстоят так, как ты говоришь, то он ни за что не отпустит меня обратно, ясно тебе? По крайней мере, я именно так бы и поступил. А мне во что бы то ни стало нужно на некоторое время вернуться к Инсару, пока он доверяет мне.
- Но Салазар должен знать, что все не так, как он думает!
- Мы не знаем, что именно он думает!
- Я не согласен с твоим решением, - сдался Гриффиндор.
- И я тоже не согласен с тобой.
- Хотя бы в этом мы согласны, - улыбнулся Годрик.

URL
2012-02-01 в 19:26 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава тридцать третья.

- Господин! – обрадовался Хабиб, как только Гарри, вместе с Годриком, вошел в главный зал Хогвартса. Было уже достаточно поздно. Более в зале никого не было.
- Аврелий, - поправил его Гарри, изучая сияющее лицо юноши.
- Простите, - потупился тот, но пристыженным он не выглядел все равно – на устах царила шальная улыбка.
- По каким причинам твоя физиономия так сверкает?
- Сверкает? – удивился он, Гарри кивнул. – Этот замок потрясающий, Аврелий! Я побывал в загоне гиппогрифов. Представляешь, там скоро будет пополнение, а ведь эти животные очень плохо размножаются в неволе…
Годрик нахмурился при виде юноши, но молча слушал их диалог, думая о Гарри, о том, что ему пришлось испытать за эти бесконечные шесть лет одиночества. А то, что тот был одинок, не могло укрыться от Гриффиндора – хотя он и не обладал в достаточной степени сообразительностью, но присущая ему интуиция и наблюдательность не могли солгать. Кроме того, сегодня Гарри интересовался у него многими вещами и людьми, кроме самого Салазара Слизерина. То, что рассказал Аврелию Годрик – результат стараний самого Годрика. На первый взгляд, это могло означать, что тот не хочет знать что-то о своем бывшем любовнике, что тот преследовал какие-то свои безвестные цели, но, отбросив злость на Гарри за это, Гриффиндор постепенно дошел до той мысли, которая успокоила его разум.
Просто Гарри боялся.
Боялся встретиться с Салазаром, боялся, что тот его не поймет, отвергнет, откажется, как отказался от него тогда, в замке лорда Филиппа. И, более того, сам Гарри не мог даже себе объяснить, что же могло случиться, если безумно влюбленный Слизерин внезапно оставляет попытки вернуть Аврелия, когда он был так близко, и, возможно, нуждался в его участии как никогда ранее?
«Он больше не нуждается во мне», - кинул Салазар на бесконечные вопросительные взгляды Годрика об Аврелии сквозь спешное возвращение в Хогвартс. С тех пор это была запрещенная тема в разговорах в присутствии Салазара. Впрочем, такой статус она носила месяца три, не больше, пока этот высокомерный глупец не исчез. Слава Мерлину, его другу хватило ума предупредить их с Ровеной об этом.
Тогда они все – вчетвером – сидели на кухне, как Салазар просто остро посмотрел на Годрика с его женой, не удосужившись, как обыкновенно, окинуть равнодушным взглядом Хельгу, и произнес: «Я покидаю вас. Не пытайтесь меня искать. Надеюсь, мою должность алхимика займет не полный простофиля». Ножки стула неприятно скрипнули, словно чем-то царапнули в мозгу Гриффиндора, и мужчина стремительным шагом направился к выходу.
Ложка Ровены со звоном упала обратно в тарелку, Хельга прикрыла глаза, смотря на одну известную ей точку на деревянном столе, а Годрик резко выкрикнул, содрогнувшись от собственного голоса, ставшим вдруг фальцетом: «Почему? Зачем? Когда ты вернешься?»
Салазар с охотой развернулся, казалось, он ждал любого повода сделать это. Его бесцветный взгляд на мгновение озарился, но это проявление эмоций было обманчивым – пламя в очаге вдруг вспыхнуло с новой силой. Белоснежная кожа, наоборот, выглядела, тускло и серо. Он не смотрел ни на пытающуюся взять себя в руки Ровену, ни на своего ожидающего ответа друга. Его ледяной взор несколько секунд колол лицо мисс Хаффлпаф.
Годрик и сейчас содрогнулся, вспоминая этот взгляд – высасывающий душу, эмоции, любые слова – да что там! – даже способность шевелиться и дышать. И Годрику показалось, Салазар смотрел не только на будущую леди Азнауэрскую. Годрик считал свой поступок относительно Аврелия правильным, но это ни в коей мере не умаляло вину Гриффиндора перед Салазаром. Вот и Хельга – хотя она так и не посмотрела на алхимика – замерла, словно прекрасное мраморное изваяние, до тех пор, пока его стремительные шаги перестали раздаваться эхом в пустых коридорах замка.
- О, Аврелий! Тебя-то я и искала, - в Большой зал вошла Ровена, улыбнувшись мужу.
- Да? – чуть прохладно отозвался Гарри, припоминая несправедливые обвинения женщины.
- Ранее ты упомянул о том, что сам хотел навестить нас, если бы не Годрик со своим порталом… - Упомянутый всуе возмущенно сложил руки на своей внушительной груди. - …То так бы и произошло, - спокойно продолжила Ровена.
- О, да, - Гарри вспомнил изначальную цель своего визита в Хогвартс. – Нам необходима профессиональная консультация по поводу установления защиты замка извне.
- Нам? – удивилась Ровена, но затем нахмурилась, поджала на секунду губы и продолжила: - Если это для Аль-Маджуси, можешь больше не рассчитывать на мою…
- Не продолжай, Ровена, если не хочешь продолжения недавнего спора, - предупредил ее Гарри, не собираясь распространяться об истинных причинах своего вопроса. Он не привык отчитываться, тем более перед женщинами. – Так ты не поможешь мне?
- Почему я должна помогать?
- Ровена, - Годрик обратил ее внимание на себя, опережая резкие слова Гарри. – Я доверяю Аврелию, и если он просит помочь ему, то я сделаю это, как делал всегда.
- Так ты на его стороне? – казалось, она сейчас прожжет дыру в своем муже.
- Я все еще зде…
- Я ни на чьей стороне, - перебил Гриффиндор Гарри, нежно взяв жену за предплечья, кинув на мгновение извиняющий взгляд на младшего волшебника. – Просто отныне мы должны принимать в расчет и Аврелия. Ты ведь не знаешь всех причин, по которым он делал и только собирается сделать те или иные вещи.
- О, Годрик, только не надо давить на жалость, - с сарказмом вклинил Гарри. – Я вовсе не нуждаюсь в ее понимании этих самых «вещей».
Огонь в глазах Ровены от слов Годрика начал убавляться, но от слов Аврелия она вновь запылала:
- А на меня и не подействует жалость, - почти сквозь зубы процедила женщина, - но все же я хотела бы знать причины, почему ты интересуешься защитой Хогвартса. И, прежде чем ты вновь скажешь, что это не мое дело, я предупрежу: этот замок – единственное сейчас безопасное место для нас, в том числе и для Салазара.
- Я не собираюсь обнародовать эту информацию, - также процедил Гарри. Нет, он ни за что не отступит от своего «я».
- Возможно, - согласилась волшебница. – Но это не означает, что этим самым ты не поможешь своему… - она помедлила, подбирая слово, а затем почти выплюнула, - … господину.
- Все, с меня достаточно, - признал Гарри, больше не в силах терпеть выходки Ровены. Он понимал, почему она не доверяет ему, но ничего не мог поделать с собой, не мог сам довериться ей, предполагая, что она не сможет понять его стремления. А сейчас пусть они лучше думают, что он сдался и позорно ретировался с «поля боя», чем это гипотетическое поле превратится во вполне реальное – его терпение не безгранично, он уже чувствовал, как на кончиках пальцев пульсирует истинная Магия, готовая вырваться наружу. – Мы уходим, Хабиб.
- Но ведь мы… - юноша растеряно смотрел на Ракшаса.
- Сейчас же! – взорвался Гарри и направился к выходу широкими шагами. Мантия не поспевала за ним, развиваясь позади него парусом.
- Аврелий, подожди! – Годрик вышел из ступора, но Гарри уже приближался к дверям, по его пятам быстро семенил юноша. – Стоять!
И Гарри почувствовал, как мимо пролетело заклинание, запечатывая двери из большого зала. Не в силах сейчас подыскивать контрзаклятие – все силы уходили чтобы не «взорваться» буквально – он выдавил:
- Открой.
- Ой, вы светитесь, господин… - округлил глаза Хабиб, отступая от того.
- Неужели? – издевательски спросил Гарри, накинувшись на ни в чем неповинного юношу, но его отвлекла Ровена.
- Успокойся, Аврелий, - ее голос дрожал, но Гарри с удовольствием заметил, что это было вызвано не только злостью, но и толикой страха. Казалось, это стало последней каплей, переполнившей его чашу терпения на сегодня. Его тело мелко завибрировало, не подчиняясь разуму.
Нет, нет, он не должен, не должен выходить из себя!
«Успокойся, успокойся», - твердил Гарри себе под нос, спешно накладывая самые мощные щиты, отгораживаясь от мыслей и эмоций извне.
Что-то горячее потекло из его носа от перенапряжения, ноги стали ватными, но в следующий момент мир все равно вспыхнул перед его глазами белой ослепительной вспышкой, унося сознание из его тела, но уже после мимолетной мысли о его глупости – он мог бы просто уйти тропою эльфов.
♂♂♂
Гарри резко открыл глаза и тут же прикрыл их, по обыкновению ожидая ярких вспышек от окружающих его людей, либо от назойливых лучей солнца, льющихся из окна отнюдь не радостно. Но к его удивлению ничего подобного он не ощутил, потому он приподнял голову и огляделся.
- Обычная палата, - констатировал он, которая к тому же была погружена почти в совершеннейшую темноту – окно было плотно задрапировано несмотря на время суток, царившее за ним. В общем, была уже глубокая ночь, не отличавшаяся полной луной.
Ничего не обычного он не увидел, но вот какой-то приятный цветочный аромат улавливало его обоняние. Он глубже втянул воздух носом, почти наслаждаясь. Что-то знакомое, но едва уловимое, уже почти развеявшееся.
Чуть подивившись, Гарри равнодушно откинулся вновь на мягкую подушку, решив оценить свое физическое состояние, но вдруг в комнату бесшумно вошла Ровена, неся в руке какой-то флакончик, а в другой была зажата волшебная палочка, мерно сияющая на конце.
Они встретились взглядами и женщина, вздрогнув от равнодушия зеленых глаз, чуть нервно, произнесла:
- Сигнальные чары. Прошло примерно восемь часов. – Короткие предложения. Лишь факты. – Это зелье поможет восстановить твой магический баланс, ты слишком много выбросил магии вечером. Полагаю, последние месяцы ты не слишком много колдовал, так?
Гарри пожал плечами, но зелье принял и тут же проглотил одним глотком, даже не удостоверившись в его качестве.
- Я думала, ты не доверяешь мне, - она забрала флакончик, чуть приподняла его, и поставила на прикроватную тумбу.
- Отчего же? Ты вправе думать так, как хочешь, и говорить, что пожелаешь, тем более, если это правда.
Ровена лишь отрицательно чуть мотнула головой. Кажется, конфликт был исчерпан, но она не привыкла оставлять даже малейшие недосказанности.
- Часто такое случается с тобой? Я не из любопытства спрашиваю, просто в последний раз я видела тебя таким… ощетинившимся, когда только появился в замке. Это не слишком положительно влияет на окружающих людей и на тебя тоже. Я… я беспокоюсь о тебе.

URL
2012-02-01 в 19:31 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Гарри вздохнул:
- Не нужно оправдываться.
- Ты щедр, - потупила взгляд Ровена, - ведь я сама не далее как несколько часов назад требовала от тебя оправданий. Я не должна была…
- Просто забудем, Ровена, - надавил Гарри.
- Спасибо, - они помолчали, так что женщина уже было решила, Аврелий так и не ответит на ее предыдущий вопрос, как в следующий момент услышала:
- Это не случается очень часто. Собственно, мне удается разрядиться до того, как это происходит…
- Разрядиться?
Гарри лапидарно уточнил:
- Секс. Много и качественно.
- О.
Гарри усмехнулся, но тут же принял более серьезный вид:
- Да и колдую я, исключая последние пару месяцев, часто и усердно. Сегодня – лишь исключение, Ро… Прости – Ровена, - поправился он. – И ты права – я помню несколько моментов, когда мне было чертовски плохо, но в последний раз я «взрывался» еще здесь. Так что… - он пожал плечами, показывая, что это не стоит ее беспокойства.
- Благодарю тебя, что поделился этим со мной, - робко улыбнулась Ровенкло.
- Не нужно благодарить меня каждый раз, когда я отвечаю тебе, - издал смешок Гарри. - Я ведь не кусаюсь.
- Только буквально взрываешься магической энергией. Это, знаешь ли, неприятно.
- Мне стоит извиниться?
- Не могу заставлять тебя сделать это, - улыбнулась Ровена. Теперь она вела себя более непринужденно, чем когда-либо, даже тогда.
- Прошу прощения, Ровена, - просто сказал Гарри, но тут же нахмурился и приподнялся с постели: - Ты упомянула что-то о влиянии моего «взрыва» на других.
- А, это, - Ровена чуть помедлила, собираясь с духом. – Только не волнуйся, пожалуйста…
- Что случилось?! – потребовал ответа Гарри, стараясь не кричать. Ровена чуть отстранилась от него – видно не сильно хорошо получалось не повышать голос.
- Знаменитые витражи Салазара в Большом зале все, как один, превратились в прозрачный песочек, который тут же разнесло ветром Мерлин-знает-куда. Так что они восстановлению не подлежат. – Она замолчала, но Гарри видел, что это еще не все новости. Она вздохнула: - Годрик успел наложить оградительные чары, так что на нас осколки не попали.
- Что с Хабибом? – требовательно спросил он, предчувствуя плохие новости, но тут же одернул себя: если с ним случилось что-нибудь серьезное, то Ровена в первую очередь сообщила об этом.
- Не волнуйся, он отдыхает в соседней палате. Мальчик получил щедрую порцию осколков, но я уже подлатала его, так что с ним все в порядке. Только он был напуган.
- Слава Мерлину, - успокоился Гарри. – А почему на мне ничего такого нет?
- На тебя тоже летели осколки, вот только при приближении они как бы плавились и… испарялись что ли – так и не достигнув тебя.
Они на минуту погрузились в молчание, пока Гарри не спросил:
- Годрик тебе сказал, где я живу сейчас?
- Не конкретно, но я поняла, что очень далеко.
- Это место называется Дурмстранг, Ровена. Его правитель, опуская его многочисленные имена, лорд Монтан. Я поклялся защитить его замок и семью от Инсара, и от других захватчиков, в том числе и от себя.
- Непривычно слышать от тебя не «Аль-Маджуси», но «Инсар».
- Когда-нибудь я отучусь это делать, - пообещал Гарри, искренне надеясь на это, - но сейчас слишком рано.
- Почему? – спросила волшебница, но тут же удивленно широко раскрыла глаза. - Ты собираешься вернуться к нему?
- Я должен осуществить то, что мне предначертано. Помнишь свои слова о выборе? – Женщина кивнула. – Так вот, я всегда их помнил, даже когда забыл их автора.
- Я… понимаю. Но ты ведь вернешься?
- Если смогу. Если меня здесь будут ждать, - осторожно ответил он и усмехнулся, но не зло, а скорее, грустно. – Подумать только, мы говорим друг с другом вполне сносно, а раньше ты могла меня выносить лишь только когда что-нибудь вдалбливала заумное в мою голову, но в остальные моменты ты постоянно цеплялась ко мне. Неудивительно, ведь ты постоянно ревновала меня к… к Салазару. – Гарри едва ли не впервые за долгое время сам заговорил о Лазаре, и он понимал это.
- Эй! – Ровена притворно стукнула его. – Он мой друг, я не могу ревновать его.
- Еще как можешь, - засмеялся Гарри, хотя глаза все так же оставались грустными. - Раньше его дружба безраздельно принадлежала вам с Годриком, а потом появился я, постоянно крутящийся под его боком, как назойливая собачка.
- Не совсем под боком. Скорее – рядом и не более чем он – рядом с тобой. Он даже больше показывал свои чувства к тебе перед нами, чем ты.
Гарри притворно застонал:
- И мы опять пришли к тому, что я – как это ты сказала? – «черствый сукин сын». И, прежде чем ты вновь начнешь извиняться – так оно было и есть. Сегодня ты стала свидетельницей, что случается, когда я не держу себя в руках. Это, увы, непозволительная роскошь для меня.
- А я и не хотела извиняться, - хитро пожала плечами Ровенкло, но затем вспомнила, что именно она хотела спросить своего полуночного собеседника. – И что, этот самый лорд Монтан стоит того, чтобы ты шел против себя, придя сюда?
- Еще как стоит. И не только он, а также и сам замок, само место, на котором стоит Дурмстранг. – Гарри с энтузиазмом сел на кровати. - Ты не представляешь, какое это удивительное место, Ровена…
Спустя пять часов, когда лучи солнца уже вовсю пытались пробиться сквозь плотные портьеры, а Ровена с все не исчезающей энергией наматывала очередной круг возле кровати Аврелия (сменив его самого примерно пару часов назад), в палату ворвался Гриффиндор. Он еще с порога, не обозрев присутствующих, оглушительно, как только умеет он один, громыхнул:
- Ровена пропала! – И тут же, видя ее здесь, немного взъерошенную, возбужденную, но внешне невредимую: - Аврелий! Чтобы ни сказала эта женщина, она не знает всего, и это не она запечатала дверь, а я! Поэтому давай разберемся по-мужски.
Гарри не успел опомниться от несправедливых обвинений – вновь! – как не менее шокированная Ровенкло взвизгнула, на фальцете:
- Годрик Гриффиндор! Не знаю, что именно ты подумал и что Аврелий со мной способен что-то сделать, но это ни в какие ворота не лезет! И отныне ты рискуешь ночевать один, на неудобном диване в нашей гостиной, а не рядом с «этой женщиной» - твоей женой – если немедленно не извинишься перед Аврелием!
- Я… - ошалелый Годрик не находил слов, хотя Гарри угадывал тысячи вопросов, написанные на его лице. Поттер едва сдерживал рвущийся наружу смех. Тогда Годрик просто выдохнул: - Прости, - и на всякий случай добавил, - простите, вы оба.
- И, конечно же, никаких «разберемся по-мужски», - Ровена скрестила руки, но губы ее подрагивали.
И Гарри окончательно рассмеялся, как и Ровена, смотревшая на растерявшегося Годрика, да так безудержно, что сам Поттер побоялся за единственное окно в этом помещении.
- Что ж, друг мой, - обратился Гарри к Годрику, отбросив веселье, но стараясь выглядеть не слишком расстроенным из-за предстоящего возвращения, - мне кажется я действительно задержался. И без всяких фокусов с запертыми дверями, с меня их достаточно.
- Но как же?..
- Годрик, милый, - остановила его Ровена, подходя к мужу и кладя ладонь на его грудь. – Ты просил меня больше доверять Аврелию и я сделала это. У него есть свои причины чтобы вернуться туда, и, должна признать, как бы больно это не звучало, это – более важная задача, чем поиски Салазара.
- Так вы все решили? – Ровена кивнула мужу. - Тебе не нужна помощь, Аврелий?
- Он уже попросил, дорогой, и я помогла. Только, боюсь, недостаточно.
- Может и достаточно, Ровена, - возразил Гарри. – И я обещаю, если мне понадобится помощь, в этот раз я воспользуюсь приглашением, Годрик.
Годрик кивнул, вслед за своей женой.
- А теперь, Ровена, уведи, пожалуйста, своего мужа.
- Эй, чем я помешал? – возмутился упомянутый.
- Да ничем, собственно, - пожал плечами Гарри. – Просто я собираюсь переодеться, и, боюсь, ты не устоишь перед моим природным обаянием, и бедная Ровена останется одна-одинешенька, в то время как я добавлю в свой мужской гарем еще один потрясающий образчик любовника.
- Ну вот еще! – фыркнул мужчина, но волшебница лукаво взглянула на Гарри, быстренько вывела его и улыбнулась, услышав смех Аврелия, раздавшийся им вослед.

URL
2012-02-01 в 19:32 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава тридцать четвертая.

Как только Гарри перенесся на земли Дурмстранга, крепко держа в руке ладонь Хабиба, его сердце неосознанно сделало кульбит. Неясное предчувствие предстоящей угрозы окутало его тело, его разум.
- Что случилось, господин? – прошептал юноша едва слышно. Видимо, внезапная нервозность, напавшая на его спутника, передалась и ему.
- Пока не знаю. Не уверен.
Они в молчании направились к замку. Вокруг него стояла абсолютная тишина, совсем не как обычно. Какие-то приглушенные крики слышались из самого замка.
Гарри больше не требовалось узнавать, что именно произошло. Он доверял своей интуиции. Его мозг быстро оценивал все возможные шаги, свои собственные, Олафа, Хабиба, и, главное, Инсара.
- Он вернулся. Идем.
Юноша задрожал и Гарри обнял его худое тело, всего на несколько секунд, пытаясь успокоить. Крики пока прекратились.
- Верь мне, - Гарри отодвинулся, оценивая придирчивым взглядом Хабиба. Несколько царапин на лице от лопнувшего витража портили впечатление почти совершенной, на взгляд Гарри, красоты юноши, но оказались как нельзя кстати в сложившейся ситуации. Но он все еще казался сытым и удовлетворенным. – Может, это и глупо, но ты должен немного изваляться на земле.
Когда Хабиб это сделал, Гарри немного разорвал его одежду, для пущей достоверности.
- А вы?
Гарри вспомнил, что он в мантии Годрика, а таких здесь не носят. Потому он, проведя ладонями вдоль своего тела, превратил позаимствованную мантию в обычную одежду, почти в такую же, какую оставил в одной из комнат замка Олафа. Себя он решил не пачкать, и, предвидя вопрос своего юного любовника, Гарри произнес:
- А я – почистился. К тому же, Инсар не любит грязь.
Хабиб грустно потупился при упоминании Инсара. Гарри приподнял его за подбородок, заглядывая в глаза. Последние наставления:
- Отныне ты – раб, и веди себя соответственно. Никаких прямых взглядов, даже исподлобья. Но не забывай, что у раба бывает только один хозяин, и это я.
- Почему мне вообще нужно встречаться с ним? – спросил юноша. – Он ведь даже не знает, что я могу быть здесь.
Для Гарри был очевиден ответ, но он соизволил ответить:
- Уверен, первое, что сделал Инсар, не обнаружив меня в замке, это спросил моих людей, где я могу быть и с кем меня видели в последний раз. Идем.
Они быстрым шагом пошли к замку, Гарри – впереди.
- Как только я смогу отпустить тебя, иди в нашу комнату и не покидай ее, пока я или Олаф к тебе не придем. В случае непредвиденных обстоятельств зови эльфа по имени Мани с помощью колокольчика, пусть он найдет меня, но это – в крайнем случае.
- Господин, - голос был подавленным, потому Гарри обернулся. Глаза Хабиба были на мокром месте, сердце Гарри заныло. – Выживите. Пожалуйста.
- Я выживу, милый. Это даже не обсуждается. - Гарри большими пальцами вытер скатившиеся капельки влаги из глаз Хабиба, а затем поцеловал его в лоб. - Будь покорен в сердце и теле, по крайней мере, на несколько минут. – Гарри круто развернулся и направился к входу, размышляя, правильно ли он сделал, что не предупредил Хабиба, что тому не следует думать о том, что вчера тот узнал об Аврелии и прочем. Но в голову пришла мысль: если бы ему самому сказали не думать об этом, то, конечно же, он до посинения именно это и сделал бы. Нет, Хабиб смышленый мальчишка, он не подведет его.
Стража уже была на чеку, потому что даже не удивилась приближению Ракшаса со своим рабом. Они только спросили дежурный пароль, на всякий случай, хотя от Гарри сейчас за милю несло могуществом и его трудно было спутать с кем-то еще. В замке царило оживление, видимо, Инсар прибыл не один. Скорее всего, только приближенная свита, максимум десять человек – больше тот портал не сможет перенести. Слава Мерлину, Гарри, при отчаливании Инсара, не догадался сделать для него еще пару-другую порталов, ограничившись одним.
- Эй, Торэн! – окликнул Гарри одного из тех, кто прибыл с Инсаром. Тот направлялся им навстречу.
- Господин, - коротко поклонился тот.
- Сколько вас прибыло и когда?
- Девять, вместе с господином Аль-Маджуси и Кадиром. С последними лучами солнца мы уже были здесь, господин.
- Где они?
- В центральном зале, господин, - ответил тот, показав назад пальцем, переминаясь с ноги на ногу. – Простите, у меня важное поручение. Я могу идти?
- Ты свободен, - сказал Гарри и поспешил в главный зал, ощущая тихие шаги Хабиба вслед за собой.
Путь был не близкий, но и не достаточно долог, потому Гарри спешно выставлял свои самые мощные блоки на свой разум и, молясь всем богам, чтобы Инсар не захотел трахнуть Гарри сразу же. Поттер помнил слова своего невыразимого любовника о том, что когда тот вколачивает его в перину, то мысли Гарри можно читать, словно открытую книгу.
«Как мило было со стороны Инсара сообщить мне об этом незначительном явлении», - с сарказмом думал он.
Какого черта Инсару приспичило навестить Гарри, не как по обыкновению, предупредив заранее? Может, разведка что-то донесла о его вылазке в стан «врага»? Черт! Как все не вовремя!
Поттер нацепил свою обычную маску, когда встречался с Инсаром, и взмахом ладони открыл двери.
В центре стоял, к его удивлению, Кадир, с сочащейся струйкой крови из носа. Чуть поодаль – еще двое приближенных Инсара.
Наискосок от Инсара, к изумлению, совершенно прямо, явно нервничая, сидел Олаф. Что самое главное – он был невредим на вид. Значит, кто-то еще был наказан сегодня и его уже не было здесь, ведь Кадир так не кричит при наказаниях. При виде Гарри Олаф заметно вздохнул с облегчением, что Гарри заметил, но не другие, слава Мерлину.
Ну и сам хозяин бала – Инсар. Мужчина, как обычно с иголочки одетый в свой неизменный восточный наряд, сейчас утепленный, с куфией на голове, восседал на уютном диване и с интересом наблюдал за входящими, точнее – за Ракшасом, ибо плетущийся раб позади него не стоил благородного взгляда Инсара.
Походка Гарри не была стремительной, либо слишком медленной. Держался он как обычно, чуть приподняв подбородок. На лице – спокойствие. Глаза – чуть прищурены, взгляд моментально обежал всех присутствующих в зале, но в конце остановился на фигуре Инсара. На губах Гарри царила легкая улыбка.
Поттер на мгновение обернулся, и, едва шевеля губами, прошептал Хабибу:
- Не смей смотреть. – И, достаточно громко, повелительно взмахнув рукой около входа: - Останься там!
Он отвернулся, даже не проверив, исполнен ли его приказ. Сейчас главным объектом внимания был Инсар, к которому он и подошел. С напускным энтузиазмом Гарри сделал замысловатый поклон и плюхнулся рядом с мужчиной, расположившись не менее привольно.
- Чем обязан этот замок принимать столь высоких гостей? Знал бы я, что вы, господин, окажете мне сию честь, то приготовил бы роскошный пир и огромную кровать, - ухмыльнулся Гарри, глядя прямо в темноту карих глаз Инсара.
- Паяц, - прокомментировал тот, но глаза излучали удовлетворение. – Я как раз спрашивал у своего слуги: Абд аль-Кадир, не тебе ли было поручено уведомить моего верного Ракшаса о… как ты сказал? – он обратился к Гарри.
- О «чести принимать в этом замке столь высоких гостей», - услужливо подсказал Гарри шепотом, наклоняясь вперед, к самому уху своего любовника, опаляя горячим дыханием.
- О «чести принимать в этом замке столь высоких гостей», - повторил Аль-Маджуси, вновь обратив внимание на Кадира.
- И что же он? – Рука Гарри вольготно расположилась на бедре Инсара, поглаживая его.
- Отвечай! – потребовал Инсар у Кадира, чуть раздвинув ноги. Пальцы Гарри тут же переместились на внутреннюю сторону бедра, но не слишком высоко.
- Клянусь, я сделал так, как вы просили, господин, - смотря прямо в глаза, ответил тот равнодушно. Его едва заметно сотрясала мелкая дрожь от недавнего проклятия.
«Молодец, - подумал Гарри. Знает, как договориться со своим Бурханом».
- Может, сова с пути сбилась? – предположил Гарри и мимолетно посмотрел на белого Олафа. Гарри, кажется, стал догадываться о причинах столь нелепого наказания Абд аль-Кадира, «выжатого из пальца», образно говоря.
- Позвольте вмешаться, - но голос лорда Монтана был спокоен. Гарри кивнул прежде, чем Инсар успел что-либо ответить. Олаф продолжил: - На замок недавно были наложены мощнейшие чары «не нахождения», но усовершенствования еще не были исследованы. Возможно, птица просто заплутала.
- Может быть, - неопределенно ответил Аль-Маджуси.
- Инсар скажи, тебе еще не надоело разыгрывать этот спектакль? Если это все ради лорда Монтана, то сообщаю: он уже получил свое от меня. – Гарри усмехнулся, вылавливая на поверхность мысли о наказаниях Олафа, пусть не совсем недавних, и подставляя их вниманию любовника – пусть читает их, Мерлин с ним. Желая усилить эффект, он чуть сжал руку на бедре Инсара.
Аль-Маджуси медленно втянул в себя воздух, некоторое время вглядываясь в кристально-чистый зеленый взгляд Ракшаса, подернутый желанием. Довольно кивнув, Инсар хотел что-то произнести, но перед Гарри возник эльф («Тенни», пронеслось в голове у Гарри) с серебряным подносом, на котором лежал запечатанный свиток.
Гарри убрал руку от мужчины, не забыв изобразить на лице сожаление, и взял послание. Эльф исчез.
- Не от тебя ли, Инсар, ненароком, письмецо? – усмехнулся Гарри, уже разглядев знак Аль-Маджуси на сургуче. Он неторопливо сломал печать и развернул послание. – О, наш друг Абд аль-Кадир сообщает мне, что ты прибываешь… хм… вчера?
- Именно, - подтвердил Инсар. Похоже, он не собирался распространяться о причинах своего приезда сюда, ведь они договорились, что у Гарри еще есть время, чтобы разобраться с этим замком. Возможно, когда они останутся наедине, что-то прояснится, решил он, не позволив себе содрогнуться от тошнотворной мысли, что ему вновь придется лежать под Инсаром, особенно теперь, когда Гарри знает, кто он, когда знает, что где-то его ждут. Скорее всего – ждут. Может быть – ждут.

URL
2012-02-01 в 19:33 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Может, избавимся от свидетелей, и я смогу наверстать эту потерянную ночь? – Гарри соблазнительно провел языком по своей верхней губе, но затем чуть отодвинулся от Инсара и наигранно - шокировано спросил: - Или ты нашел тут себе другую… - мимолетный взгляд на Олафа, но такой, чтобы Инсар успел заметить, - … игрушку?
Инсар приподнял брови. Гарри разрешили развить эту мысль и он продолжил:
- С прискорбием тебе сообщаю, что лорд Монтан, хотя и большая симпатяга, да и еще с «голубой» кровью, но стопроцентно является поклонником лишь только женских прелестей. Я проверял, - сообщил Гарри шепотом, почти в ухо Инсару. Продолжил нормальным голосом: - А это так неинтересно – брать кого-то силой. Никакой отдачи, никакой инициативы. Ну, так что ты думаешь?
Гарри краем глаза видел нервные движения Олафа, его нервозное дерганье кадыка, но в целом Инсар не обращал на того внимание, которое было полностью поглощено Ракшасом. Остальных было не слышно и не видно, но это не значит, что Инсар позабыл о них, особенно про Хабиба.
- Вы, двое! – окликнул своих помощников Инсар. – Убирайтесь.
Те коротко поклонились и поспешно покинули зал, минуя посторонившегося Хабиба.
- Подойди, Абд аль-Кадир, - продолжал приказывать мужчина. – Я надеюсь, ты усвоил урок. Сова – не оправдание для меня. Ты свободен.
- Благодарю вас, господин, я не допущу подобной ошибки. – Кадир поклонился низко, как требует этикет в рамках «господин-раб» и неторопливо вышел.
Гарри проследил за Кадиром взглядом и увидел испуганные глаза Хабиба, смотрящего прямо на него. Чертов мальчишка, пронеслось у него в голове, надеясь, что тот вспомнит наставления Гарри. Поттер перевел взгляд на Инсара. Слишком быстро. Тот уже приподнял вопросительно брови. Времени придумывать достоверную ложь не было, потому он остановился на полуправде. Вспомнить легче, и пользы больше.
- Ты о мальчишке? – медленно, стараясь не спешить. Лгуны всегда спешат, пытаются «заговорить зубы», используют витиеватые фразы, обычно начинающиеся на «поверь» и заканчивающиеся «это правда». – С характером, если ты понимаешь, о чем я. Вчера пытался бежать. Это было забавно – самому найти его след. Я так давно не развлекался, с тех пор как у нас появился более опытный следопыт, чем я, наш благословенный Иктус.
- И он – жив? – спокойно поинтересовался Инсар, словно речь шла о назойливой мухе.
- Ну… я пока не умею оживлять мертвецов, а этот, - кивок в сторону, - не очень похож на инфернала, так ведь? А если ты спрашиваешь, почему я не убил его… - Гарри приступил к «тяжелой артиллерии», он вновь положил ладонь на бедро Инсара. - Он ведь твой подарок для меня, который весьма… - рука поднялась выше, погладила, - …отзывчив подо мной.
- Щенок, у тебя все мысли лишь об этом. - Инсар издал удовлетворительный смешок. А затем обратил внимание на Олафа. Прозрачные капельки пота на лице последнего не могли объясниться климатом в комнате – здесь было не холодно, но и не жарко.
Гарри поспешил на помощь своему… Кому? Только сейчас Поттер осознал всю важность встречи с Олафом и наконец-то готов был назвать его своим другом, пусть сам лорд никогда этого не сделает по отношению к Гарри.
- Вот видишь: мы тут не делаем ничего вызывающего, а он уже смущен как девственница перед первой брачной ночью, - Гарри кивнул на Олафа.
- Простите, милорд, - чуть склонился лорд Монтан. Было не понятно, к кому именно он обращается, потому каждый отнес это на свой счет.
- Аристократы, - фыркнул Гарри, стараясь не думать об этом спектакле, который он сейчас разыграл перед одним лишь зрителем – Инсаром.
Аль-Маджуси снизошел до благосклонного кивка. Непостижимо было то, с чем он соглашается – с извинением Олафа или с замечанием Гарри.
- О, я кое-что вспомнил! – Поттер отодвинулся от своего любовника и полностью уделил внимание лорду Монтану, надеясь, что и Инсару будет интересно, и он не будет сейчас думать о других вещах. – Олаф, расскажи Инсару о защите замка…
- Ты безумец, Ракшас, - усмехнулся Инсар спустя час или, может быть, больше. – Задумка с порталами на «вход-выход» оригинальна.
- Да. - Гарри отхлебнул уже ставшего теплым сухого вина, до сих пор неиспробованный кубок с которым еще вначале разговора заказал у домовиков Олаф на правах гостеприимного хозяина, как и себе с Инсаром. – Видишь в чем загвоздка, нам нужно время – месяцев пять-шесть – чтобы окончить только с защитными чарами.
Ну, возможно Гарри несколько утрировал о таких сроках…
- Впрочем, они только и остались, Ракшас, - кивнул Олаф. – Но это – самое трудное.
Гарри согласно кивнул и вопросительно посмотрел на Инсара. Окончательное слово за ним.
- Нет, я не могу ждать тебя так долго, Ракшас, - ответил он.
- Сколько?
- Две луны, - изрек Инсар. Гарри мысленно подсчитал – время Нового года, когда его празднуют магглы. – Если даже ты не успеешь к тому моменту закончить с порталами, то уже установленной защиты будет достаточно, чтобы обезопасить этот замок. Ты славно потрудился.
Гарри, стараясь не показывать своего расстройства, согласно кивнул.
- Позвольте… - вмешался Олаф. – В этих краях суровые зимы, обильные снегопады, метели… И спустя две луны через лес будет невозможно пройти, сквозь горы – тем более. А у вас добрая сотня или больше воинов около замка. Они, конечно, могут воспользоваться метлами, но они – редкая вещь.
- Мы уже зачаровали земли от проникновения на метлах, - возразил Гарри, отрицательно помотав головой.
- Ах, да! Конечно, все время забываю об этом… Тем более остается только пеший путь, но не позднее дюжины дней, начиная с сегодняшнего, либо порталы, - Олаф пожал плечами. – Но вам решать.
Гарри обрадовался такому повороту событий – ему нужно было выиграть время, а Олаф как нельзя кстати вмешался. Либо они уезжают в течение двух с небольшим недель, либо они остаются здесь до весны. Про аппарирование и речи не могло быть – воины в большинстве своем не умели этого делать. И попробуй-ка создать десяток-другой порталов, а потом перенести с их помощью табун лошадей. И хорошо еще, что Инсара удалось уговорить отказаться на время от «услуг» всякой нечисти…
Инсар задумчиво потер подбородок – видимо, он тоже подумал об этом:
- Когда снег растает?
- В начале апреля, - Олаф нахмурился. – Если повезет – в середине марта, не раньше.
- Что ж, - Инсар отложил кубок на столик, - придется тебе, Ракшас, сшить побольше теплой одежды.
Сердце Гарри учащенно забилось. Эта маленькая битва выиграна. Если только Инсар не задумал что-то иное и действительно поверил Ракшасу.
Аль-Маджуси изящно встал:
- Идемте. – Когда они поднялись, он продолжил. - Лорд Монтан. Я вижу, вы оказались много сговорчивее своего отца. Вы не пожалеете о своем решении – такие волшебники, как мы, должны поддерживать друг друга, в особенности, если мы преследуем общие цели.
Даже Гарри уловил готовность помогать защитить Дурмстранг, а Инсар, скорее всего, это сделал в первую очередь. А вот мотивы Олафа тот не стал проверять, оно и к лучшему.
Они подошли к выходу из зала, где все также одиноко стоял Хабиб, опустивший голову. Он неловко переминался с ноги на ногу. Гарри мгновенно подавил в себе мысли прижать к себе юношу и успокоить, боясь, что Инсар заметит беспокойство на его лице.
Аль-Маджуси прошел мимо Хабиба, но и от чуткого взгляда Гарри не укрылся внимательный взгляд Инсара, обежавший по хрупкой фигурке юноши, отмечая каждый порез на его лице, грязную, изодранную одежду и неподдельный (Гарри знал это четко) страх.
Гарри мотнул головой, чтобы Хабиб следовал за ним.
По пути Инсар неспешно беседовал с Олафом, а затем отпустил его продолжать работать, а затем обратил внимание на Гарри.
- Отпусти мальчишку – у него жалкий вид.
Если это сказал бы кто-либо другой, Гарри бы поверил, что Инсар действительно жалеет Хабиба, а так, скорее, тому неприятно находиться рядом с таким «жалким существом».
- Он же раб, - усмехнулся Гарри. – У него и должен быть жалкий вид, пусть благодарит своих языческих богов, что вообще остался жив, после своей глупой попытки бежать.
Гарри обратился к Хабибу, через плечо:
- Убирайся в свою комнату и если я узнаю, что ты хотя бы выглядывал в коридор, то ты крупно об этом пожалеешь.
- Да, господин, - поклонился тот и свернул в боковой коридор.
Некоторое время они медленно шли молча, Гарри рискнул спросить:
- Уже выбрал себе подходящие апартаменты?
- Разумеется. Не мог же я спать в коридоре.
Мужчины вошли в одну из дверей, Инсар пропустил Гарри вперед и закрыл на заклинание дверь. Затем он оперся спиной о дверь и спросил, внимательно следя за Гарри:
- И когда же ты планировал сказать мне правду? – палочку лениво перебирали длинные пальцы.
Сердце Гарри рухнуло вниз со скоростью света.

URL
2012-02-01 в 19:36 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава тридцать пятая.

- И когда же ты планировал сказать мне правду?
Поттер медленно вернулся к двери, чуть склонив голову вбок. Взгляд Инсара ни на секунду не отпускал прямого взгляда зеленых глаз. Гарри не мог прочитать его, впрочем, как обычно.
- Я должен догадаться, о чем ты? – спросил Поттер. – Может, соизволишь уточнить свой вопрос?
- Просто рассказывай, - потребовал Инсар.
Гарри не медлил – заминка могла стоить ему слишком дорого.
- Что ж… Знаешь, я не очень-то успел по тебе соскучиться, как ты мог видеть, у меня тут имеется кое-какое развлечение, - Гарри ухмыльнулся и обернулся в поисках места, где можно было бы примоститься. Сев на диван и взглянув на неподвижного мужчину, он продолжил: - Поэтому моим простым иноземным разумом не суждено понять причины твоего здесь появления. Ты ведь не скучал без меня, так?
Гарри провокационно расширил ноги. Взгляд Инсара метнулся с лица Ракшаса вниз и обратно, но он все еще молчал – приказ был дан ранее, и Гарри говорил дальше:
- Но если ты скучал, тогда – очень сожалею – я нет. Впрочем, это все мелочи. У меня одна странная новость все же имеется, относительно моей скромной персоны, конечно же. Эти эльфы, что здесь вместо рабов, чудно на меня реагируют… Нет-нет, не спрашивай! Я и так отвечу, - Гарри предупреждающе поднял руку, он прекрасно знал, что Инсар и не собирался ничего у него уточнять, предпочитая слушать этот словесный «понос». «Прямо великий трагический актер пропадает», - думал Гарри, продолжив:
- Они как будто уже знают, что мне необходимо, я иногда и сам не успеваю оформить мысль, как они уже здесь, дают мне то, что хочется. Не кажется ли тебе это странным?
Гарри вопросительно посмотрел на Инсара, но тот не реагировал. Видимо этого оказалось недостаточно. По крайней мере, Гарри был уверен, что вина его ничтожна, иначе он уже был бы наказан. Может, Инсар узнал что-то о посещении Хогвартса? Медлить не стоило. Нужно что-то говорить, даже всякие незначительные мелочи.
- На нас с лордом Олафом напали какие-то разбойники около замка, представляешь? Я убил парочку – ничего сложного, - Гарри пожал плечами. – Они даже понятия не имели, с кем связались. Поэтому я решил, что установленной защиты недостаточно, Инсар.
Гарри почесал обросший подбородок в задумчивости.
- Неплохо было бы сейчас покурить кальян… Ты хочешь? – Молчание. – Видимо, нет… Никогда бы не подумал, что мне придется объясняться непонятно в чем…
- Кадир сказал мне, ты кое-что вспомнил, - наконец-то вставил Инсар, прежде чем Гарри поднимет новую тему. Мужчина медленно подошел к сидящему Ракшасу и неожиданно опустился перед ним на колени. Тонкая волшебная палочка была аккуратно помещена рядом, на столик.
Гарри был в ступоре от подобных действий. Не то чтобы он не ожидал, что Кадир будет скрывать подобное от своего Бурхана, скорее Гарри был ошеломлен самим поведением Инсара сейчас.
- Собираешься взять в рот бесплатно? – усмехнулся Гарри. Это было глупо, но это была часть их игры.
- Ничто в этом мире не делается бесплатно, - возразил шейх Маджуси, подвигаясь вплотную к Гарри, остро смотря ему в глаза, редко мигая. И тут до Гарри дошло: он собирается вломиться в его разум, как только Гарри кончит. Этого следовало ожидать, но нельзя допустить.
Гарри даже глазом не моргнул, не собираясь показывать своего волнения.
- Так что же ты желаешь получить? Мои воспоминания?
- Их я получу в любом случае, - мужчина был спокоен.
- Тогда что же? – настаивал Гарри, спешно убирая с поверхности разума все, что касалось его прошлой жизни, всех его периодов прошлой жизни.
- Считай это авансом, - Инсар шире раздвинул ноги своего любовника, потянувшись к застежке его брюк.
Гарри судорожно соображал. «Применить Аваду Кедавру и дело с концом. Ты не так прост, Инсар. Мне случалось видеть направленную в тебя Аваду весьма сильными магами. Каждый раз она пролетала мимо тебя. Это рок. Фатум. Смертоносный луч избегает тебя, мой шейх. Или такое чудовище не хотят видеть на том свете? Что ж. В таком случае, мы с тобой когда-нибудь вновь встретимся в аду после того, как я убью тебя, Инсар. Что мне мешает убить тебя сейчас? Шесть лет. Шесть лет жизни рядом с тобой. Я ненавижу тебя, но было время… Никаких «но», Поттер! Но я ненавижу тебя сильнее, чем ты можешь представить – и не только из-за меня. Совсем не из-за меня. Умереть так легко – всего лишь изумрудная вспышка, секундная боль в сердце и освобождение. Я ненавижу тебя. Я не дам тебе умереть от Авады, тем более – моей. И не раньше, чем я узнаю правду, Инсар. Месть слишком сладка. Я запомнил твои уроки, дорогой мой Инсар. А теперь – мне не нужно, чтобы ты узнал все это».
Неожиданное решение пришло само собой.
«Прости Кадир, но…»
- Во время предпоследней встречи Абд аль-Кадир спросил меня о неком Аврелии. Ты что-нибудь знаешь?..
Инсар внезапно замер, его длинные пальцы перестали заниматься ширинкой брюк Гарри.
- Ты не хочешь продолжить? – Гарри внутренне ликовал, одновременно убив двух зайцев: он уже ответил, что ничего не вспомнил и отвел от себя подозрения. Ах, да! Вряд ли теперь будет бесплатный минет – это бонус.
Определенно, Инсар заволновался. Гарри видел искры в его взгляде. Маджуси встал с колен с потрясающей ловкостью и схватил со стола свою палочку. Он развернулся, собираясь покинуть общество Гарри.
- Инсар? – окликнул его Гарри, вложив в голос немного хрипотцы – для общего эффекта. Он вовсе не был возбужден. – Так и оставишь меня одного? Мне ждать тебя?
Тот даже не обернулся, рявкнул:
- Катись к своему рабу! У меня дела. – И он вышел, не закрыв за собой дверь. Но Гарри лишь улыбнулся, собираясь последовать последнему совету Инсара.
♂♂♂
Как ни странно, угрызений совести пока не было. Кадир пострадает. Возможно, даже умрет.
Это лишь догадки, но иной участи для него Гарри не видел, а заботиться об этом не собирался… Гарри направлялся в сторону апартаментов Олафа, пытаясь выкинуть из головы мысли об Амине, как несколько лет назад представился ему Абд аль-Кадир. Позднее он объяснил это тем, что в его «прошлой» жизни, до того как Инсар сделал его своим помощником (или рабом), его звали именно так. Подобно Аврелий или Гарри Поттер вместо Ракшаса.
Подобно Гарри Поттеру…
И подобно Ракшасу Кадир делал все для того, чтобы угодить Инсару. Он виноват ровно столько же, насколько виноват сам Гарри перед своими жертвами, гораздо менее виноват…
Гарри чертыхнулся, приостанавливаясь. Опять эти проблемы морали! Почему именно Гарри должен решать, кому жить, а кто достоин мучения? Вправе ли он распоряжаться этим? Кто сделал его воплощением Фемиды?
… И явится он, дракон из драконов, эльф из эльфов, маг из магов, сущее из сущего; светлое из светлых, темное из темных; явится тот, кто сможет поработить неправильное, ненужное другим; тот, кто окажется перед единственно правильным выбором и выбор этот сделает он сам.
Мерлин… Все уже было известно тогда…
…и выбор этот сделает он сам…
Что это? Кто-то дает ему «добро»? Он может безнаказанно вершить чьи-то судьбы? Даже судьбу человека, с которым он не единожды спина к спине дрался против так называемых врагов? Того человека, кто научил его сражаться на ятаганах, не полагаясь только лишь на свою Магию?
Но зачем тогда Гарри наградили силой, способной отнимать жизни, если…
Гарри резко развернулся и почти наткнулся на недоумевающего Олафа.
- Что-то случилось, Ракшас? Ты побелел весь…
- Кажется, я совершил очередную ошибку… - с этим Гарри быстрым шагом пошел в комнаты Кадира, которые он занимал, будучи здесь впервые. Ощутив, что лорд Монтан следует за ним, Гарри оглянулся, не сбавляя скорости: - Олаф, послушай меня, это очень важно. Ты не должен приближаться к комнатам своих родственников. Я уберу оттуда охрану, но твои родные не должны ни в коем случае выходить. Пошли им эльфа с этим.
- Хорошо, Ракшас, - покорно согласился лорд Монтан и развернулся, собираясь так и сделать.
Как и ожидал Гарри, Кадира в его комнатах не было. Тогда он направился прочь из замка, ведомый своей интуицией.
Не успев выйти из дверей, Гарри услышал крик – так Инсар понукал лошадь. Сердце пыталось вырваться из груди, стоило только подумать о том, что тот делает. Спокойно вздохнув, Гарри вышел из замка, прошествовал мимо стражников, и увидел ужасающую картину, от которой не смог удержать судорожный вздох.

URL
2012-02-01 в 19:38 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Изящный скакун несся так, что Гарри показалось, тот едва касается земли, как будто скользя над ней, выделяясь размытым светлым пятном среди серости поздней осени. Почти белый конь, розово-молочный с золотистым оттенком, на лебединой шее почти не было гривы, тонкие точеные ноги не знали устали. Он должен был, как обычно, вызывать восхищение своей мощью, выносливостью и грацией, но вместо всего этого он стал невольным орудием пытки.
Инсар, скачущий на этом приземистом арабском скакуне, пронесся мимо Гарри… а следом, на привязанной за запястья веревке, проволочилось что-то бордово-красное, все в осенней холодной грязи. Это что-то безвольно повиновалось каждому повороту молодого сильного скакуна, ударялось головой о каждый камень и ухаб, оставляя на поздней слякоти, перемешанные со снегом, кровавые размытые дорожки.
Лицо Кадира, все в кроваво-грязной маске, больше не было похоже на человеческое – это то, что в первую очередь заметил Гарри. Но пока Поттер точно знал, что этот человек был жив – мертвые излучают иную ауру, но Кадир уже был на грани. Размышлять времени не было, потому Гарри, дожидаясь возвращения Инсара с очередного круга этой своеобразной скачки, шагнул прямо навстречу этой процессии. Лошадь резко встала на дыбы перед Гарри, удерживаемая поводьями в руках Инсара, который не без усилий удержался на ней. Поттер даже не шелохнулся, всматриваясь в глаза наездника.
Гарри уже давно не удивлялся поведению своего любовника, но он все равно не ожидал увидеть на его лице удовлетворение, перемешанное с брезгливостью, хотя все это и было вполне в духе Инсара.
Придержав фыркающего коня за удила, Гарри нежно похлопал скакуна по взмыленной бархатистой коже, успокаивая.
Когда беспокойство скакуна улеглось, Инсар легко спрыгнул с него, кинув вожжи подбежавшему груму.
Едва взглянув в глаза Гарри, он направился в замок. Как бы ни хотелось Гарри подойти к Кадиру и проверить его самочувствие, он не мог позволить себе этого сделать – жалость не свойственна Ракшасу. Тем не менее, он не мог позволить просто умереть Кадиру, истекая кровью из разодранных ран.
Мужчина поспешил вслед за Инсаром, на ходу крикнув одному из стражников:
- Эй, ты! Отправь его к целителю! – и мотнул головой по направлению Абд аль-Кадира. Уверенный, что его «повелитель» все прекрасно расслышал, Поттер все равно невозмутимо последовал за ним.
Они в молчании вновь поднялись в комнату Маджуси.
- Что это было? - Гарри вновь занял прежнее место, внимательно следя за своим любовником.
- Это не стоит твоего беспокойства, Ракшас, - сам Инсар выглядел как обычно, вот только одежда его была не такой идеальной, как ранее, до бешеной скачки.
- Не пойму: либо ты считаешь меня полным дураком, либо вновь проверяешь мою лояльность к тебе. – Гарри заинтересованно склонил голову. Это была опасная игра, но Поттер не мог сделать ошибку. – И я солгу, если скажу, что не понял, в чем виноват Кадир на этот раз. Однозначно, это вновь связано с моей персоной и тем, что твой слуга сообщил мне об этом Аврелии. Знаешь, после твоих эмоциональных действий я начинаю беспокоиться об этом еще больше. Ты ничего не хочешь мне сообщить?
Гарри внутренне скривился от своего последнего предложения – оно до боли внезапно напомнило о том, кем он когда-то был. Именно этот вопрос когда-то задал ему Дамблдор. Он не думал о тех временах уже много лет, и сейчас было не то время, для того, чтобы начинать это делать.
- Ты прав во многом, Ракшас, - не стал отказываться Инсар. – И, конечно же, я могу кое-что сказать по этому поводу.
Он прошел к Гарри, запечатывая дверь заклинанием.
- Не хочу, чтобы нам помешали, - пояснил он, вновь оставляя палочку на столике, но в этот раз не опускаясь на колени, а подав руку для Гарри, чтобы он поднялся. Они оказались лицом к лицу – разница в росте была небольшой. – Ты хочешь уйти от меня?
Гарри действительно удивился: - Уйти? То есть – бросить тебя?
- Именно это я и спросил.
- Всё, чего я хочу – это трахнуть тебя.
Инсар вглядывался в глаза Ракшаса. Гарри усмехнулся, понимая, что именно это он и хочет – сломать волю этого человека, заставить того умалять это сделать с ним. Инсар не мог прочесть ничего, кроме этого, ибо это было правдой. Сейчас Гарри никуда не собирался. Только после того, как осуществит свою выдержанную временем месть.
- Это я знаю, Ракшас, - чуть кивнув, Инсар отошел от Гарри, усаживаясь на диван. – Аврелий. Это имя причинило бы тебе боль, возвращая воспоминания. Тогда, шесть лет назад я показал тебе лишь толику воспоминаний. Когда я привез тебя в Ла’Рельвейн-Шмидт, ты был не в лучшем состоянии. Ты помнишь?
- Да, но твои целители позаботились о моем здоровье. Я же быстро пошел на поправку – не прошло и пары дней, как мои раны были залечены, разве не так? – воспоминания были словно подернуты пеленой о том времени. Первое, что он помнил, до того, как встретил Годрика недавно – это то, что к нему в камеру пришел Кадир, а затем Инсар. Последний вытащил его из той клетки. А затем все завертелось и закружилось с невероятной быстротой. Инсар нравился Гарри, он по-своему заботился о его душевном равновесии. Первое время он постоянно был рядом. Гарри чувствовал к нему притяжение, его тело с легкостью отзывалось на ласки шейха - даже тогда, в их первую ночь. Это было спустя всего лишь три дня после мнимого освобождения из плена. Гарри почти скрипнул зубами от злости, когда подумал о следующем: как Инсар смог оборвать его воспоминания? Как тот смог вырвать все мысли о Лазаре?..
- Я не хотел оставлять тебе те воспоминания, поэтому запретил Кадиру говорить о том, как тебя звали.
Гарри приподнял брови, вновь вполне искренне изумляясь:
- Ты беспокоился обо мне? – Еще некоторое время назад Гарри был бы вполне счастлив от этого признания своего любовника-господина. А сейчас ему хотелось выть от этой лжи – он чувствовал ее, несмотря на все их обоюдные блоки, наложенные на разум.
- Пришло время поговорить об этом, - Инсар слегка повел плечами. В его движении легко угадывалось о его нежелании говорить об этом далее.
- Хм, - Гарри заинтересовано присел рядом, оборачиваясь к нему лицом. Он изобразил на лице усмешку. – Неудивительно, что ты так разозлился на Кадира.
- Больше мы не будем поднимать эту тему. Я не исключаю возможности твоего превосходства…
Гарри не был готов к такому повороту событий. Неужели все будет так легко?
- …Но не в том, что ты просишь от меня, - закончил Инсар, уловив удивление Гарри. Маджуси потянулся за палочкой, коротко взмахивая ею. В воздухе появилась зеленая шкатулка, которую осторожно взял Инсар, и водрузил на колени Гарри. – Думаю, недопонимание исчерпано?
- Безусловно. – Гарри взял себя в руки, заставляя себя думать и делать то, что сделал бы Ракшас – у Инсара была невероятная интуиция. – Что это? – Гарри указал на шкатулку из малахита.
- Мой подарок тебе. Я хотел его использовать вчера с тобой.
Вновь усмехнувшись, Гарри осторожно погладил полированный камень: - Так ты соскучился по мне и поэтому приехал столь внезапно, да еще с подарком?
- Я не стал бы утверждать столь однозначно, дерзкий щенок, - его глаза полыхнули пламенем. – Открой.
Гарри послушно открыл тяжелую крышку. То, что предстало перед его взглядом, заставило биться сердце быстрее.
- Никогда не видел ничего подобного, - заметил Гарри.
- Это редкая вещь, - кивнул Инсар, протянув руку, легко дотрагиваясь кончиками длинных пальцев до гладкости предмета. – Он сделан из нефрита, и при намокании обладает весьма занимательным свойством – тебе понравится. Ты видишь, что он еще и зачарован?
- Да, но мне трудно разобрать эти чары… Что ж… - сглотнул Гарри, не в силах продолжить. Кажется, он должен пройти этот урок, несмотря на все свои попытки сопротивления чуть ранее.
Голова закружилась от предстоящей перспективы. Он подавил в себе желание задушить этого человека голыми руками прямо сейчас – Гарри поклялся, что убьет его только после своей мести. Это возможно сделать только если сейчас ни Гарри Поттера, ни Аврелия не станет. Только Ракшас. И он наглухо захлопнул свои чувства, полностью абстрагируясь от прошлого и будущего, внезапно поняв, что этот мощнейший блок всегда где-то был в нем. Есть только «сейчас» и Инсар.
Поттер отложил подарок, вставая и потянув за собой мужчину. Тот встал и Гарри притянул его за одежду, собираясь поцеловать: - Кажется, мы на этом остановились…
Гарри неистово прижался губами к Инсару, собирая его волосы в кулак, заставляя того придвинуться ближе. Мужчина не сопротивлялся – наоборот, он с той же жадностью накинулся на него, словно голодный зверь, сминая его своими пальцами. Они синхронно остановились, когда воздух кончился, но Инсар повалил Гарри на крепкий стол, тот, где до сих пор лежала волшебная палочка. Поттер улегся спиной на столешницу, прижатый гибким телом – им вдвоем совсем не была удобна такая поза, но удобство всегда стояло на последнем месте для них.
Животный инстинкт овладел Ракшасом. Он хотел этого человека, каким бы тот не был. Ракшас всегда хотел этого несгибаемого, не останавливающимся не перед чем, мага. Он не спрашивал, он просто брал то, что хотел, ни с кем не считаясь. За Маджуси было так легко следовать, так легко было ему подчиняться… Он обладал почти гипнотической убедительностью.
Волшебник сверху раздвинул ноги Ракашаса и встал между ними, наклоняясь еще плотнее. Зубы Инсара прошлись по горлу Ракшаса, прикусив кожу, и он оторвался от него с глухим рычанием: - Ты пахнешь другим, - шейх втянул воздух около его лица.
- Брезгливый сноб, - простонал Ракшас, дернув своего любовника за ворот его одежд, но тот так и не наклонился ниже, потому черная ткань с характерным звуком порвалась. Но Инсар не обратил внимания на себя, только занялся одеждой Ракшаса, расстегнув его мантию и сняв сорочку.

URL
2012-02-01 в 19:40 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Ракшас занялся своими брюками, чуть привстав. Инсар помог ему снять все остальное, а затем ладонью вновь надавил на его обнаженный торс, принуждая лечь обратно на стол. Так, не отрывая ладони от него, Инсар обошел вокруг стола, встав около его головы. Поднял палочку, призывая предмет из шкатулки, ловко схватив его.
Задышав чаще, Ракшас спросил, глядя снизу на мужчину: - Сейчас?
Инсар лишь приподнял брови, отвечая на этот вопрос: - Используй его в себе, - и вручил ему искусственный большой фаллос – он, казалось, светился изнутри призрачным голубовато-зеленым свечением. Инсар вновь впился губами в губы своего партнера, затем, сжав ладонь поверх кулака Ракшаса, поднес фаллос к своему рту, провел языком по всей его длине.
Ракшас неотрывно следил за действиями любовника, за его языком, медленными движениями следующим за каждой выступающей венкой нефритового члена, искусно высеченного создателем; он жадно следил за губами, плотно его обхватывающими.
Наконец, Инсар указал на рот Ракшаса, давая понять, что именно он сейчас хочет от него. Когда губы приоткрылись, то рот мгновенно заполнил объемистый фаллоимитатор.
Ракшас удивился, что тот, блестяще-гладкий на вид, оказался еще и скользким, словно специально смазанный. Его ноги неподконтрольно раскрылись – он любил ощущать движение в себе, он любил те импульсы, исходящие изнутри, заставляющие его тело дрожать всякий раз, он любил ощущение бурления магии в своих жилах, он любил тот фейерверк золотистых искр, которые он видел, освобождаясь от накопившейся энергии.
Вынув фаллос изо рта Ракшаса, Инсар вновь обошел вокруг стола, встав между широко разведенных ног. Он приподнял одну ногу лежащего и подогнул, поставив ступней на стол.
Тяжело дыша от возбуждения, Ракшас услышал треск разрываемой ткани. Он приподнял голову. Плотный черный хлопок аббы Инсара полетел на пол, брюки были также развязаны одним движением за шнурок. Вздыбленная плоть стоящего мужчины находилась как раз на нужном уровне. Ракшас до боли нуждался в прикосновении к себе, но он знал: его господин не любит, когда Ракшас касается сам себя, по крайней мере, без позволения…
Не было никакой томительно-интимной паузы, взгляда глаза в глаза, отвлекающих прикосновений – только сильный толчок горячего члена, только громкий характерный шлепок плоти о кожу.
Ракшас выгнулся, встречая плоть господина, цепляясь руками за края стола. Ритмичные умелые фрикции внутри посылали те самые любимые импульсы в тело – казалось, этого было достаточно, чтобы взорваться даже без помощи рук. Ни единого звука не вырвалось изо рта Инсара, но Ракшас в полной мере даже сейчас ощущал, как скапливается энергия, золотясь и искря, в районе солнечного сплетения трахающего его мужчины.
Внезапно Инсар подогнул вторую ногу Ракшаса, прижимая теперь их к его груди, давая еще больше место для себя. Но вот его движения замедлились, он почти вышел из ануса своего партнера, и полностью остановился. Ракшас непонимающе вновь приподнял голову, пытаясь поймать темно-карий пламенный взгляд, но тот смотрел куда-то вбок. Ракшас проследил за взглядом и поморщился – забытый кусок нефрита все еще влажно поблескивал. Они оба потянулись к нему, словно пытаясь выиграть гонку в погоне за первое место, но Инсар оказался проворнее. Пальцы Ракшаса ухватили лишь пустоту.
Инсар победоносно улыбнулся, обнажая зубы, и поднес призрачный фаллос к отверстию Ракшаса. Последний побеждено откинул голову, волосы влажно свисали ниже.
Прикосновение холодного камня было необычным, особенно после живой плоти, но и камень, с помощью руки Инсара, вошел в него все с той же безудержной яростью, ни на мгновение не дав привыкнуть к этому. Ракшас попытался изогнуться, приноравливаясь. Он был больше, чем член Инсара, и тверже, но скользил внутри словно шелк – это было неожиданно приятно, особенно когда холод внезапно достигал той точки внутри, откуда эйфория истекала мощными потоками к самым нечувствительным ранее точкам тела. Уже готовый взорваться изнутри, Ракшас почувствовал, как Инсар внезапно отошел, но нефритовый фаллос продолжал двигаться самостоятельно в заданном ритме, слегка покачиваясь также из стороны в сторону… Гарри судорожно вздохнул, опуская ступни на стол, выгибая тело. Он затуманено следил за своим господином… Если бы он только прикоснулся к нему… Это было сейчас единственным желанием Ракшаса.
Вновь обойдя стол, Инсар остановился у головы волшебника, совсем близко, так, что Ракшас всем своим существом ощутил того. Плоть Инсара призывно блестела, слюни заполнили рот Гарри, и он чуть спустил голову со стола, облизав губы.
Инсар оперся ладонями о стол, около плеч Ракшаса, и придвинулся к его рту плотнее, с видимым наслаждением погружаясь своей плотью в горячий влажный плен рта лежащего.
Губы Ракшаса послушно обхватили член Инсара, руки взметнулись вверх, впиваясь пальцами в ягодицы, кусок камня не переставал ритмично двигаться внутри него. Казалось, его чувства обострились многократно: во рту ощущался пряный вкус Инсара, обоняние заполнил мускусный запах Инсара, перед глазами уже вспыхивало раскаленное золото, текущее по жилам Инсара, подушечки пальцев ощущали влажность и упругость кожи Инсара… вот только слух не улавливал ничего, кроме скупых тяжелых вдохов-выдохов.
Тело Ракшаса напряглось в ожидании скорой развязки и тут два члена, так неистово в него вколачивающиеся, наконец-то позволили ему окунуться в пучину невероятного по своей мощи наслаждения.
Когда Гарри начал приходить в себя, то движения в своей заднице уже не ощутил, только член Инсара все еще находился в его рту, заполняя пространство по самое горло, перекрывая кислород от неудобной позы. Инсар последний раз качнул бедрами и семя заполнило горло Поттера. Но сейчас Гарри не волновало состояние Инсара, он вспомнил вкус Салазара, его Лазаря, когда тот кончал ему в рот, непременно сопровождая это яркое событие неповторимым полурыком-полувскриком. Сейчас же стояла полнейшая тишина.
Не сумев сглотнуть кристальную жидкость, Гарри закашлялся, а голова закружилась. Удовлетворенный Инсар тут же отодвинулся от Гарри.
Когда кашель прошел, Гарри с отвращением к самому себе прикрыл глаза, не желая видеть своего любовника, особенно в этот момент.
- Увидимся, - услышал он по-арабски. Тонкие пальцы скользящим движением прошлись от ключиц до паха. – Не скучай тут без меня, Ракшас, и пользуйся моим подарком.

URL
2012-02-01 в 19:44 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава тридцать шестая.

Следующие несколько месяцев Гарри провел относительно спокойно, работая в замке, помогая Олафу восстановить хозяйственный оборот, налаживая связи с крестьянами – довольно затруднительная задача, особенно потому, что никто больше не мог найти или увидеть Дурмстранг.
Затея Гарри с порталами успешно реализовалась благодаря советам Ровены, с которой он имел оживленную переписку. Инсар так и не узнал об этом, так как Гарри сам навещал его едва ли не каждый день, перемещаясь в его апартаменты замка в долине Рельвейн. Лучше он будет приходить к нему сам, решил Гарри, нежели Маджуси внезапно захочет навестить своего верного слугу в Дурмстранге и таким образом узнает о невозможности попасть сюда даже с помощью портала.
Много раз Гарри ловил себя на мысли, что скучает по Инсару, по его объятьям, его телу, даже по его холодному голосу. Но как только он перемещался к нему, воспоминания о предательстве, об упущенном времени, которое мог бы провести с Салазаром, горьким потоком проносились перед его глазами. Ярость клокотала в нем при каждом прикосновении к своему господину, она же давала Гарри необъяснимую защиту. Аль Маджуси больше не мог читать Ракшаса как открытую книгу ни при каких обстоятельствах, и Поттер знал это. Потому что он больше не мог полностью отдаться Инсару. Гарри надеялся, что его господин не захочет проверить его лояльность при помощи легилименции, поэтому отвлекал его всеми возможными способами, чтобы тот забыл обо всем, кроме него в постели.
С каждым поцелуем, с каждой подаренной для Маджуси лаской Гарри напоминал ему о своем существовании, не давая забывать о себе, доводя его до фантастического оргазма. Он доводил своего любовника до пика, отступал, потом продолжал наступать снова. Как только Инсар выходил из него, Гарри целовал его в губы, неторопливо одевался под пристальным взглядом, и перемещался на земли Хогвартса, на Ледяное озеро, на берегу которого стоял настолько долго, насколько мог терпеть зимний пронизывающий ветер, иногда смешанный со снегом, обжигающий его лицо, руки, а затем пробирающийся во все уголки его проклятой души.
Затем Поттер возвращался в Дурмстранг, замерзший и опустошенный, закрывался в своей комнате и часами курил оставленный Кадиром кальян. Сизый сладковатый фимиам приносил его душе успокоение и равновесие. Так проходил остаток ночи, а наутро его ждали дела, разделенные с Олафом. Гарри больше не мог проводить ночи с Хабибом, но и не стал отсылать его обратно домой. Он его почти не видел и не хотел знать, чем тот занимается.
Гарри знал, что проваливается в темноту, но не мог пока ничего поделать с этим. Чувство мести было сильно как никогда, оно съедало его душу, превращая в своего раба. Но до отъезда из Дурмстранга с сотней оставшихся со своим господином солдат оставалось всего пара недель.
Каждый раз, встречаясь с Олафом, Гарри чувствовал его все возрастающее беспокойство, и однажды тот пришел к нему в апартаменты, как только Поттер вернулся с озера.
- Не лучшее время для бесед, Олаф, - Гарри собирался захлопнуть двери перед его носом, но тот успел протиснуться и, оттолкнув молодого человека, сам закрыл двери изнутри.
- Давай, Ракшас, можешь не обращать на меня внимания. Я знаю, что ты куришь траву уже несколько месяцев. – Монтан прошел вглубь и присел в кресло, уставившись на кальян.
Гарри уселся напротив и затянулся, облегченно выпустив колечко дыма. Мутным взглядом посмотрел в сторону Олафа.
- Несколько лет курю, но так много – только с некоторых пор… Забавно, лорд Монтан, - прохрипел Поттер, вновь затягиваясь.
- Что же?
- Я больше шести лет заслуживал доверие Инсара чтобы оправдать свое имя. Чтобы моего имени боялись. Уважали. Но ты произносишь его с сочувствием.
- Я не твой враг.
- Нет, не враг, - согласился Гарри. – Но кто ты?
- У меня нет ответа на этот вопрос. Но я знаю, кем хочу быть для тебя. Я вижу, с тобой что-то происходит. Ты должен взять себя в руки, Ракшас…
- Не зови меня так! – воскликнул Гарри.
- Я хочу помочь тебе! Только скажи мне, что я должен сделать?!
- Помочь… Тогда зови меня Аврелий.
- Аврелий.
Гарри рассмеялся. Фимиам наконец-то начал действовать.
- Тебе не нужно курить это, - посоветовал Олаф.
- Возможно. Но это единственное, что удерживает меня на этой стороне. Так легче… Каждый день мне приходится идти против себя, уже несколько месяцев, с того момента, как сюда приезжал Инсар, ты помнишь?
- Я помню. Но не думал, что ты так будешь скучать по нему. И страдать.
- Я тоже, - кивнул Гарри. – Но ты не понимаешь: я должен убить его. Когда я уеду отсюда в середине марта, то есть через две недели, я сделаю это. Весна в этом году ранняя…
Олаф тяжело вздохнул. Эти пьяные откровения всегда невозмутимого Ракшаса действительно вызывали в нем сочувствие вместо того, чтобы ненавидеть из-за убийства отца.
- Не бойся, я скоро уберусь навсегда из этого мира. Из Дурмстранга. Из Хогвартса. Из этого времени, - продолжил Поттер. – Я не планирую выжить, но вначале убью шейха Аль Маджуси и, возможно, прихвачу как можно больше его головорезов.
- Разве у тебя нет человека, ради которого ты хотел бы жить? – спросил Олаф. – Этот мальчик, Хабиб?
- Хабиб? – изумился Гарри. – Он еще молод, он найдет, чем заняться в этой жизни, кроме как любить своего мучителя и убийцу своих родителей.
- А тот человек, с которым ты был в лесу?
- О, Годрик Гриффиндор, - усмехнулся Гарри. – Он когда-то был моим идеалом, тем, кем я хотел стать. У него замечательная жена и у них великое будущее. А я принес им только горе. Я… Из-за меня они потеряли своего друга. Салазар исчез из-за моей глупости еще семь лет назад. Почти семь долгих лет.
- Я слышал о Гриффиндоре. Он славный воин и он основал магическую школу с друзьями.
- Угу. Знаешь, из Дурмстранга тоже вышла бы отличная волшебная школа. Подумай над этим. Если тебе нужна будет помощь в чем-то, обратись в Хогвартс. Они знают о тебе, лорд Монтан.
Воцарилось молчание.
- Когда я исчезну из твоей жизни, Олаф… - Гарри сглотнул. – Пообещай мне позаботиться о Хабибе. Не выкидывай его на улицу. Он любит животных, может присматривать за ними. Придумай ему занятие.
- Хорошо, я обещаю, Аврелий. Но… - Олаф тоже сглотнул. Ему было трудно это говорить. – Но ты можешь всегда вернуться сюда. Или совсем не уезжать. Ты же знаешь, защита замка никогда не позволит ему найти тебя, никого из нас. Ты можешь жить здесь до конца своей жизни.
- И позволить Инсару добраться до Хогвартса, до единственных людей, за которых я отдам свою жизнь? – Гарри вновь рассмеялся, постепенно его смех превратился во всхлипы.
- Никто никогда не видел как я плачу. – Поттер вновь затянулся. Блаженно закрыл глаза. – О, Салазар… Я думал, что смогу сделать это без тебя… Прийти победителем. Но ты нужен мне сейчас…
- Иди прямо сейчас. Найди его.
- Я… Да. Прямо сейчас. – Гарри резко поднялся. Голова закружилась. Кажется, он ел в последний раз… Он не помнил когда. – Моя мантия?
- Держи, - Олаф помог волшебнику одеться. – Хреново выглядишь.
- Спасибо, - слабо улыбнулся Поттер. – За все. И… прощай, лорд Олаф Мария Йозеф фон Монтан. Видишь, я запомнил.
- Я вижу. Но я говорю тебе «до свидания», Аврелий.
- Нет, прощай. Я уберу своих людей как только смогу, но постараюсь не тянуть с этим. – Гарри развернулся и исчез.
- Прощай, друг, - вздохнул Олаф. – Мои правнуки будут помнить о тебе, Аврелий.
♂♂♂

URL
2012-02-01 в 19:46 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
На тропе эльфов ему стало почти хорошо. Он не спешил сходить с нее. Туман из головы постепенно выветривался. Не сделает ли он ошибку, попытавшись найти Салазара до того, как убьет Аль Маджуси?
Он не сомневался, что сможет найти Лазаря, но действительно ли это нужно самому Слизерину? Поттер сомневался не в былой любви Салазара, а в том, что в нынешних обстоятельствах он не сможет даже смотреть на Гарри без омерзения.
Каково это – целовать того, кто предал тебя когда-то? Того, кто еще вечером стонал от наслаждения другого? Сам. Добровольно. Раз за разом доводя до экстаза другого?
Гарри боялся этой встречи. Но еще больше он боялся, что возвращаться в «мир Гарри Поттера» придется, так и не увидев в последний раз своего любимого. Поэтому он отважно сошел с тропы туда, куда его отвел Годрик в последнюю встречу, в подземелья Хогвартса.
Постояв немного в предрассветной тишине, он двинулся в покои Салазара. Комнаты были чисты и прибраны, но тут никто не жил очень давно: камин был пуст и вычищен, свечей не было, окна плотно зашторены. Запах зелий давно выветрился. Обстановка осталась. Гарри обнаружил свои вещи и вещи Салазара в шкафу. Перебрав несколько сорочек, он вынул одну. В безотчетном порыве прижался к ней носом. Слабый запах Лазаря кружил ему голову не хуже фимиама. Аккуратно повесил ее назад. Она еще пригодится.
Следующий пункт назначения – лаборатория. Вход был закрыт, и Гарри не стал терять время, просто переместившись внутрь. Зельями пахло очень слабо. Комната была абсолютно пуста, включая комнатку для ингредиентов и книжные шкафы. Значит, Салазар собирался основательно, все ценное взял с собой, видимо, одежда в его ценности не входила. Либо в том количестве она была ему не нужна. Так, пара мантий, пара башмаков на смену.
Гарри вновь переместился в коридор и замер. Осталось всего пара мест в замке, где мог бы быть Салазар. Если его нет в Хогвартсе… то Поттер никогда не найдет Слизерина. Он не знал, где тот вырос, где они с его дедом жили, но вряд ли это было миленьким деревенским домиком, лишенным защиты посреди Хогсмида. Слизерины – древнейший род, у них должен быть еще один родовой замок, возможно, даже не один.
Поттер вздохнул. Он не удивится, если найдет Салазара в окружении чистокровной леди Слизерин и парочки пяти-, четырехлетних парнишек – детей Лазаря. В конечном счете, у рода Слизерина будут наследники. Это Гарри знал наверняка. С одним из них он встречался неоднократно.
Он пошел в свои бывшие апартаменты. Красиво отделанная комната также не хранила признаков обитания.
Почти рассвело. Скоро ученики отправятся на завтрак.
Гарри побежал в туалет будущей плаксы Миртл, к известному ему входу в тайную комнату Слизерина, надеясь, что она уже существует, но василиска в ней еще нет.
Комната не открылась. Поттер в отчаянии оперся об умывальник, смотря на свое лицо в отражении зеркала. За эти несколько месяцев он словно постарел на несколько лет. И дело было не в всклокоченных черных волосах, не в обросшей физиономии, а в потухших зеленых глазах, синих кругах под глазами, бледности кожи, глубоких морщинах между бровей. Высокие скулы еще более выделялись на ставшем худом лице… Кулак взметнулся и встретился с зеркалом, раскалывая его на мелкие осколки, со звоном падающими на гранитный пол, разрывающими тишину замка.
Гарри непроизвольно застонал, разглядывая узор крошечных блистающих осколков, покрывающимися алыми каплями крови.
- Аврелий? – раздалось почти одновременно с распахнувшейся дверью. – Ты ранен!
- Все в порядке, Хельга, - проскрипел Гарри. Хотелось выть от отчаяния. Он должен успокоиться, иначе может причинить вред кому-нибудь. – Уходи.
Вопреки словам она вошла и закрыла дверь за собой. Подошла, осторожно прикоснулась палочкой к раненой руке, затягивая раны.
- Поздравляю, - произнес Гарри.
- Что?
- Поздравляю с прибавлением в семействе, - он указал на плоский живот женщины.
- А. Спасибо, Аврелий.
Воцарилась минутная тишина.
- Знаешь, я… - начала Хельга одновременно с Гарри:
- Послушай…
- Нет, ты должен выслушать меня вначале. Потом ты не захочешь со мной разговаривать.
- Что именно?
- Нет, не здесь. Идем в мои комнаты. Мой муж ушел на завтрак, он преподает Чары, а я забочусь о… о наших детях, особенно сейчас, когда Алкэ всего два месяца.
- Понятно.
Шли они в полной тишине, но вдалеке уже слышался топот студентов. Она вела Гарри в жилую часть замка, туда же, где раньше располагались ее комнаты.
Уже на подходе к ним Гарри услышал тоненький голосок, льющийся из-за двери. Ребенок пел колыбельную, очень нежно и проникновенно. Он никогда не слышал такого ангельского пения.
- Присаживайся, пожалуйста.
Гарри сел, выжидательно посмотрел на женщину.
- Аврелий. То, что случилось почти семь лет назад… То, что я сделала с тобой семь лет назад… Это непростительно, но я не прошу не злиться на меня, ты имеешь полное право на это. Я использовала очень сильное любовное зелье на себе и…
- Я в курсе, что случилось в замке лорда Филиппа. Мы переспали. Я лишил тебя девственности, - жестко ответил Гарри. Он не хотел ворошить прошлое, оно больше не имеет значения, а сегодняшняя неудача в поисках Салазара только подстегивала его раздражение. Хотелось курить.
- Да, - она вновь сглотнула. – Но это еще не все.
Девочка прекратила петь, Гарри услышал, как дверь в гостиную, где они находились с Хельгой, робко приоткрылась. Он не стал смотреть туда. Это должно быть старшая дочь Филиппа и Хельги.
- Девочка моя, подойди сюда, - позвала Хельга, глаза которой потеплели, пока она следила за миниатюрной фигуркой, легкая улыбка не покидала ее лица.
- Мамочка, я пела колыбельную для Алкэ и она снова заснула, - девочка держала мягкую игрушку в своих маленьких ручках, ее ночное платьице доставало до пола, почти скрывая босые ножки. Она уселась на колени Хельги и наконец-то повернулась лицом к Гарри.
Поттер прикрыл глаза, думая, что ему уже видятся нереальные вещи и стоит действительно что-то поесть, но когда он пару раз глубоко вздохнул и открыл тяжелые веки, но видение маленькой девочки все еще не исчезло.
- Мамочка, что-то случилось? Кто этот волшебник?
Хельга в ужасе смотрела на Гарри, а он не мог оторвать взгляд от черноволосого ангелочка с зелеными глазами.
- Мамочка?
- С твоей мамой все хорошо, малышка, - ответил ей Гарри. – Я Аврелий. А как тебя зовут?
- Я мисс Лира Ванесса Азнауэрская, - четко выговорила девочка, обнимая игрушку одной рукой, а другой цепляясь за шею мамы.
- Очень приятно познакомиться. А сколько тебе лет, мисс Лира?
- Мне шесть, сэр.
- Твой день рождения в… конце января?
Ее глаза расширились еще больше:
- А как вы узнали, сэр?
Гарри нагнулся и доверительно прошептал:
- Я самый великий волшебник во всем мире и я умею читать мысли, а еще я знаю, что ты красиво поешь колыбельные.
- Спасибо, сэр. А вы тоже умеете петь?
- Совсем не умею, Лира.
- Но все умеют петь, - удивилась девочка.
- Лира, дорогая, иди умываться. Скоро будем завтракать, - прервала ее Хельга.
- Да, мамочка. – Она поцеловала женщину в щеку и соскочила с коленок. Сделала что-то подобное реверансу для Гарри и убежала в другую комнату.
Вновь воцарилось молчание, Гарри совсем не знал, как реагировать на появление столь юной леди в его жизни. Но он точно знал одно – она его дочь и он рад этому.
- Не молчи, пожалуйста, - попросила Хельга. Пара слезинок скатилось по ее щекам. – Скажи что-нибудь. Скажи, что я грязная, падшая женщина, что я недостойна жить в этом замке, что я…
- Ты прекрасно воспитала нашу дочь, - выдохнул Гарри. – И она настоящая красавица.
Хельга рывком опустилась на колени перед Гарри, опустив голову возле него. Он знал, что она плачет, видел, как содрогаются ее плечи, но он не привык никого утешать, поэтому лишь мысленно позвал эльфа с кубком освежающего эля.
- Выпей это, Хельга. Я не злюсь, я лишь сожалею, что упустил то время, когда росла Лира. Как она сделала первый шажок, как спела свою первую песенку…
- И как не давала спать ночами своей маме, когда у нее резались зубки, и как…
- Позволь мне посмотреть твои воспоминания о Лире. Я буду осторожен. Пожалуйста.
- Хорошо, Аврелий. Я верю тебе.

URL
2012-02-01 в 19:50 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
♂♂♂
Вечером ему нужно было вернуться к Инсару. Гарри привел себя в порядок перед встречей, поселившись в Золотой комнате. Ровена и Годрик были рады встретиться с ним. Лорд Азнауэрский оказался добродушным человеком. Он знал историю об Аврелии, Хельге и их дочери. Филипп уже давно не был в своем родном замке, однако там жил смотритель, который сообщил Инсару, что лорд путешествует по Европе уже очень долгое время, но всегда рад приютить старых знакомых.
Гарри переместился в обычное время прямо в покои Инсара. Тот уже ждал его, расположившись на кровати. Поттер внутренне возликовал.
Он. Ждал. Его.
Ждал впервые, практически раздетый, почти готовый наброситься на свою добровольную жертву. Гарри хищно улыбнулся, спуская с себя мантию, оказавшись полностью обнаженным.
Инсар приглушенно выдохнул.
- Соскучился? – спросил Ракшас, подползая по кровати к своему господину.
- Пожалуй, - признался Аль Маджуси, впиваясь в губы своего любовника.
- О, так ты даже не искал новую игрушку? – вдохнул Гарри в губы своему любовнику. – Я польщен. Мне стоит написать книгу о приручении с помощью секса легкомысленных шейхов.
- Ты зарвался, щенок, - Инсар резко перевернул Гарри и подмял его под себя. Силы было ему не занимать.
- Ну, так накажи меня. Если сможешь, - усмехнулся Ракшас, применяя тот же прием на Инсаре, не только переворачивая его, но и быстро заведя его руки, создавая магические путы, достаточно слабые, чтобы тот в любой момент мог вырваться. Еще было не время для мести. – Впрочем, слишком поздно. Теперь я твой господин. Умоляй меня.
- Ты и так это сделаешь, - Инсар попробовал освободиться от магических оков, они легко поддались, поэтому он остался спокойно лежать как был.
- Просто скажи, что хочешь от меня, - прошептал Гарри, освобождая от остатков одежды лежащего мужчину. Отошел, обозревая соблазнительное тело.
- Хочу увидеть, что будет дальше.
- Увидишь, но это не то, что я хочу слышать, - Поттер усмехнулся, выставил руку, в которой тотчас появилась черная плеть.
Маджуси даже не вздрогнул, лишь только опасный блеск появился в его глазах:
- Если сделаешь это, то получишь то же самое в десятикратном размере, Ракшас, - предупредил Инсар.
- Твое слово – закон, мой шейх, - кивнул Гарри, резко опуская плеть на обнаженное бронзовое тело, задевая кончиком член Маджуси. Инсар вздрогнул от неожиданности, волшебная палочка уже была в руках, направленная на своего любовника, но Поттер тоже не дрогнул под безмолвным «секо». Только тонкая струйка крови, скатывающаяся возле сердца, показывала, что заклинание достигло цели.
Гарри остановил кровь, но убирать пролившуюся не стал. К счастью, рана оказалась не глубокой, но достаточно большой, чтобы умереть, если кровь быстро не остановить.
Инсар убрал палочку:
- И как долго ты хотел высечь меня?
- Только что пришло в голову, - ответил Гарри, перебирая второй рукой мягкий бархат, из которого была сделана плеть. – Еще?
- Попробуй, - и Ракшас опять приковал руки своего любовника, а затем плеть в его руке вновь хлестнула по напрягшейся плоти Инсара, но в этот раз шейх только изогнулся словно кошка, желая увеличить возбуждающий контакт тела с бархатом.
Гарри с трудом сдерживался, чтобы не наброситься на это тело, подмять его под себя, войти глубоко, сразу, без подготовки, разрывая тугую нетронутую плоть своего господина, врага, любовника. Но он видел: движения тела Инсара призывали и умаляли дотронуться до себя, но его уста хранили молчание, а Поттер не мог оставить это так. Он хотел хотя бы один раз услышать мольбу Аль Маджуси, чтобы тот больше не представлял на месте Ракшаса кого-то другого, что только он поймет его и доставит такое удовольствие, когда не можешь ни о чем больше говорить, кроме как просить, вымаливать.
Гарри видел, что Инсар уже на пике, поэтому уронил плеть и оседлал его бедра, жестко впиваясь в губы любовника. Оторвался, и, не разрывая зрительного контакта, сам насадился на твердую горячую плоть, проигнорировав должную подготовку. Перед глазами белыми кольцами закружились огни от испытываемого чувства наслаждения, боли, отвращения, страдания. Слезы едва не скатились по вылепленному из мучений лицу, когда Ракшас неистово двигался на бронзовом разгоряченном, влажном от пота, теле до тех пор, пока внутри него волна наслаждения не вырвалась хриплым криком.
Поттер открыл глаза, слегка приподнимаясь, выпуская из себя уже мягкий член Инсара. Нервным движением руки убрал со своего лица прилипшие влажные пряди волос. Его любовник задумчиво смотрел на Гарри, который хотел, как обычно, поцеловать его и уйти, но вдруг Маджуси сам спихнул с себя Ракшаса:
- Убирайся, - приказал он.
Гарри выгнул брови:
- Как прикажете, господин, - он встал, быстро накинул мантию и вышел за дверь, а затем переместился к Ледяному озеру. Ночь была темной, но Поттер вскинул голову к слабо мерцающим звездам и счастливо расхохотался, вцепившись пальцами в растрепанные волосы на затылке. Он смеялся потому, что почувствовал, как на пару мгновений его любовник опустил блок, и слышал каждую мысль Инсара, когда он был в нем. И ему до безумия нравилось знать, что Маджуси боится его потерять, нравилось знать, что на какое-то короткое время у его господина екает сердце при виде Гарри.
О, да, месть сладка. Эти несколько месяцев дали свои результаты в полной мере. И уже неважно, что Поттер, настоящий Гарри Поттер, почти потерялся между Аврелием и Ракшасом – кем бы он ни был, этот человек выполнит свой долг сейчас и в будущем тоже. Он будет тем, кем потребует быть от него судьба. «Светлое из светлых, темное из темных», вспомнил Гарри.
И теперь, чтобы не приказал Инсар, он вернется к нему завтра, как и в следующие недели до судного дня, решил Гарри.
♂♂♂
Он переоделся в свой восточный наряд – именно таким его знают воины, которых Поттер оставил в Дурмстранге, и переместился прямо в центр лагеря. Около сотни волшебников, неплохо обученных, хорошо вооруженных, преданных и не очень.
- Рэд, пошли кого-нибудь в замок за моими людьми, - приказал Ракшас. – Мы уходим отсюда.
- Да, господин, - обрадовано ответил волшебник и свистнул, призывая других. Лагерь свернули всего за пару часов, как будто его здесь никогда и не было.
«Рэда убить однозначно», - думал Гарри. Такому человеку не место на земле. Он с каждым убийством получает ничем не заменимое наслаждение. Он не может не убивать.
Мимо прошел Иктус. Следопыт. Гарри ментально влез и ему в голову. У него есть семья. Он сможет жить честно. Он примет предложение Поттера. Иктус никогда не убивал.
Имена проносились перед его глазами десятками. Всех этих людей он знал лично. Некоторых спасал рискуя своей шкурой. Со всеми бился бок о бок. Он знал, кто на что способен. Все получат то, что они заслуживают. Так было предначертано в Книге «Annales maximi», так гласило пророчество.
Солдаты окружили его, готовые к дальнейшему пути, вместе со своими лошадьми и скарбами. Гарри глубоко вздохнул. Пришло время говорить и творить их судьбу.
- Те, кого я назову, встаньте позади меня. Иктус... – Поттер перечислял имена, никто из них не проявил нетерпения или страха. Они поддержат Гарри, что он им бы не приказал не из-за страха быть наказанными, а из-за испытываемого уважения к своему господину. Всего двадцать три человека. Меньше четверти, вздохнул Гарри. Он продолжил:
- Мы не отправляемся в долину Рельвейн. – шепот неназваных. – Мы больше не будем нападать и убивать невинных волшебников и магглов тоже. Скоро Аль Маджуси сгинет из этого мира в преисподнюю, если она существует! И его армия падет!
Возмущенные голоса.
- Вы все знаете на что я способен. Вам не победить меня! – выкрикивал Гарри, перекрикивая гул голосов. – Но я даю вам шанс исправить свершенные ошибки! Бросьте мечи и палочки, ибо кто бросит оружие, того не убивают!
- Ты предатель! – проорал Рэд, но нападать не торопился, хотя палочки уже достали все находящиеся по обе стороны Гарри.
- Какой шанс?!
- Да, какой?
- Что мы будем делать?
- Жить и честно добывать себе пропитание! – ответил Гарри на последний вопрос.
- Я убью тебя! – проорал вновь Рэд, направляя на Ракшаса палочку, но вдруг остановился. Гарри знал, что те, кто стоит позади, собрались защитить своего бывшего господина. Поттер вскинул руку, готовый в любой момент применить любое подходящее заклинание, чтобы защитить себя и этих людей.
- Я даю вам шанс! – повторил он. – Тех, кто захочет жить честно, я отпущу на все четыре стороны!
- Ага, как же! Не верьте предателю!
- … при одном условии: я лишаю вас воспоминаний о том, кем вы были, но вы будете живы! И свободны! Недалеко есть деревня, крестьяне помогут вам…
И тут просвистело первое заклинание прямо в него, но не достигло своей цели. Гарри не знал, кто это был, так как потом все смешалось в единое размытое пятно из искр от заклинаний, крови, тел, падающих замертво на землю. Многие из них не брезговали маггловсикм оружием, нанося глубокие раны. Ракшас работал обеими руками, в одной был его верный исфаханский ятаган, а другой он посылал проклятие за проклятием в волшебников.
Когда все было закончено, половина его отряда погибла, многие сдались, и некоторые в процессе битвы выбрали сторону Гарри.
Поттер подошел к сильно раненному Рэду. Он тяжело дышал, истекая кровью.
- Ты неверно выбрал, Рэд. Мне жаль. – Гарри обвел живых взглядом и четко произнес, - Авада Кедавра.
Зеленая вспышка остановила хрипы Рэда.
Оставшимся Гарри стер воспоминания и провел через границу, подальше от Дурмстранга, оставив их в деревне. Иктуса среди них не было.
♂♂♂

URL
2012-02-01 в 19:54 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Гарри пешком вернулся в Хогвартс – от Ледяного озера до замка наблюдалась едва заметная тропа среди еще не растаявших сугробов. Забрезжил рассвет.
Мысли о Салазаре не давали покоя. Он не справится с Инсаром без его поддержки. Так всегда было, начиная с истории о философском камне, с ним всегда рядом находились волшебники, готовые его поддержать.
- Аврелий? – окрикнул его голос, когда он приближался к главному входу. – Постой!
- А, Годрик, - натянуто улыбнулся Гарри. – Что-то случилось?
- Ты… Мне, поверь, все равно чем ты занимался этой ночью, но Ровена и ученики не привыкли к виду крови и твое когда-то белая одежда…
- Одежда? – нахмурился Поттер, оглядывая себя. Многочисленные брызги крови на его аббе уже были подсохшими. – А, вот ты о чем. Конечно.
Гарри произнес очищающее заклинание.
- Знаешь, я поддерживаю тебя во многих твоих решениях, но не мог бы ты…
- Годрик, любопытство не порок, но, думаю, ты и сам мог догадаться, что у меня была трудная ночка, даже более чем обычно за последние месяцы. – Они вошли в холл. Голоса учеников уже раздавались эхом по коридорам. – Я сегодня убил половину моего отряда. Не все из них были убийцами, они заслуживали второй шанс, но…
- Все хорошо, ты не мог позволить, чтобы они вернулись к Аль Маджуси, - понятливо кивнул Гриффиндор.
- Да… У тебя ведь есть хорошее заживляющее зелье? Мое сердце болит, - усмехнулся Гарри. – Во всех смыслах, к сожалению.
- Я пошлю Ровену, если ты не хочешь, чтобы тебя осмотрела наша целительница, - обеспокоенно ответил Годрик. - Я провожу вначале тебя.
- Не стоит. Спасибо, Годрик. – Гарри повернул в боковой коридор. Ровена появилась быстро, и они вместе вошли в светлое помещение. Женщина успокоила целительницу и отправила ее обратно, а сама занялась Аврелием.
- Кто это сделал? – нахмурилась она, осматривая обнаженную грудь с едва залеченной раной.
- Инсар, - отстраненно ответил Гарри, пожав плечами.
- Эй, я беспокоюсь о тебе, Аврелий. Годрик – тоже. Ты мог бы быть осторожней?
- Всего лишь еще один шрам. Его будет не так уж видно среди прочих… - Он взглянул на поджавшую губы женщину. Она сосредоточенно смазывала свежий шрам мазью и водила над ним палочкой. Мысли о тревоге за его здоровье плавали на поверхности ее разума. Гарри вздохнул, испытывая подзабытое за последние годы чувство стыда. – Прости меня, Ровена. Всё так перевернулось в моей жизни – не в первый раз!
Ровена, закончив, присела рядом и положила тонкую ладонь на мозолистую от упорных тренировок с ятаганом руку Гарри. Чуть сжала.
- Ты самый сильный маг нашего времени, Аврелий. Ты справишься. И мы все поможем тебе. Просто береги себя, ладно?
- Со мной ничего худшего, что уже было, не произойдет, - горько усмехнулся Гарри, пытаясь абстрагироваться от ужасающих моментов своей жизни: о заточении, изнасиловании… Он крепко стиснул веки, и наклонился вперед, зарывшись пальцами в волосы, чтобы Ровена не смогла наблюдать за отчаянием, отразившимся на его лице. Те грубые прикосновения чужих рук, нежеланное вторжение и боль… сплошная слепящая боль… Он неожиданно как будто вновь вернулся в прошлое, которое стало настолько отчетливым, что где-то внутри него образовался тугой комок, пытающийся вырваться наружу. Не в силах больше сдерживать тошноту, Гарри, едва осев на пол, стошнило.
- Аврелий, - Ровена пыталась поддержать молодого человека, но он отпихнул ее подальше.
После опорожнения желудка тугой комок внутри ослаб, и Гарри легким движением руки убрал грязь. Ровена помогла подняться на кровать и влила несколько флакончиков зелья в почти несопротивляющегося волшебника.
- После стольких лет? – сочувственно прошептала женщина, пытаясь обнять его.
- Не нужно, Ровена, - остановил ее Гарри, легко перехватывая запястья. Он не знал, насколько сильно осведомлена Ровенкло о том, что произошло в долине Рельвейн семь лет назад, но изливать душу и тем более плакать в жилетку он не собирался. Никому и никогда. – Ничего не нужно. И прости за столь некрасивую сцену. Я не знаю, что на меня нашло. Ночка выдалась не из легких.
Она вновь поджала губы, явно пытаясь не наговорить лишнего, а Гарри восстанавливал свой модифицированный блок – он бы предпочел никогда не вспоминать те минуты своего унижения. Если Поттер испытывал к самому себе такое омерзение, то что бы почувствовал Салазар, узнай о произошедшем? Да он прикоснуться бы к нему не пожелал!
- Ты ещё не искал его? – женщина устремила синий взгляд на Гарри, сцепив руки в замок так, что побелели костяшки пальцев.
- Посмотрел комнаты, где мы жили, лабораторию, еще пару мест, но… - Гарри замолк. Он отчаянно захотел взглянуть на Салазара хоть одним глазком, пока тот не кривит в отвращении к нему губы, и не отводит взгляд всякий раз, когда натыкается на очередной шрам, сетью покрывающие тело Гарри. - Возможно, я плохо старался, - признался он.
- Возможно, - согласилась Ровена.
- Ну, спасибо, - невесело ответил Гарри. – Может, у тебя есть какой-либо план, где еще искать Салазара?
- Он здесь, в замке, – уверенно ответила она, нанося заживляющее зелье.
- Я не могу облазить все комнаты, это физически невозможно. И ты же знаешь, что замок строил еще дед Лазаря, его внук лучше знаком с планировкой… Кроме того…
- Ты ищешь причины, Аврелий, чтобы его не искать? – голос Ровены не звучал обвиняюще, поэтому Гарри лишь недовольно посмотрел на нее и промолчал.
Вдруг появился домовик, затрепетал ушами и обратился к ним обоим:
- Повелитель, госпожа Ровена, сэр Годрик зовет вас, он в Большом зале, госпожа, простите.
- Спасибо, я скоро приду, - ответила Ровена.
- Спасибо, Тинкер.
Эльф исчез, а она усмехнулась:
- Ты – самая большая загадка в моей жизни, Аврелий, и я не могу разгадать ее вот уже столько лет.
- Отчего я загадка?
- Этот эльф новичок в замке, и ты видишь его впервые, а имя уже знаешь.
- Ах, вот ты о чем, - Гарри начал одеваться обратно в свою аббу и галабею. – Просто я подумал, почему бы этого эльфа не звать Тинкером? Это имя ему очень подходит, ты не находишь? Удивительно, что его на самом деле так зовут.
Гарри улыбался, Ровена почти смеялась.
- Знаешь, - они пошли по направлению к Большому залу, - если ты так хорошо ладишь с домовиками, почему бы тебе не попросить их найти их хозяина. Они бы…
Гарри остановился как вкопанный.
- О, черт.
- Что-то случилось? – оглянулась Ровена.
- Знаешь, подруга, это чертовски умная мысль. Стоит заняться этим немедленно.
Они вошли в Большой зал, где голодные ученики уплетали свой завтрак. Они с удивлением наблюдали за основательницей школы и высоким человеком в белом одеянии, спокойно идущим рядом с ней. Он просто излучал магию, словно светясь изнутри. Послышались многочисленные шепотки и девчачьи вздохи.
- Похоже, Аврелий, ты будешь пользоваться популярностью у студенток, - тихо прошептала ему Ровена.
- Не понимаю, отчего они так всполошились, - пробормотал Гарри. – Не думал я, что у детей могут быть такие пошлые мыслишки… Мерлин… Половину из ваших так называемых студентов надо выпороть как минимум. Вы еще не отменили порку?
- Нет, Аврелий, - улыбнулся Годрик, услышав последние слова Гарри. – Официально она не отменена, хотя на практике применялась лишь однажды пять лет назад.
Годрик поднялся со своего места и представил притихшим ученикам и остальным преподавателям Аврелия, назвав его почетным гостем. Причину визита он не назвал.
Поттер присел рядом с директором, Ровена – по другую сторону.
- Годрик, сколько эльфов числится в замке? – спросил Гарри.
- М-м…
- Ясно. Ты не возражаешь, если я посчитаю их?
- Конечно. Сейчас?
- Нет, когда ученики разойдутся по классам. У вас есть уроки?
- Да, - ответила Ровена огорченно. – Хотела бы я присутствовать, когда ты будешь их… хм… считать.
- У меня нет, - радостно ответил Годрик. – А зачем тебе?
- Увидишь, друг, - загадочно усмехнулся Гарри.
Когда большой зал практически опустел, Поттер назвал первое пришедшее на ум имя, домовик появился немедленно, низко раскланиваясь:
- Повелитель? – с трепетом пролепетало существо.
- Да, это я, - сказал Гарри. – Я хочу прямо сейчас видеть всех эльфов, проживающих в этом замке. Тех, кто уже выполняет какую-либо работу, - уточнил он.
- Да, сэр, повелитель, - низко склонился домовик и исчез.
- Как это, «кто выполняет работу»? – приподнял брови Годрик. – Разве кто-то из них бездельничает?
- Ты же не думаешь, лорд Гриффиндор, что у эльфов нет детишек, и размножаются они как-то иначе, нежели люди?
- Э, нет. И, пожалуйста, давай без подробностей, я не привык, что они тоже… Ну ты понял меня, - смутился Гриффиндор, а Гарри рассмеялся наивности чистокровки.
Эльфы стали появляться один за другим, всякий раз заинтересованно кидая взгляды в сторону Аврелия.
- Это все, сэр, Повелитель, - ответил один из домовиков.
- Замечательно, - Гарри встал, обращаясь к волшебным существам. – Вы все знаете, кто я.
Эльфы возбужденно закивали.
- Поэтому я желаю, чтобы вы сказали мне кое-что. Я разыскиваю одного человека. Его зовут Салазар Слизерин. Вы должны знать его, если нет, спросите тех эльфов, кто был знаком с ним. Он где-то в этом замке, но я не могу найти его самостоятельно. Если кто-нибудь видел его в последнее время, или знает, где он сейчас находится, я прошу сказать мне или показать. – Гарри замолчал в выжидании.
- И ты думаешь, это сработает? – удивился скептически Годрик. – Он же их прямой хозяин, и если Салазар не хочет видеть никого, то…
- Сэр, повелитель, я знаю, где он живет, - робко пропищал молоденький эльф.
Гарри приподнял брови, глядя на своего друга, затем с замиранием сердца обратился к эльфу:
- Проводи меня туда, пожалуйста.
- Да, сэр, повелитель.
- Остальные, возвращайтесь к своим делам, - громко произнес Гарри и, не оглядываясь, ступил на тропу эльфов вслед за одним из них. – А что ты делаешь для своего хозяина, Чилли?
- Я приношу хозяину еду, сэр, повелитель, - гордо ответил эльф. – Вы готовы, сэр, повелитель?
- Нет, - прошептал Гарри, пытаясь усмирить сердцебиение. – Мы можем просто посмотреть, где он находится, чтобы я знал, но он не видел нас?
Эльф на секунду задумался.
- Мы можем появиться в укромном углу, он не увидит нас, только если мы не будем шуметь, сэр, повелитель.
- Хорошо, ступай. – Гарри ступил с тропы вслед за домовиком и присел, оглядываясь.

URL
2012-02-01 в 20:00 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Они оказались в Тайной комнате, в том зале, где Гарри Поттер убил василиска Салазара. Чертыхнувшись, что история и не думает меняться, Аврелий осматривал помещение в поисках одинокой фигуры, как вдруг сработали охранные чары, громко прозвенев эхом по всему помещению. Чилли испуганно пискнул, поэтому Гарри шепнул ему, чтобы тот уходил.
Домовик мгновенно исчез. Раздался глубокий голос, завибрировавший в душе Гарри:
- Кто здесь? Чилли, это ты, проклятый эльф? Я же просил не беспокоить меня, только если замок не рух…нет, - голос прервался и Гарри пришлось встать. Он не был трусом, но смотреть в эти прозрачные нереальные глаза было выше его сил. Поттер неосознанно шагнул вновь на тропу эльфов, но успел услышать, как дрожащий голос успел тихо прошептать «Это ты».
Гарри с трудом вдыхал этот навязчивый удушливый цветочный запах изумрудной эльфийской тропы, словно кто-то перекрывал ему кислород.
- Мерлин, что я делаю? – спросил он самого себя и нервно икнул. Затем, прикрыв глаза, вздохнул, тихо и размеренно, и вновь сошел с изумрудной тропы в обитель Салазара.
Никого в пределах видимости не было, но тихие шаги звучали все дальше и дальше. Гарри рванул на их звук. Черная фигура собиралась выйти куда-то.
- Салазар! – крикнул Гарри и остановился, не зная, что сказать и что делать дальше.
Мужчина медленно повернулся. Постоял пару секунд, что-то решая для себя, и тихо подошел к Аврелию, недостаточно близко, чтобы попытаться дотронуться друг до друга.
Гарри сделал шаг вперед и остановился, мысленно умоляя мужчину сделать то, что позволило бы узнать Поттеру, что он не зря нашел его. Но Салазар не подходил ближе, только смотрел на своего бывшего любовника, держа в руках палочку.
- Салазар, - выдохнул Гарри, находя в этом имени силы продолжать дышать, соображать.
Из рук алхимика выпала палочка, звонко стукнувшись о каменный пол, откатилась в сторону Гарри. Поттер проследил взглядом за ней. Наклонился, чтобы поднять ее, как вдруг его лицо охватили холодные пальцы, а тонкие губы жестко впились в его рот.
Гарри встал на колени, притягивая Салазара ближе, зарываясь пальцами в его длинные волосы.
- Ты здесь, - прошептал алхимик, когда воздух у обоих кончился. Он не отпускал лицо Гарри, поглаживая пальцами щеки сквозь многодневную щетину.
- Я здесь, - подтвердил Гарри, также не в силах насмотреться в такие любимые глаза.
- Когда ты сегодня появился и исчез, я шел тебя искать… Но ты вернулся, - шептал он.
- Я здесь, - повторил он, вновь припадая к тонким губам, а затем осыпая легкими поцелуями гладко выбритое лицо, вспоминая все ямочки на нем.
Они синхронно встали с колен, все также не отрываясь друг от друга. Слова казались лишними – только губы, пальцы, дыхание, одно на двоих. Возможно, это было неправильно, но так необходимо им обоим.
- Если ты сейчас не отведешь меня в свою спальню, - прохрипел Гарри, подставляя шею губам Салазара, - то я готов сейчас же взять тебя здесь, на полу.
И Салазар потащил его куда-то, выходя из этого зала со статуей в скрытую боковую дверь. Но до кровати они так и не добрались.
Поттер не знал, куда они вошли, но захлопнул ногой дверь за собой и Салазаром и тут же не слишком нежно прислонил его к двери, попутно расстегивая, почти разрывая, все препятствия к телу алхимика. Ткань трещала по швам, как и его белоснежная галабея. В следующий момент он ощутил, что на нем остались лишь широкие штаны и сам потянул за шнурок. Они упали к его ногам, затем Гарри скинул все остальное, как и Салазар. Путешествие к наготе было коротким.
Поттер прижался к худому подрагивающему телу, ощущая в полной мере его возбуждение рядом со своим. Он не хотел терять те минуты, которые требовались на подготовку, но все равно призвал откуда-то из глубин комнат смазку, зачерпнул порцию, и, приподняв одну ногу Лазаря, ввел в него палец настолько нежно, насколько мог, с удовольствием отмечая, что здесь никого уже давно не было.
«Никого, кроме тебя», - подтвердил Салазар, впуская своего партнера и мысленно.
Салазар с готовностью помогал, давая к себе доступ. Он обвил одной ногой бедра Гарри, с трудом удерживаясь на другой, обнимая его шею руками.
- Хватит, - сказал алхимик, хватая из рядом парящей склянки остатки смазки, и беспорядочно нанося ее на член своего любовника.
Гарри глубоко дышал, пытаясь чуть проветрить голову, и не кончить прямо сейчас.
Не видеть эти прозрачные глаза и не сходить с ума от нежности, пылающей во взгляде… Не вдыхать особый запах алхимика и не чувствовать свою кровь, стремительно струящуюся в венах… Не касаться его гладкой белой кожи и не чувствовать ответного биения сердца… Не слышать его молчание и не озвученные желания… Как раньше Гарри мог думать, что жил все эти годы? Так… он был лишь призраком… тенью…
- Ты сможешь?.. – простонал Салазар, так открыто, так невероятно возбуждающе.
- Всё, что угодно, - и он легко приподнял Слизерина. Тот не был легким, но с помощью магии Поттер справился с задачей, и алхимик тотчас обвился вокруг Гарри всеми конечностями, прижатый к твердой поверхности теплого дерева с другой стороны. Поттер, безошибочно погружаясь в следующий момент в его тело, четко контролируя глубину, давал время своему партнеру приспособиться, выровнять дыхание, успокоиться – безуспешная затея. Лазарь так стонал его имя, что вскоре оно превратилось в его внутреннюю мантру. Бесконечную. Тягучую.
И только алхимик слегка двинул задом, как Поттер начал двигаться в нем, все также крепко удерживая его тело обеими руками. Оставляя ссадины на спине, пояснице, содрогающихся бедрах, с силой сжимающих член Гарри. Так хорошо. Волшебно. Идеально.
Гарри открыл глаза, желая видеть такое любимое лицо во время пика, но с удивлением обнаружил, что тот улыбается. Открыто. Счастливо. Смело, ничуть не желая скрыть эту улыбку.
Поттер еще яростней опустил зад Салазара, насаживая его на свой член глубже, точно зная, что каждый раз задевает нечто внутри своего любимого, заставляющее его еще больше погружаться в пучину безумной улыбки, до тех пор, пока хриплые, такие забытые утробные стоны, не вырвались откуда-то изнутри Слизерина, пойманные в последний момент губами Гарри. А в следующий миг он уже сам изливался в это бесконечно любимое тело, едва удерживаясь на ногах, чтобы не упасть вместе с алхимиком.
- Я так люблю тебя, мой Лазарь, - едва слышно прошипел Гарри, навалившись на него, но не отпуская.
- Я… - мужчина вздохнул. Прикоснулся пальцами о жесткую поросль на щеках и подбородке Гарри. – Тебе стоит побриться.
Поттер рассмеялся. Конечно, это не те слова, что он ожидал сейчас от своего любимого, но определенно это не презрение и не ненависть, как должно быть, думал Гарри.

URL
2012-02-01 в 20:16 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Глава тридцать седьмая.

Гарри просыпался медленно и тягуче, как не просыпался уже многие годы. Такого внутреннего спокойствия он не чувствовал в себе уже давно. Здесь ему не нужно раз за разом проверять свои блоки на прочность. И ему не нужен был вербальный ответ Салазара на его признание. Его мысли, поступки и взгляды уже дали тот ответ, на который надеялся Гарри.
Поттер не хотел думать о том, что будет вечером, когда ему придется уйти к другому и лечь под него или когда Салазар начнет задавать вопросы, на которые Гарри не готов и вряд ли будет готов дать правдивые ответы. Но он чувствовал, что Лазарь смотрит на него в немом ожидании. Дальше откладывать разговор было бы инфантильностью.
Он повернул голову. Салазар действительно наблюдал за ним, забравшись с ногами в кровать. Он вновь был в наглухо застегнутой простой мантии. Никакой серебряной вышивки, показной роскоши, даже намека на принадлежность Салазара к высшему магическому сословию. Даже сбрил свои усики, когда-то бывшие на его лице, которые так щекотали тело Гарри во время поцелуев…
- Ты устал и уснул быстро, - произнес алхимик осторожно. Блок был на месте. На лице ничего не отражалось. Это было невыносимо для Гарри. – И пока ты спал я смазал твою рану возле сердца зельем получше, нежели то варево, что используют в лазарете.
- Я не спал ночью, - ответил он, натянуто улыбнувшись. Он не знал, как вести себя с Салазаром. Они оба изменились за столько лет. Всё это казалось нереальным сном. – И спасибо за зелье. Почти не болит.
Гарри поежился от мысли, что Салазар видел его многочисленные, в основном, резанные шрамы, тонкими белесыми полосами покрывающие почти все его тело. Они особенно выделялись, когда он путешествовал по средней Азии, сейчас же загар сошел на нет, но Поттер никогда не будет так благородно бледен, как мужчина напротив.
- Голоден? – Гарри кивнул, а Салазар призвал домовика, заказав обед на одного.
В несколько напряженном молчании он поел прямо в постели. Взмахнул рукой, убирая поднос. Прямо посмотрел на Слизерина.
- Лазарь, я…
- Ты наконец-то исполнишь свое обещание? – грубо прервал он его.
Гарри подумал немного, но так ничего путного и не вспомнил:
- Какое обещание?
- Ты сказал «да» на мое предложение, - его глаза опасно сверкнули.
- Ах, это, - вздохнул он, пододвигаясь ближе к мужчине. Тот не отстранился, поэтому Гарри рискнул взять прядь его волос, упавших на лицо, и отвести назад. Среди черных волосков ясно вырисовывались серебристые. Годрик что-то упоминал про волосы Салазара. Значит, это случилось еще тогда.
«Мерлин, что Лазарь тогда испытал, раз поседел в мгновение ока? Что он мог увидеть?», - спросил себя Гарри.
- Я не уверен, что ты действительно хочешь этого, - ответил тихо Гарри. – Особенно после того, что я делал. И буду делать, пока не убью Аль-Маджуси.
А затем он наблюдал море боли в жемчужных глазах. Он не хотел видеть еще и отвращение на таком любимом лице. Сделав очевидный вывод, Гарри попытался отстраниться, но Салазар крепко схватил его за запястье:
- Позволь мне самому решать, что я хочу, а что – нет, Аврелий.
- Ты не понимаешь…
- Это ты не понимаешь! – он схватил его за предплечья, встряхивая с каждым новым словом. – Я ждал тебя почти семь лет! Я покинул свой привычный мир, чтобы не причинить тебе еще большую боль, когда ты вернешься! Именно поэтому я не уехал в свой родовой замок, потому что я знал: ты будешь искать меня!
- О чем ты? – удивился Гарри.
- Ты ведь уже знаешь об этой чертовой грязнокровке и вашем ребенке! – зло выплюнул Салазар. Это не звучало как вопрос.
- Да… - все же подтвердил Поттер.
- Я едва ее не убил вместе с плодом, - жестоко произнес он, отпуская его.
- И поэтому ты скрылся в подземельях, - догадался Гарри. Значит, вот как пишется история. Поступок тот же, причина иная. – Я узнал об этом только сутки назад.
- И простил ее, полагаю?
- Ты не можешь обвинять меня в этом, - поджал губы Гарри. – Но я всегда буду помнить ее предательство. Насчет девочки… Лира и подавно не заслужила ничьей ненависти. Зачем ты завел разговор об этом?
- Я готов вновь жертвовать собой, лишь бы быть с тобой.
- Я не хочу, чтобы ты жертвовал собой больше.
- Чего же ты хочешь?
- Я люблю тебя, поэтому ничего не могу требовать, - солгал он. Он много чего ожидал от Салазара. Прощения. Ответных слов. Поддержки.
Губы Салазара упрямо сжались в тонкую полоску.
- Лазарь. Я повторю вновь, если ты забыл: я никогда никому не говорил этих слов, кроме тебя. Никогда, - подчеркнул он.
- Ну, если ты так говоришь…
- Салазар Слизерин! – взбунтовался Гарри. – Я никогда не лгал тебе в своих чувствах.
- Я верю тебе, Аврелий.
- Но?..
- Ты ведь встречался уже с Годриком и он рассказал тебе, что мы пытались пробиться к Маджуси тогда в Рельвейн? – вдруг поменял тему Салазар.
- Да. – Гарри до сих пор не мог понять, почему Салазар, его горячо любимый и хитрый Слизерин, взял и сдался. Отступил и бросил его. – Почему ты?.. Я не виню тебя, но почему ты?.. То есть я хочу сказать, что даже Годрик не сдавался пока ты не убедил его… Но ты?
- Ты лепечешь, Аврелий, - усмехнулся алхимик. – Но я понимаю тебя. Все дело в Книге. Я многое видел, но не сдавался до последнего, вопреки тому, что там было нарисовано моей кровью, когда я читал ее.
- В Книге «Annales maximi»? – Не поверил своим ушам Гарри.
- Да.
- До какого момента ты «не сдавался»?
- Похоже, теперь это ты обвиняешь меня в предательстве, - упрекнул его Салазар. – Ты поэтому не хочешь заключить со мной магический союз? Из-за того, что я «бросил» тебя в трудную минуту?
- Лазарь. Я обвиняю только свое самомнение и гордость, толкнувшие меня к нему.
- Рад, что ты признался в своих недостатках, - сыронизировал Салазар. – Не это не умаляет то, чего не сделал я. И, как я уже сказал, у меня были свои причины отпустить тебя.
- Ага. В Книге написано, что ты так должен сделать, - с сарказмом произнес Гарри.
- Не раздувай ноздри, словно бык, Аврелий. Почему я не должен верить Книге? Она никогда не ошибалась.
- Пф. Ты так и не сказал, когда ты окончательно убедился в правоте Книги, - напомнил Гарри.
- Когда я попал в замок, девчонка уже была свободна, а ты – нет. Годрик отправился в подвалы, ища среди узников тебя, но я помнил одну картинку из Книги. Ты должен был быть в одной из спален. С ним. Я решил тогда для себя: если это так, мне придется отступить и позволить тебе сделать так, как предначертано. Скоро ты избавишься от него окончательно, я знаю.
Гарри сжал кулаки от злости. Салазар знал, что именно связывает Аврелия и Инсара.
- Ты знаешь, как именно? – тихо спросил Поттер.
- Магия секса. Я ненавижу то, что ты делаешь. Ты можешь его убить, но… Годрик был прав. Месть порабощает тебя.
- Не поработит, - теперь Гарри был уверен в этом. С поддержкой Салазара он справится со всем.
- Очень надеюсь, - он вновь сжал губы в тонкую полосу. – Так ты исполнишь свое проклятое обещание на мое чертово предложение? – рыкнул в который раз Слалазар.
- Не ругайся, пожалуйста, - вздохнул Поттер. – После всего ты все еще хочешь, чтобы мы заключили магический союз? Зная, какую мерзость я вытворяю? Зная, что раз за разом я предаю тебя? Зная, что только вчера вечером я был с ним? И буду еще какое-то время? Потому что я не отступлюсь, даже если ты будешь просить об этом.
- Я знаю. Не думаю, что тебе также легко далось примириться с этим, - Салазар пододвинулся ближе, едва касаясь подушечками пальцев многочисленных полосок-шрамов на груди Гарри. – И у меня было несколько лет, чтобы простить тебя окончательно. Или смириться.
Гарри помотал головой. Этот человек был невероятен. Салазар внутри себя отчаянно боролся с негодованием, злостью, ревностью, и все равно не собирался препятствовать тому, что Аврелий затеял.
- Что ты увидел, когда пришел в Рельвейн? – спросил Гарри. Он больше не будет говорить о случившимся с Лазарем, только сегодня. А затем все горькие воспоминания Слизерина отступят и дадут место новым, лучшим, моментам. Но сейчас следовало поставить точку над i.
- О, этот Маджуси мастер устраивать шоу, - холодно оскалился алхимик. – Я сравнительно легко проник в его личные апартаменты. Он все сделал, чтобы я увидел тебя с ним. Я видел, как он входит в тебя, снова, снова и снова, а ты выпячиваешься словно портовая шлюха. И он заметил меня, поверь, но я не мог покончить с этим... Какая-то защита в комнате… Но он видел, как я стоял и смотрел на тебя. Смотрел, как тебе было хорошо с другим спустя всего несколько дней, когда ты пообещал провести со мной брачный ритуал.
Гарри видел, что Салазар больше не смотрит на него, уйдя куда-то в себя. Как бы он хотел избавить его от этих воспоминаний!
- И если бы мы успели его провести тогда, - алхимик перевел взгляд на своего визави, - то все могло бы сложиться иначе. Все Слизерины в моем роду свершали его, когда… когда находили свою половинку. Брачный ритуал – это не просто слова клятвы, а защита. Я дал бы тебе свою защиту, никто не посмел бы причинить тебе вред. И… ты не смог бы спать с другим, не разорвав предварительно нашу связь.
- Я бы и не спал с ним, если бы со мной не приключилась потеря памяти.
Салазар лишь кивнул объяснению, как будто бы уже знал это.
- Ты не удивлен, - произнес Гарри, вскидывая на него взгляд. Эти глаза навсегда останутся в его памяти.
- За эти годы я перебрал кучу причин, почему ты лег с ним так быстро. Эта была в верхних строчках.
- Ты пытался изменить судьбу, Салазар Слизерин? Уже тогда, когда отговаривал меня выступить против Маджуси? – вдруг вспомнил Поттер. Получается, все то время Салазар искал способ уберечь Гарри от той участи, что его ждет…
- Да, но ничего не вышло. Случилось так, как и предначертано в Книге. И я принял это, как факт, но не смирился – ни в коем случае. Поэтому я все еще здесь.
- Ты мог бы сказать мне, - слегка обиженно произнес Гарри.
- Нет, не мог, так что не бурчи понапрасну, - грустно улыбнулся Салазар. – Книга показала это мне, а не тебе. Тебе досталось то, что и предназначалось для тебя. Suum cuique.
- «Каждому свое», - перевел Гарри. – Ненавижу эту книжонку. Она управляет нами.
- Нет. Все случится так, как мы видели.

URL
2012-02-01 в 20:21 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Не буду спорить… Что ж, если тебе не противно от моих шрамов и прочего, Лазарь, то… - Гарри скинул с себя одеяло, оседлав своего алхимика. - …Я хочу, чтобы мы заключили брачный союз. Но ты должен помнить то, каким образом я убью Инсара.
- Мне не противен ты, - ответил мужчина, теснее прижимая Гарри к себе, перемещая ладони на его ягодицы и слегка сжимая.
По телу Гарри прокатилась волна сладкого предвкушения, откликаясь в анусе. Мышцы там сокращались в ожидании. Поттер мурлыкнул, сымитировав фрикцию. Он безумно хотел Салазара.
- И как только ты избавишься от этого своего Инсара, я хочу видеть тебя в своей семье, с фамилией Слизерин, в своем фамильном замке, в нашей общей спальне, - алхимик все также легко поглаживал бедра и спину Гарри.
- Ты изменился, Лазарь, - прошептал Поттер, удивляясь романтичным мечтам мужчины. Возможно, им не суждено сбыться. Но если Гарри выполнит свое предназначение и тот час же не вернется назад в будущее, то этот промежуток времени они проведут вместе.
- Нет. Мне больше не нужно скрывать от тебя ничего. Мне больше не нужно притворяться, что я знаю больше, чем ты, что я сильнее или мудрее… Теперь мы равны с тобой по многим параметрам, и от всего этого я более спокоен. Это не значит, что я не переживаю о тебе. Я просто больше не переживаю о нас. И еще я не хочу, чтобы ты уходил. Никогда... Но вот ты действительно стал другим. – Его рука прошлась по груди, обходя свежую рану. – Более сильным. Уверенным. Чертовски мужественным.
- Тебе нравится то, что ты видишь?
- Отсюда не видно, - прошептал Салазар, наклоняя партнера для поцелуя. – Но, возможно, я лучше рассмотрю сверху.
♂♂♂
Гарри колотил в двери апартаментов Ровены и Годрика. Общий отбой уже был, но ночь еще не наступила.
- Кто там? – недовольно пробурчал Годрик, но дверь в следующий момент открыла его жена.
- Аврелий? Где ты… - она замолчала, вглядываясь в его лицо, полускрытом сумраком.
- Что случилось? – подошел Годрик.
- А-а-а! – вдруг закричала женщина, запрыгнув прямо на Гарри, который мгновенно ее подхватил и закружил прямо в коридоре. Они вместе засмеялись, посылая эхо по каменным сводам.
- Да что случилось?! – пытался перекричать их Гриффиндор.
Гарри поставил Ровену к Годрику, которая мгновенно обняла и его.
- Аврелий нашел Салазара! – выпалила она и чмокнула мужа в губы.
- Пройдемте в комнаты, - предложил Гарри, запихивая Годрика внутрь, прикрывая двери. Ровена уже была там, пританцовывая посреди комнаты.
- Ну и где он? – спросил Годрик. – Все еще не желает нас видеть?
- Нет, не вас, - опроверг Гарри. – Но с ним все в порядке, он живет здесь, в замке, в Тайной Комнате и занимается там своими зельями, пишет рукописи по алхимии и темным искусствам и прочее. Говорит, что занят по горло. Он иногда посещает свой родовой замок, особенно летом, живет там некоторое время, дышит морским воздухом, чтобы окончательно не превратиться в замковое привидение, как он говорит.
- О, Аврелий! Я так скучаю по нему! – огорченно произнесла Ровена.
- Я понимаю, но он не захотел выходить. Как только он переедет в «Marine Gate», свой родовой замок, вы сможете встретиться. Если все будет в порядке.
- О чем ты? – спросил Годрик.
- Меньше чем через две недели я убью Аль-Мажуси. Как говорится, если повезет, то и муравей задушит змею… И, Годрик, ты ведь знаешь, почему я с вами? – Тот кивнул. – Если я смогу остаться, я буду с ним там. Вы сможете навестить нас. Или его одного.
- Это из-за Хельги? – спросила Ровена.
- Да. Все мы знаем, что Лира – моя дочь. Она появилась не от непорочного заклятья, как вы можете догадаться. Но я был оправдан лордом Слизерином, а Хельга – нет. Частично из-за нее он скрывался столько лет. И мы не можем никого обвинять в случившемся, поэтому я прошу вас обоих не говорить Хельге ничего про Лазаря, а ему – о ней. Он впадает в бешенство при ее упоминании.
Гарри умолчал о том, что алхимик пытался убить девушку вместе с не родившимся ребенком своим, истинно слизеринским, способом – с помощью яда. Но потом сам же влил ей в горло противоядие, одумавшись.
- Хорошо, Аврелий.
- Да, Ровена… Я хотел бы увидеть пророческую Книгу. Она ведь у тебя?
- Конечно, Accio Книга, - произнесла она, и протянула ее Гарри. Он невозмутимо взял ее в руки и поднялся:
- Ну, у меня дела. Увидимся, но не обещаю, что завтра.
- Ты идешь к Маджуси?
- Да, Ровена, но сначала… м-м, почитаю немного.
- Постарайся сделать так, чтобы мне не пришлось тебя потом латать словно старую мантию. Так, скоро живого места не будет.
- Смерть хороша, когда приходит время, а мое время не настало, - и Гарри прямо оттуда переместился на тропу эльфов, меняя одежду на более подобающую. Он посмотрел на Книгу. Затем подкинул ее высоко и применил взрывное заклинание. Мелкие кусочки посыпались ему на голову. Он усмехнулся, сходя с тропы к Инсару.
Того не было. Гарри нахмурился и присел на кровать, решив подождать его. Но когда прошло больше часа, он решительно встал и вышел из комнат. Поиски не были затруднительными. Волшебник был в небольшой библиотеке, и сидел, читая книгу около камина.
- Какая воистину мирная картина, господин, - улыбнулся Ракшас, проходя к нему. – Тебя можно было бы принять за французского пэра, решившего отдохнуть от своей шумной семьи.
Он присел в кресло напротив.
- Когда ты не нашел меня в спальне, тебе это ни о чем не сказало? – спросил по-арабски шейх Маджуси, откладывая книгу на небольшой столик.
- Кое-что.
- И? У тебя какие-то новости? – лениво спросил тот.
- Хм… Нет. Но, помнишь пословицу? Люди подобны верблюдам. Из сотни лишь один пригоден для верховой езды.
- Ты только что сравнил меня с верблюдом?
- Сравнил, но не тебя, - ответил Гарри. – Я имел в виду себя. Подумал, вдруг мой господин сидит в этом мрачном замке один, скучает… Эти местные плебеи не смогут развлечь тебя так, как я. Тут же не осталось ни одного приличного волшебника. Или лорд Азнауэрский вернулся из своего длительного путешествия? Впрочем, насколько я помню, он тебе в отцы годится…
- Закрой рот, - поморщился Инсар. – Где твой отряд, Ракшас?
- По пути сюда. Они прибудут примерно через две недели. Что-то случилось? – Гарри выгнул брови.
- Пока нет, но мне кажется, ты несколько забылся и тебе следует напомнить, кому ты принадлежишь.
Гарри спрыгнул с кресла, встав на колени рядом с ногами Инсара:
- Приказывай, господин, - с вызовом ответил он, глядя в карие холодные глаза.
- Найди мне лорда Азнауэрского. Думаю, он пытается играть в игры, в правилах которых не смыслит.
- Что-то конкретно известно или это интуиция?
- Все вместе. Возможно, овца превратилась в волка.
- Кто не будет волком, того съедят волки, - ответил Гарри также. – Возможно, он почувствовал что-то неладное, я имею в виду. Ты же знаешь этих изнеженных французских аристократов, чуть что, первые бегут за подмогой.
- Расспроси людей и достань его, где бы он ни был, - приказал Инсар, вытаскивая из книги кусок пергамента. – Это последнее его послание… Полагаю, твой отряд обойдется некоторое время без своего предводителя?
- Разумеется, господин, - Поттер взял пергамент. – Это все приказы? Или мне стоит доставить тебе удовольствие иным образом? – рука Гарри проворно пробралась под одежду шейха. Тот выдохнул, едва сдерживая дрожь. Гарри с каждым разом все легче было вызывать эту реакцию.
Древняя магия действовала безотказно.

URL
2012-02-01 в 20:32 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
♂♂♂
Гарри переместился в свою Золотую комнату в Хогвартсе, чтобы смыть с себя остатки ночи, проведенной с Инсаром. Он не хотел возвращаться к Салазару сразу после встречи, поэтому некоторое время отмокал в горячей воде, думая о своем алхимике.
Когда он выбирался из ванны, услышал голос:
- Мы могли бы сделать это вместе.
Гарри улыбнулся, обернул бедра полотенцем, и медленно повернулся, чтобы очутиться рядом с Салазаром. Вместо ответа он медленно поцеловал его, постепенно перебираясь в спальню. Он начал снимать с алхимика одежду, как неожиданно в дверь постучали. Поттер не отреагировал – его член уже был в ожидании. В дверь забарабанили.
- Что б они… - проворчал он, отвлекаясь от шеи любовника. – Солнце едва ведь встало.
- Так колотить в дверь может только один человек и он не уйдет, - вздохнул Салазар, поправляя свою одежду и отходя.
Гарри что-то неразборчиво прорычал и, как был, подошел к двери, рывком открывая ее. Там стоял Годрик, и, чуть дальше, Филипп Азнауэрский.
- В чем дело? – нахмурился Гарри, придерживая полотенце на бедрах, чтобы сделать свое возбуждение менее очевидным.
- Спасибо за столь теплый прием, Аврелий, но мы могли бы поговорить? - Ответил мужчина. – Это важно.
- Одну минуту, - ответил Поттер и захлопнул дверь перед носом Годрика.
Салазар рассмеялся, подходя к нему и обнимая сзади:
- Боюсь, за минуту мы ничего не успеем, - он отпустил Аврелия.
Гарри выругался по-арабски, и наспех стал вытираться:
- Там еще лорд Азнауэрский стоял. А я… - Гарри повернулся, заглядывая в серебристые глаза. – Я получил задание от Маджуси доставить его любым способом в Рельвейн. Пока живым, но едва ли это лучше. Я не могу сейчас проигнорировать приказ, Салазар.
- Мы с Годриком поможем тебе, - качнув головой, сообщил Слизерин. – Не обязательно все делать одному, поверь.
- Хорошо. Ты хочешь сейчас увидеться с ним? И с Филиппом.
- Этот Филипп… Мы можем доверять ему?
- Я виделся с ним всего пару раз, нужно как минимум поговорить, но, раз он уже столько лет является мужем Хельги… Ты знал это? – Гарри почти оделся. В паху тянуло.
- Не только это. Как только я скрылся в Тайной Комнате своего деда, я пристально следил за здешними обитателями. Я могу узнать все, что делается в замке. Он подчиняется мне, - пояснил Салазар.
В дверь вновь постучали.
- Секунду! – рыкнул в сторону молодой человек. – Так что насчет встречи с Годриком?
- Хорошо. Впускай их, - кивнул алхимик, чуть прикусив губу.
Гарри подошел к нему, чуть сжал его плечи:
- Успокойся, Салазар.
- Я спокоен, как удав, - выгнул одну бровь он.
Хмыкнув, Поттер вновь пошел открывать двери.
- Прошу прощения, господа. Входите, - пригласил он, закрывая за обоими мужчинами дверь. – Хотите что-нибудь выпить?
Гарри видел, что Годрик встал столбом посреди комнаты, как только его взгляд наткнулся на Салазара, скрестившего руки на груди.
- Да, дорогой, - ответил Салазар, - мне сидр.
- Лорд Азнауэрский? – спросил Гарри.
- Мне тоже, благодарю. И зови меня Филипп, пожалуйста.
- М-м, Годрик?
Он промолчал. Салазар усмехнулся. Поттер возвел очи к небу.
- Гриффиндор! – алхимик подошел к нему. – Очнись.
- Хм, Салазар, - Годрик крепко обнял своего друга, похлопав по плечу и отстранился. – Рад наконец-то видеть тебя.
- Как это ни странно, но я тоже.
Пока алхимик знакомился с мужем Хельги, Гарри мысленно заказал у домовиков напитки. Поттер отметил, что и Годрик сейчас чувствует напряженность между ним и Салазаром. Им следует поговорить наедине, решил он.
- Так что случилось? – прервал Гарри мужчин, обменивающихся малозначительными фразами. На вновь приподнятую бровь алхимика, Поттер, взмахом руки начертал пару кресел:
- Присаживайтесь. – И сам сел на кровать, рядом с Салазаром.
- Благодарю. Итак, Аврелий, я получил послание от Маджуси, - ответил Филипп. – Ты знаешь, что он расположился в моем имении?
- Допустим. – Кивнул Гарри. – Он хочет, чтобы вы вернулись туда?
- Да.
- Что вы сказали ему о своем нынешнем месте проживания?
- То, что я путешествию, навещаю своих дальних родственников. Но нигде более нескольких недель не живу.
- Что неправда, - кивнул Гарри. – Вы говорили это ему лично? Или еще как-то?
- Аврелий, к чему этот допрос? – вмешался Годрик.
- К тому, что я хочу понять, что ожидает от меня и Филиппа Инсар, - нахмурился раздраженный Гарри. Появился эльф, предложил напитки вначале Поттеру, затем остальным. – Отвечайте.
- Ты не доверяешь мне? – как-то с пониманием спросил мужчина.
- Просто отвечайте на вопрос, - не слишком вежливо ответил Поттер.
- Аврелий, в чем дело? – вмешался Салазар на Змееязе. – Ты почувствовал, что он лжет?
- Пока нет, но если он владеет окклюменцией…
- Отчего ты так раздражен
? - уточнил Лазарь.
- Ненавижу, когда меня прерывают в самый неподходящий момент.
Салазар развеселился.
- Думаешь, это смешно, Салазар? - Гарри перешел на человеческий.
- Самую малость.
- Кгм, - отвлек голос Годрика. – Так, Аврелий, почему ты спрашиваешь об этом?
- Прошу прощения. Это касается не только вашей безопасности, Филипп, и даже не вашей семьи, но безопасности всего Хогвартса.
Лорд кивнул:
- Я не говорил с ним лично и даже не видел Маджуси с тех пор, как вы с Хельгой были похищены. Но я вынужден был ответить на его несколько писем в прошлом году и в этом, когда он вновь просил разрешения остановиться в моем имении.
- Очень хорошо, - спокойней вздохнул Гарри.
- Почему – хорошо? – спросил Годрик.
Салазар фыркнул:
- Говорят, друг, с возрастом люди умнеют. Но ты – большое исключение, Годрик.
- Ага, как и ты, - ответил Гриффиндор.
- Это почему?..
- Хватит! Вы оба не поумнели, если думаете, что у нас есть время разглагольствовать о пустом, нежели решать более насущные вопросы, – прервал их Гарри. – Хорошо, Годрик, потому, что тогда бы Инсар непременно почувствовал ложь.
- Что ты предлагаешь, Аврелий? – напомнил о себе Филипп. – Я готов предстать перед Маджуси, если…
- Не готовы. Вы боитесь и еще много чего испытываете, - слегка нахмурился Гарри. Посмотрел прямо на лорда. - Простите за откровенность.
- Я понимаю… Вы… - его глаза расширились в удивлении и восхищении.
- Не нужно восхваляться мной. Боюсь, что я такой родился, а таланты – не заслуга человека. Так случилось. – Гарри глубоко вздохнул. – Но если вы действительно готовы помочь мне в уничтожении Маджуси, и, следовательно, хотите защитить свою семью, я предлагаю отправиться со мной в ваш замок на материке.
- Шантажист, - усмехнулся Салазар. Гарри проигнорировал его, ожидая ответа.
- Согласен, - кивнул Филипп.
- Не могу обещать, что вы не пострадаете, - вынужден был ответить Гарри. – Но там у вас будет неплохой союзник.
- Контролируемый ущерб, - сказал Годрик.
- Именно, - подтвердил Гарри.
- Когда мы должны отправиться? – спросил волшебник. – Я хочу попрощаться со своими девочками.
- Вначале как можно быстрее напишите шейху, что возвращаетесь в Рельвейн. Я читал ваше последнее послание, где вы пишите, что гостите у своей умирающей тетки, и возвращаться пока не думаете, но Инсар подозревает, что вы играете с ним, и, замечу, небезосновательно.
- Но как?
Гарри помедлил с ответом.
- Он талантливый человек. Как бы то ни было, через два дня вы возвращаетесь в Рельвейн, где будете готовы прожить там минимум десять дней. До того, как…
Гарри вновь вздохнул, отпивая свой сидр. Затем произнес на Змееязе:
- План был бы хорош, если бы Филипп умел защищать свой мозг. И если бы он чуточку был храбрее.
- Это был бы не он, дорогой, – ответил Салазар. – Но, вспомни, он же преспокойно жил в своем замке даже тогда, когда Маджуси держал там тебя. И он справился.
- Его спасло неведение.

- Хм, - задумался Гарри. Вскинул взгляд на Филиппа. – Когда произошли известные нам события почти семь лет назад, вы уже знали, какую змею приютили на своей груди?
Салазар хмыкнул на сравнение.
- Догадывался лишь, - виновато опустил глаза лорд Филипп. – Но однажды я захотел проверить свои темницы, я видел, как ты пытался бежать и сломал ногу при этом. Инсар сказал, что ты виновен в каком-то преступлении, но ты был так молод… Я усомнился тогда в нем.
- Ясно, - кивнул Гарри объяснениям. – Вы наивны сверх меры и весьма простодушны.
- Какой изумительный эвфемизм, Аврелий, для слова «глупец», - прокомментировал алхимик.
- Не шипи, - отстраненно сказал Поттер о чем-то задумавшись. Алхимик фыркнул.
- Ты совсем растерял свои манеры, Салазар, - произнес в образовавшийся момент тишины Годрик. - В тех катакомбах, где ты обитал, верно, было совсем одиноко, и показывать свою аристократическую воспитанность было не перед кем, кроме как перед змеями?
- Что-то долго ты думал, чтобы ответить что-то достойное на мое высказывание про возраст, - парировал Салазар.
- Не думаю, что кто-то из вас постарел больше или меньше за все то время, что вы не общались, - вновь вмешался Гарри. – Но вот колкости накопилось в обоих с избытком.

URL
2012-02-01 в 20:36 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Предполагается, что ты должен поддерживать своего будущего супруга. Я могу уйти, если ты…
- Нет
! – попытался крикнуть Гарри, шипя в ответ, но едва ли вышло громче, чем обычно. Он крепко, но не давя, схватил алхимика за тонкое запястье. – Прости меня. Не уходи.
- Хорошо. – Согласился Салазар, перехватывая его ладонь, успокаивающе поглаживая большим пальцем. – Прошу прощения, лорд Азнауэрский, за устроенное представление. Возможно, я действительно разучился нормально общаться, но Годрик точно разучился разговаривать со мной.
- Тут не за что извиняться, - Филипп обратил внимание на Аврелия. – Могу я поинтересоваться, как ты собираешься убить Аль-Маджуси?
- Нет, - коротко ответил он. Воцарилась неловкая пауза. Салазар усмехнулся. Никто не отважился прервать мыслительный процесс Гарри, пока он сам не произнес, - У меня возник вопрос: как вы попали в Хогвартс впервые и оказались мужем Хельги?
- О, - Филипп искренне улыбнулся. Гарри почувствовал, что тот действительно любит жену. – Я проследил за ней, когда она покидала Рельвейн. Это было вечером, а ей не позволялось выходить в это время. Я просто зацепился за ее портал. Потом уже выяснилось, что это Инсар дал его ей, так как ты на что-то согласился. А как она стала моей женой… Она похожа на мою покойную жену.
- Понятно… - Гарри встал. Достал пергамент и письменные принадлежности. – Пишите ответ для шейха. Я хочу покончить с этим на сегодня и немного поспать.
Гарри посмотрел на алхимика:
- Ты не уйдешь?
- Я буду спать с тобой
, - ответил Салазар.
- Желание покинуло меня. Я не имел в виду…
- Я тоже.
- Ну, может, после…
- Обязательно.
- Чем это ты занимался ночью, раз будешь просто спать со мной
? – подозрительно спросил Гарри.
- Беспокоился за тебя. Ведь я
Гарри затаил дыхание, боясь спугнуть этот момент, но раздался голос забытого ими Годрика:
- Как я скучал по вашему идиотскому шипению, ребята!
- Черт, - уныло сказал Гарри. Салазар вновь фыркнул.

Глава тридцать восьмая.

Поттер сотворил портал для них с Филиппом, и теперь ждал его в холле Хогвартса. Они с алхимиком спокойно провели эти два дня, наслаждаясь обществом друг друга в Тайной комнате. Удивительно, но Салазар больше не предлагал помощь и не отговаривал Гарри отказаться от плана привести лорда Азнауэрского прямо в руки Маджуси.
Гарри все еще задумчиво стоял возле выхода из замка, готовый в любую минуту активировать портал, настроенный на Рельвейн, где их уже ждал Инсар. Филипп появился и молча кивнул ему, Поттер кивнул в ответ и чуть нахмурился, всматриваясь в лорда. Что-то явно с ним было не так. Он был чересчур спокойным и еще что-то, явно не ассоциирующееся у Гарри с мужем Хельги.
- Пора, - произнес Филипп, прикасаясь к порталу. – Активируй.
Гарри молча перенес их к воротам замка в долине Рельвейн. Инсар уже стоял вдалеке, едва видимый в свете факела в своих черных одеяниях. Стража равномерно кружила по периметру.
- Не думал, что Маджуси будет встречать меня лично, - произнес Филипп.
- Он не тебя встречает, а меня, - опроверг его Поттер. Посмотрел на лорда, желая проверить его душевное состояние и… обреченно вздохнул. – Салазар. Если ты выживешь, я собственноручно придушу тебя.
- Я надеялся, что догадаешься гораздо позже, дорогой.
Гарри медленно пошел по направлению к Инсару. Лже-Филипп двинулся следом.
- Не так быстро, как я сам надеялся, - поморщился Поттер, думая теперь, что ни за что не позволил бы Салазару заменить Филиппа. – Его аура ничто по сравнению с твоей и… Чтобы ты не увидел здесь, чтобы я ни делал, не вмешивайся. Прошу тебя. Не вмешивайся и не перечь, особенно Ему.
Гарри остановился, взмахнул рукой, делая защитную сферу не такой плотной, и пропустил вперед алхимика.
- Мой шейх, - поприветствовал Гарри Инсара, слегка склонившись.
- Ракшас. Лорд Азнауэрский, - Маджуси лишь кивнул головой.
- Приветствую вас вновь, Аль-Маджуси, в моем родовом замке ЛаРельвейн Шмидт, - поклонился «Филипп». – Надеюсь, мои слуги хорошо заботятся о вас здесь?
- Разумеется.
- Прошу прощения, Аль-Маджуси, но я несколько устал с дороги. Утром я с удовольствием бы присоединился к вам за завтраком.
- Конечно, лорд Азнауэрский. – Инсар посторонился, пропуская того в дом.
- Вас проводить, Филипп? – предложил Гарри, двигаясь следом.
- Ну, что ты, мальчик мой, - проскрипел устало он. – Я не был в замке около года, но на память пока не жалуюсь. Спасибо тебе, дитя. До завтра.
- До встречи, Филипп. – И лорд ушел.
Гарри оглянулся на идущего рядом Инсара:
- Что ты думаешь о нем?
- Поговорю с ним завтра, - ответил тот. – Сейчас – ничего конкретного.
- А по-моему он обычный старый вдовец, который не любит большой публики. Даже путешествует без слуг.
- Я заметил, - кивнул Инсар, заходя в свои апартаменты. – Но это странно для аристократа, особенно для француза.
- Хм, мне вообще кажется, что он несколько не в себе, - Гарри прошел в холл замка вслед за мужчиной. – Старик постоянно говорит о своей жене в настоящем времени, но я знаю, что она давно уже мертва.
- Я сам справлюсь о его душевном состоянии. Жаль, что он не оставил наследников. Такая кровь не может остаться без внимания: моей старшей дочери, Бусайне, нужен муж.
- Наверняка найдется достойный кандидат с подходящим цветом крови для твоей дочери.
Поттеру не понравился взгляд, направленный на него, но так как Инсар ничего не ответил, Гарри остановился:
- Потренируемся на ятаганах?
- Не сейчас, иди за мной, - прозвучал приказ, и шейх поднялся наверх.
Гарри вздохнул. Он не мог быть под одной крышей с Салазаром и спать в это время с другим. Это было кощунственно по отношению к алхимику, но иначе, если план провалится, всё то время, проведенное в прошлом, можно будет смело считать потерянным. А этот выбор Поттер сделал уже много лет назад. Теперь он не остановится.
- Ты голоден? – спросил Инсар по дороге. Гарри давно уже не удивлялся такой вежливости шейха и людей его национальности – это было не более чем дань традициям древнего народа, впитанное с молоком матери, ничего больше. Никакой заботы.
- Не в прямом смысле, - ответил Поттер, усмехнувшись.
- Ты скоро утолишь свою жажду больше, чем необходимо, - Инсар прошел в помещение, отделанную под его вкус. Драпированные стены красно-золотым муаром, шикарные яркие гобелены, многочисленные парчовые валики и подушки, затканные золотом и серебром, низенькие столики из туи с инкрустациями из кости, пестрый келим на полу полностью создавали впечатление, что Гарри оказался вновь в шикарном дворце шейха Аль-Маджуси. Тонкая вязь орнамента растительных мотивов и обволакивающий приятный аромат мирры, но слегка островатый, лишь подчеркивали совершенное восточное убранство комнаты.
Поттер любил эту «роскошную простоту» и благородное мерцание вкраплений золотых нитей в свете необходимого здесь камина.
Инсар махнул в сторону одной из покрытых ковром оттоманок, и Гарри присел, даже не пытаясь гадать, что именно пришло в голову его любовника. Ничего хорошего – это было точно.
- Бусайне Будур прибывает завтра, - произнес Инсар невозмутимо, поджигая кальян и затягиваясь. Воскуряемый фимиам поплыл по комнате.
- Сюда? – удивился я, не уверенный, что не ослышался, и тоже с удовольствием затянулся. – Вместе с остальным твоим гаремом?
- Только Бусайне.
Гарри поморщился от воспоминаний о женской половине Инсара. У Маджуси было две жены, и от каждой по ребенку, старшей из которых была Бусайне Будур. Жены были молоды, красивы, но в тоже время постоянно враждовали друг с другом из-за внимания шейха, даже не подозревая, что он проводит ночи в обществе мужчин. Гарри пришел к выводу, что Инсар был в некотором роде женоненавистником, и спал с обеими своими женами только до того момента, когда оказывалось, что она понесла. К несчастью, у обеих родились девочки.
Гарри его понимал не только в этом моменте. Были еще ярость и злоба, чувство мести, практически никем неконтролируемые силы и чувство безнаказанности. И было еще множество черт, которые напоминали ему, что сам он, Гарри Поттер, не такой уж и добрый волшебник.
- Приезд Бусайне как-то связан со мной?
- Мне нужен кровный наследник.
Гарри рассмеялся – чтобы не было в кальяне, оно начинало действовать.
- И ты предлагаешь мне?..
- …стать отцом моего внука и наследника.
- У тебя же несколько жен! – воскликнул Гарри, поняв, что Инсар и не собирается смеяться.
- И не одного достойного сына, а я не намерен более связываться с женщинами, - прищурился мужчина. Его поза была расслаблена, но Поттер отчетливо ощутил внутреннюю угрозу. Еще одно слово или смешок – и хорошенькое проклятие обеспечено.
Гарри отложил курительную трубку, тщательно взвешивая ответ. И единственно верным был:
- Как прикажет мой шейх, - и он склонил голову в покорности и мгновенно почувствовал, как Инсар расслабился и даже улыбнулся. За такую улыбку раньше Гарри был готов подарить ему с десяток сыновей. Но сейчас ему было тошно лишь от одной мысли, что ему придется спать с двенадцатилетней девочкой, почти ребенком. – Могу я узнать, почему твой выбор остановился на мне, а не на Филиппе, например?
- Магический потенциал. Бусайне обладает темпераментом и талантами, достойными наследника. Единственный ее недостаток – она не мужчина.

URL
2012-02-01 в 20:39 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
- Ты ведь не собираешься женить ее на мне, - в этот раз отвращение Гарри не мог скрыть. Он почитал святость брака, но не тогда, когда это делают насильно. А брак с женщиной – он об этом и не думал никогда.
- Ты будешь избавлен от этого, как, впрочем, и от общения с ее сыном.
- Благодарю тебя, Инсар.
Гарри встал и подошел ближе к нему. Карий взгляд цепко следил за каждым движением, когда Поттер встал на колени, ясно намереваясь соблазнить своего господина.
- Со мной ты можешь воплотить любые свои фантазии, - прошептал Гарри грудным голосом. – Нежные, больные… Ты можешь доверять мне, только мне. Я не причиню тебе боли, ведь я – твой, Инсар. Я приму то, что ты уготовил для меня, и умру с мыслями о тебе, потому что я – твой, Инсар…
И рот Маджуси впился в его губы, вновь собираясь главенствовать, но спустя некоторое время, Ракшас перехватил инициативу, шепча «ты можешь доверять мне». И тогда Инсар разрешил – именно разрешил уложить себя на толстый келим. Гарри целовал каждый дюйм бронзового тела. Губы, горло, ключица, подмышка, живот… Потереться щекой о нежную горячую плоть, пройтись языком ниже, раздвинуть стройные ноги… Прошептать «ты можешь доверять мне», когда тело содрогнулось, а потом вновь расслабилось.
Поттер неожиданно перевернул Инсара на живот, подложив под него мягкий валик. Пройтись кончиками пальцев по позвонкам, дернувшимся мышцам, упругим ягодицам… И повторить этот путь губами и языком, оставляя прохладную дорожку, краем сознания улавливая сдерживаемые стоны шейха.
- Отпусти себя, мой шейх, - шептал зачарованно Ракшас. – Только то, что ты захочешь.
И Гарри ласково раздвинул округлые полушария, пройдясь языком по ложбинке до того места, в котором хотел бы оказаться и трахать до потери пульса… Но не сегодня…
Сейчас Ракшас покружил языком возле сфинктера Инсара, заставляя его выгнуться дугой.
- Нет, - приказал голос.
- Я буду трахать тебя языком. Только так, - шептал Гарри, усиливая свою магию вокруг себя. Это невозможно было не почувствовать. Ей хотелось подчиняться. В ауре Ракшаса было так хорошо, безопасно… Это был как наркотик, от которого невозможно отказаться.
Поттер улыбнулся, когда его магия подействовала, заставив мужчину вновь расслабиться. Затем Гарри вновь пробрался языком до сокровенного места Инсара, посасывая и облизывая, ощущая все нарастающее желание яростно обладать, заставить его умолять, чтобы Гарри сделал это с ним.
Всего одного слова ожидал Поттер, но с уст Инсара срывались лишь только стоны. Слишком рано было исполнять свое безумное желание, соединенное с местью. И тогда Ракшас перевернул своего господина, давая понять, что готов сдержать свое слово.
Инсар хищно улыбнулся, жестко нависая над улыбающимся Гарри. Поттеру удалось вторгнуться в мысли Маджуси. Он знал, что скоро будет все по-другому. Ему удалось навязать чувства Инсару. Осталось только сделать так, чтобы тот думал, что они – его собственные, а не тщательно взращенные Гарри на протяжении последних месяцев.
Когда Инсар заснул, Гарри встал и оделся. Он собирался лишь прогуляться по берегу реки Рельвейн, несмотря на проливной дождь и почти непроглядную тьму за окном – именно то, как чувствовал себя Поттер. Его сердце кровоточило и было черно. Он знал, что месть съедала все то хорошее, что оставалось в нем. Он страшился завтрашнего приезда Бусайне, не ее саму, но того, что должен с ней сделать.

URL
2012-02-01 в 20:43 

Sotoffa
- НЕ СMЕЙ НАЗЫВАТЬ MЕНЯ ТРУСОM! Северус Снейп, книга "Гарри Поттер и Принц-полукровка", финал
Пока это все, что я могу выложить, но, как вы догадываетесь, финал Книги 1 не за горами.
Предвосхищая вопросы, МАГиЯ будет окончена, но сроки пока не определены.
Заглядывайте, оставляйте отзывы, кидайтесь тапками - и моя муза не покинет меня =))

URL
2013-07-29 в 21:04 

Если жизнь бьет ключем, дай сдачи монтировкой!
Ну, когда уже прода? Сил нет терпеть!

2013-08-20 в 04:57 

buttonly
Пуговка
Спасибо добрым людям, которые навели меня на этот дайрь.))))
Читала МАГию на снарри-форуме когда она еще активно обновлялась - и это было прекрасно. Удивительно и приятно, что даже спустя годы она все еще прекрасна. Небечена, да. Ну и фиг бы с ним, с беттингом.)))) Хотя иногда цепляется глаз. То за умАляет вместо умОляет, то за "я" вместо "Гарри". Жаль, что она до сих пор не закончена - но тут хотя бы уже можно приблизительно представить себе, чем все закончится. И раз Автор говорит о первой книге, то даже смутно представить себе вторую...)))))
Спасибо. Это великолепный фик.

2014-03-08 в 15:29 

Kirs10
С 8 марта Вас!
Я тоже читала МАГию на снарри-форуме, потом только заглядывала туда в надежде на продолжение. И вот я забрела сюда. Не могу нарадоваться на продолжение ! Спасибо,Дорогой Автор, за Ваше произведение. Радуйте нас вкусными кусочками продолжения почаще :)Желаю Вам счастья, успехов на всех фронтах и всего самого наилучшего:)Плз, не бросайте произведение!

     

Приют нетерпимости

главная